Когда организм удовлетворил все свои нужды, Крот добрался до дивана, рухнул на него и заснул. Проснулся он только, когда его разбудила шишимора, она проголодалась. Он накормил ее оставшимся сырым мясом и посмотрел в окно: стоял хороший морозный день, снег во дворе сверкал под солнечными лучами, на голубом небе застыло яркое желтое солнышко, окруженное белыми облаками.
Почему-то сразу захотелось жить. Он поставил на зарядку мобильник, достал рюкзак и отправился в магазин, чтобы прикупить продуктов, так как в холодильнике уже ничего не осталось. Со своим новым проснувшимся аппетитом, он съедал за неделю столько, сколько раньше не мог съесть за месяц. По дороге в супермаркет заскочил в химчистку, приемщица его узнала и бросила на прилавок его камуфляж. Поработали над ним хорошо — не осталось ни одного кровавого пятна и грязи. Он заплатил, уложил его в рюкзак и зашагал дальше.
В магазине он сразу направился в мясной отдел, там бросил в тележку килограмм семь сырого мяса и две курицы, после этого отправился в овощной там добавил пару вилков капусты, несколько килограмм яблок, моркови, кабачков, баклажанов и еще много чего другого. А по дороге в кассу прикупил несколько бутылок пива. В итоге рюкзак он набил полностью, весить тот стал прилично — килограмм пятьдесят не меньше, что, впрочем, для его выросших мышц было мелочью.
Вернувшись домой, накормил Машку, и сам поел вместе с ней — съел вилок капусты и приличный кусок мяса. Если бы ему кто-то предложили такое раньше, он бы покрутил у виска пальцем. Разве можно есть все сырым? Особенно мясо? Умрешь же от сальмонеллеза …
Шишимора ела с удовольствием, как-то странно посматривая на него.
— Чего смотришь? — спросил он.
— Руки… другие.
— Что?!
Вадим подошел к зеркалу и посмотрел на руки, сначала ничего особого не увидел, подумаешь, клешни как клешни, и раньше такие же были, но когда снял футболку, то увидел, что его в очередной раз тело изменилось, на нем явно добавилось мышц, руки действительно стали мускулистее. Да и в целом он стал выглядеть гораздо привлекательнее. Натуральный качок. Терминатор.
Он погрозил пальцем маре, которая натянув на себя новый полиэтиленовый пакет, с любопытством выглядывала из кухни и взял в руки заряженный телефон. Сначала позвонил на работу.
— Желаю великого здравия, барин… — начал он. — Прощения прошу нижайшего…
— Если не принесешь больничный, считай себя уволенным, — прорычал шеф. — У нас запарка, а ты даже не соизволил предупредить о том, что заболел.
— Не мог, шеф, — Вадим старался говорить, чтобы в голосе звучало хрипотца. — Горло, ангина, остался без голоса, но я все время думал о вас, искренне сочувствуя…
— Мог бы написать СМСку…
— Пластом лежал, пошевелиться не мог, температура за сорок, похоже, грипп подхватил.
— У нас уже треть персонала болеет, но если не принесешь больничный лист, уволю к чертовой матери за прогул!!!
— Да, шеф, простите шеф, будет больничный, шеф.
— Когда обещали выписать?
— Через пару дней, шеф.
— Ладно лечись, — шеф вздохнул и продолжил уже более спокойным тоном. — Носители инфекции мне на работе не нужны.
Крот тут же перезвонил знакомому врачу.
— Нужен больничный на неделю.
— Дам на десять дней, сто баксов. Придешь ко мне домой сегодня вечером. Вопросы?
— Никаких глупых вопрос, мой спаситель!
— Раз спаситель, тогда с тебя еще бутылка коньяка, так как спасать людей это очень нелегкая и нервная работа.
— Не вопрос.
— Жду в семь.
— Буду, не сомневайся и с огненной жидкостью.
Только после этого позвонил Ладе.
— Кто это?
— Ты уже удалила из памяти мой телефон?
— Вадим?!
— А что тебя так удивляет?
— Как ты вернулся?
— Демон помог.
— А мы с Волком четыре часа пытались тебя вытащить из чужого мира, но пентаграмма не отвечала. Нам даже не удалось вызвать того демона, с которым ты ушел, а потом она вообще перестала отвечать, видимо, твоя кровь перестала работать.
— Подожди, сколько же дней прошло, как демон меня утащил в чужой мир?
— Шесть дней.
— То-то шеф на меня ярится. Даже странно, как я мог этого не заметить, лично я был уверен, что отсутствовал не больше трех дней.
— Бабушка говорила, что в других мирах время течет по-другому, не так как у нас, а иногда оно теряется при переходе…
— Как теряется?
— Как по теории относительности.