— Понятно. Значит все-таки в порту. Благодарю за разъясения, но вынужден взять с вас объянительные записки, касающиеся данного происшествия…
Одним словом, вид на жительство все-таки выдали, но и запугали по самое не могу. Правда сделали предложение, от которого я не смог отказаться. Оказалось, что на юге страны, имеется небольшой аграрный городок, где давно требуется специалист моего профиля.
— Вы, о чем? — удивленно переспросил я.
Оказалось, что из Москвы пришел ответ о том, что Макс Валкер, к тому моменту, как попал на должность моториста-дизелиста БМРТ «Иван Клычко», окончил престижный Тартуский Университет, факультет механики, и занимал пост заместителя главного механика на Минском Механическом Заводе, занимающимся изготовлением тракторных двигателей. Спустя несколько лет работы, был уволен со своей должности из-за критики в адрес советской власти. Как он в таком случае оказался на теплоходе, осуществляющем лов рыбы в международных водах, осталось для меня загадкой. Еще больше меня смутило то, что меня якобы прочат на должность, в которой я не черта не понимаю. Скажем отремонтировать двигатель, или трактор, я вполне в силах, но руководить людьми, или организовать работы по ремонту, увольте. И вместе с тем отказываться было тоже, как-то неудобно. Но тут выяснился маленький нюанс. В Бихагуале, нет никаких промышленных предприятий. Имеются небольшие ремонтные мастерские, максимум на восемь-десять человек, наемных работников, некогда принадлежавшие одному местному жителю. В самый расцвет этого предприятия, там ремонтировали одновременно не больше трех-четырех единиц сельскохозяйственной техники. Но он увы, умер от старости, а его наследникам ничего этого не нужно.
К тому же, Бихагуаль хоть и знаменит на всю страну, уникальным видом своего водопада, на самом деле, то еще захолустье, однако и там живут люди, вносящие немалую лепту, в развитие собственной страны. Там имеются большие плантации кофе, ананасов, манго, гуавы то есть, всего того, что традиционно является экспортом Коста-Рико. Сейчас из-за смерти бывшего хозяина местных ремонтных мастерских, работы в них приостановлены, а для ремонта приходится отправлять технику за полсотни километров, что мало того, не выгодно, так еще и не очень доступно, для большинства жителей.
Мне предложили следующее. Во-первых, чтобы ни у кого не возникло желания заработать на моей выдаче, было предложено сменить имя. Честно говоря, я просто не ассоциировал себя с именем Макса Валкера. И когда мне предложили это, я в общем-то не имел ничего против. Во-вторых, мне предложили взять что-то созвучное с немецким именем. Почему именно с немецким, спросил я, оказалось, что в этом поселке живут этнические немцы, которые собственно и дали начало этому городку, и даже сохранили свой язык. Разумеется, наряду с испанским, но тем не менее, в поселке звучит и немецкая речь. То есть находясь там, я ничем не буду выделяться между ними и мне будет легче адаптироваться в стране. Разумеется, я был только за. И наконец, в-третьих, мне предложили льготный кредит, для выкупа в собственность этой самой мастерской, и жилого дома, расположенного при ней, у родственников бывшего хозяина этого предприятия. Пообещав при этом, что если я налажу работу мастерской, хотя бы на прежнем уровне, то мой испытательный срок, как соискателя на местное гражданство, сократится вдвое. И вместо трех лет, уже через полтора года, я смогу получить полное гражданство.
Разумеется, делать это основываясь только на словах, было несерьезно, кто его знает, что там за мастерская, и можно ли там вообще наладить хоть какую-то работу. А то ведь вполне молгло произойти так, что ее содержимое давно растащили, или распродали по кускам. И в итоге мне придется начинать все с нуля, выплачивая при этом кредит. Поэтому я, дав предварительное согласие, сказал, что хочу осмотреть все на месте, и после приму решение.
Подобный ответ, вполне удовлетворил представителя администрации этой провинции. И после того, как мне выдали удостоверение с видом на жительство, и права на новое имя, я сел на свой пикап и отправился на юг Коста-Рико.
В качестве имени, не раздумывая принял предложенное словосочетание Николас Краузе. Моего отца, звали Николаем, а мама носила именно эту фамилию. Хотя, о чем я говорю. Оба они сейчас вполне себе живы и здоровы, правда отец, только-только пошел в школу, а мама пока играет в песочнице детского сада. Может когда-нибудь сумею даже увидеть их. Правда вряд ли это получится, все же появляться в Союзе мне явно не стоит, но хотя бы буду знать, что с ними все в порядке.