се они хищники - с острыми зубами и опасными когтями. Тогда в лесу чудо, что вепрь повернул в другую сторону. Они живут тем, что убивают. Это закон. Я отвернулась. Конечно, он был прав. Прав, с позиции человека. Двух моих старших братьев в лесу задрал медведь. Они не успели обернуться и спастись, и хищник, самый обыкновенный хищник, потревоженный после спячки, совсем не пожалел детей. И мне было, за что ненавидеть судьбу и хищных животных. Я никогда не охотилась в теле зверя, предпочитая только бегать. Очень долгое время, после смерти братьев я не принимала себя, и старалась не превращаться, и буквально сходила с ума. Впрочем, многие из нашей деревни, оставшиеся в живых, после проклятия ведуна, старались не превращаться в зверей, и тогда попросту сходили с ума. Раз в полную луну это было просто необходимо. Я задумалась, как отнесется Север, если я расскажу ему правду про себя? Примет ли? Могу ли я уйти из деревни и жить спокойно? А смогу ли остаться и жить без него? Всего несколько дней, что мы знакомы, изменили все. Перед глазами тут же всплыло воспоминание о том дне в лесу и признание мужчины, что я ему понравилась. А ведь все дни, после этого, я только и думала, что об этом. И сегодня, когда он случайно задел нить под водой, в глубине души я надеялась, на то, что он просто так ее не отпустит и возьмет венок. И вот сейчас, когда он сидел рядом и просто обнимал меня, я была самой счастливой на земле. Мои размышления прервал громкий пронзительный девичий крик. Он доносился из леса и тут же, на берег реки выбежала взволнованная толпа парней и девушек. - Вашего убили! - взволнованно заговорил один из парней, обращаясь к чужакам. Север дернулся, как от сильного удара. С нами не было только одного мужчины, который пошел вместе с деревенскими искать цветок папоротника. - Гостим! - проговорил Север, ударяя кулаком по земле. Мужчины подскочили, хватая оружие, которое всегда было при них. - Кто убил? - Так звери разодрали. Он же отдельно от всех... - проговорил парень, пожимая плечами. Мужчины бросились в лес, а Север, обернувшись ко мне, просил оставаться здесь. Я кивнула, совершенно не собираясь его слушать, и как только он скрылся в лесу, кинулась следом, другими тропами, на ходу оборачиваясь волком. Запах крови я почувствовала сразу, и ведомая только им, без труда нашла тело Гостима недалеко от поляны, среди деревьев. Мужчина сидел, облокотившись о дерево и держался руками за живот. Его голова была запрокинута к небу, а глаза широко раскрыты. Ужасная рана, которую я увидела, вызвала отвращение, но чтобы понять, кто на него напал, мне нужно было подойти ближе. К сладковатому запаху крови мужчины примешивался еще один, такой знакомый, но я никак не могла понять чей. Голоса людей стали приближались, и я отпрянула от тела, пытаясь различить, куда ведет тот, второй запах. И тут я узнала его. Ринувшись прочь от тела, я побежала, ощущая нарастающую в душе тревогу. Но бежать пришлось не далеко. Кровь, запах которой витал в воздухе, заливала собой землю, и тянулась беспорядоченно от одного куста к другому, пока тело нападавшего не нашло свой покой в одном из кустов. Темно-серая шерсть от крови была почти черной. Защищаясь от атаки, Гостим, все же сумел наградить смертельной раной вепря, вспоров ему живот. У Белора не хватило сил превратиться обратно в человека, и он умер, как дикий зверь... Мое оцепенение прервал свист стрелы, пролетевшей рядом с моим ухом. Не понимая, что происходит, я бросилась прочь, слыша вслед крики людей. Я надеялась, что погоня прекратиться, как только они обнаружат тело вепря, виновного, в смерти мужчины, но, похоже, теперь, чужаки не искали виноватых. Они просто решили высвободить свою горечь, убив хоть кого-то. Я бежала со всех ног, чудом уворачиваясь от стрел и ножей, которые в меня метали. Пару раз мне даже удалось оторваться, но я продолжала бежать, рассудив, что это намного безопаснее, чем затаиться. Тогда я еще не знала, что охотники не просто преследуют меня, а загоняют в ловушку. Лес кончился внезапно, и впереди была только степь, а сзади - охотники, выманившие меня из леса. Единственное, что мне оставалось - это бежать. И я побежала. Петляя из стороны в сторону, ожидая летевших на меня стрел. Но крики охотников стихли на краю леса, сменившись только топотом копыт. Топотом одной кобылы. У меня был шанс спастись, только спустившись в овраг и схоронившись тут же, возможно, в лисьих норах, и я побежала прямо к нему. Всадник не сможет пустить лошадь этой дорогой, и смогу выгадать время, пока он найдет другую. Или же мне повезет, и он и вовсе прекратит погоню. Я замешкалась лишь на мгновенье, но его хватило для того, чтобы стрела пронзила мою грудь. Не в силах вздохнуть, я потеряла ориентацию, и начала падать прямо в овраг. Умереть так же, как Белор, в теле животного я не хотела и, упав на землю, собрала все свои силы, чтобы обратиться. Сил идти не было. Дышать - тоже. Я смотрела на ночное небо, ощущая только холод, внезапно сковавший мое тело. Рядом раздались торопливые шаги и внезапный возглас. Север склонился надо мной с глазами, полными ужаса. Он поспешно снял с себя накидку и укрыл мое тело. Сорвал рубашку и попытался остановить ей кровь. Каждое его движение доставляло мне нестерпимую боль, и я поморщилась. Слезы текли по моим щекам, но я даже не чувствовала их, только нестерпимую жгучую боль в груди. Север шептал успокаивающие слова, прижимая к моей груди, уже почти полностью пропитавшуюся моей же кровью рубашку. Я перевела взгляд с любимого мужчины, на ночное небо, но видела в нем лишь свой венок, плывущий по реке и то, как свечка упала в воду... Последним что я слышала, был голос Бажены, вскрикнувшей «Славушка! Это же плохой знак!» и тихий шепот Севера, что он меня любит. _____ Полный боли и отчаяния крик разнесся по степи. Мужчина завернул нагое тело девушки в плащ и двинулся в деревню, неся ее на руках. Тело Гостима уже унесли, а в самой деревне стояла суматоха. Заметив, что же несет Север, люди начали шептаться. Никто не в силах был принести дурную весть родителям девушки, а мужчина, не обращая ни на кого внимания, шел именно к ним. Он стоял на коленях с ее телом, не говоря ни слова, пока мать Славяны приводил в чувство отец. За спиной мужчины уже толпились любопытствующие зеваки, но Север не обращал ни на кого внимания. Последний раз он взял руку девушки в свою, последний раз поцеловал ее ладонь и последний раз прошептал слова любви... Он уехал этой же ночью, отдельно от своих товарищей и больше его никто и никогда не видел...