Когда он очнулся, то по-прежнему ничего не видел, перед глазами висела плотная темнота, правда, слух вернулся — было слышно, как за стеной воет ветер, как рядом тихо дышит мара, и кто-то ходит, постукивая когтями по камню. Во всем теле жила боль, но она постепенно уходила, оставляя после себя слабость и усталость.
Затем над ним кто-то наклонился, по мускусному запаху это был демон, и взревел.
— Что?.. — перевела Маша. — Почему плохо?..
— Глаза, — ответил Вадим. — Ничего не вижу.
Шишимора проверещала, и ей ответил суровый рык.
— Пройдет… — перевела Маша. — Выпей и спи.
Горячая лапа с когтями прижала к его губам край каменной посудины с неприятнопахнущей жидкостью, Вадим покорно ее глотнул и полетел куда-то в черноту космоса, где горели яркие чужие звезды.
Когда он проснулся, то сначала не понял, где находится. Зрение к нему вернулось, поэтому он смог разглядеть, что лежит в нише, которая вырублена прямо в камне. Он лежал на огромной лохматой шкуре, размером примерно три на три. Она согревала его тело. Он оглядел ее и решил, что если бы такие звери существовали в его мире, вряд ли люди стали бы в нем доминировать. Само помещение, где он находился, напоминало пещеру причем явно искусственного происхождения, которую неведомый великан вырубил прямо в горе.
Размером она была примерно пятнадцать на пятнадцать метров, на каждой стене были вырублены по три ниши, подобные той, в которой он лежал. В середине комнаты лежала огромная глыба, у которой аккуратно срезали вершину, сделали ее плоской и ровной, таким образом получив стол. Вокруг него лежали валуны, у которых также была срезана верхушка — получилось что-то вроде табуреток. Вся мебель была явно рассчитана на существ выше его ростом.
Нормальная комната со столом, стульями и кроватями — только все сделано из камня. Вадим осторожно, чтобы не разбудить Машу, спустился на пол и направился к выходу. Чужой ли мир, свой ли, а по утрам организм все равно требовал освободить его от продуктов собственной переработки.
Он вышел на узкий уступ. Внизу простирался ледник, до него было метров пятнадцать, и Крот не заметил лестницы, ведущей вниз. Вероятно демонам она была не нужна.
Кровавое солнце уже взошло и теперь заливало алым светом спрессованный за столетья снег. Небо было серо-зеленым, по нему ползли темно-серые тучи. Ветер унялся, стал ласковым и тихим, словно таким был всегда. Вокруг были горы с заснеженными пиками. И как бы не вглядывался он вокруг, не увидел ничего кроме камня и снега.
Он отошел в сторону и справил свои дела, стыдясь, что вынужден делать это рядом с чужим жильем. К сожаленью, других вариантов не видел — до ледника ему не добраться, а подняться по крутой скале вверх к горной вершине, рядом с которой паслись седые облака, не сумел бы при всем желании.
Когда он вернулся, то увидел Машу сидевшую на столе, рядом сидел незнакомый демон с выбеленной временем шкурой и кормил ее сырым мясом. Шишимора довольно верещала, а нечисть отвечала ей грозным ревом. Увидев его, мара замахала призывно руками, но тут же отвлеклась, получив новый лакомый для себя кусочек.
Вадим сел на валун напротив, стараясь не дрожать от страха. Зрелище было не для слабонервных — огромный демон с мощными огромными лапами, из мягких подушечек которых торчали острые кончики темных когтей, аккуратно отрывал от туши рогатого лохматого зверя размером с быка небольшие кусочки мяса и протягивал шишиморе. Когда Крот сел, то демон протянул и ему кусок сочащейся кровью плоти.
— Я сырое не ем, — он отрицательно покачал головой. — Мне нужен огонь.
Маша посмотрел на него с недоумением и громко проверещала. Демон недоуменно убрал лапу и отдал кусок маре, потом что-то рявкнул.
— Умрешь… — перевела Маша. — Огня нет… …
— Ничего как-нибудь, — криво улыбнулся Вадим. — Спроси его, где тот демон, который нас привел, и знает ли он что-нибудь про мой оберег?
Шишимора озадачено посмотрела на него, и Крот понял, что она не понимает, как это можно перевести, потом что-то коротко проверещала, тогда демон озадачено посмотрел на него и рыкнул.
— Сиди… Он… Твоя голова… Сможешь говорить сам…
К Вадиму протянулись огромные горячие руки, и он сделал над собой усилие, чтобы не отскочить, тем более бежать все равно некуда — не на ледник же падать с двадцатиметровой высоты? Демон обхватил его голову и сжал ее. Крот заглянул в ярко-желтые глаза, в глубине которых плескалось красные искорки, и его куда-то понесло. Перед ним все закружилась пещера, потом окружающее исчезло, осталось только алое пламя, в котором он плавал.