Агафья взглянула на висящие на стене старинные часы и удивлённо вздёрнула брови.
— А время с тобой летит незаметно, двоедушник!
— Как в любой хорошей компании, — усмехнулся я. — Интересные занятия, общие темы.
— Идём на кухню, — скомандовала девушка. — Я там рагу поставила томиться, уже должно быть готово.
При упоминании еды желудок отозвался болезненным спазмом, напомнив, что не ел с утра.
Мы вышли из комнаты, вернулись в гостиную, и Агафья провела меня на кухню, где усадила за стол. Сама же отошла к плите, и принялась что-то там колдовать. Некоторое время мы молчали. Я смотрел в окно, думая о том, что делать дальше. Сегодняшние занятия с травами натолкнули меня на одну мысль. Открыть небольшую лавку с отварами.
Я покосился на Агафью, которая вытаскивала из духового шкафа еду. Если она зарегистрируется в Синоде как частная травница, то не придется светиться перед жрецами, которые, вполне возможно, могут почуять во мне двоедушника…
— Вот.
Голос Агафьи вырвал меня из раздумий. А через секунду, на столе появилась миска с густым супом с лисичками, ломти обжаренного мяса с травами, и тарелка картошки с укропом. А последним, на стол встала тарелка с свежим, хрустящим черным чесночным хлебом.
— Давай ужинать, — мягко предложила она. — День сегодня выдался трудным. Но очень познавательным.
При этих словах, она покосилась на меня, и я улыбнулся, зачерпывая ложкой похлебку. Девушка тоже принялась за еду, которая оказалась на удивление вкусной. Некоторое время, мы молчали.
— Спасибо тебе, двоедушник, — отозвалась она, не поднимая глаз. — Кабы ты того старика не раскусил — лежать нам в той грязи с глазами в небо.
— Вряд ли, — автоматически поправил я женщину. — Скорее всего, болотник утащил бы нас на дно. А там бы мы мумифицировались в иле.
— Тоже так себе финал, — согласилась девушка.
После еды, кружкам горячий вяжущий отвар. Я кивнул и сделал глоток. Горло обожгло, но тепло пошло по груди, успокаивая. Откинулся на спинку, стараясь не задеть ушиб. Травница тяжело вздохнула, я и я вопросительно взглянул на нее. Но девушка не ответила. В комнате царила тишина, которую нарушали только тикающие на стене часы.
— О чем задумалась? — тихо уточнил я.
Агафья несколько секунд молчала молчала. Потом тяжело вздохнула:
— Есть ещё одна проблема, о которой ты не знаешь.
— Какая? — настороженно уточнил я. — Если ты про то, что поместье заложено…
— Соседи, — перебила меня травница. — Они уже несколько раз подавали жалобы в управу. Говорят, что оно портит вид улицы. Запущенное, заброшенное…
— И что?
Вместо ответа, она положила на стол вскрытый конверт:
— Вот что.
Я взял его, вынул лежавший внутри сложенный пополам лист. Пробежал взглядом по тексту, в котором сухо сообщалось, что за поместьем давно не проводится должный уход, в связи с чем, его могут конфисковать, выплатив за него кадастровую стоимость. Дальше упоминался срок в один месяц на устранение проблемы.
Я отложил лист, потер переносицу:
— Поместье могут конфисковать?
— Дворяне это государевы слуги, — просто ответила травница. — И их имущество было даровано им императором за службу. Так что да, могут и конфисковать.
Я поморщился: Егор, в тело которого я попал, уже мне не нравился. Слишком уж праздный образ жизни вел этот юноша.
— Долги отца, ремонт поместья… Что ещё, о чем я не знаю? — прямо уточнил я.
— Пока ничего — пробормотала травница. — Но на решение этих проблем нужно искать деньги. Причем, очень быстро.
— Есть у меня одна идея, — пробормотал я.
— Какая? — живо уточнила Агафья.
Я хитро прищурился и произнес:
— Ты никогда не думала открыть лавку с отварами?
Агафья только пожала плечами:
— Нет, а зачем? Это же пригород столицы, в самом городе таких лавок по пять на каждой улице. Некоторые сетевые, которые уже имеют солидное имя и заслуженную репутацию. А тут я, со своими пыльными склянками да деревенскими рецептами.
Я улыбнулся краем губ:
— Но теперь нас двое. И судя по всему, местные сетевые зельеделы не знают даже и части того, что знаю я. Вот это и будет нашим конкурентным преимуществом.
Девушка слегка нахмурилась, словно обдумывая мои слова. А затем произнесла:
— Ты многое умеешь, этого не отнять. Но…
Я вопросительно посмотрел на нее:
— Что?
— Давай обсудим это завтра? — мягко уточнила она, вставая. — Тебе лучше отдохнуть. Завтра должно быть легче. Дай рану посмотрю.
Она подошла ко мне, задрала рубаху. Удивленно покосилось на меня:
— Почти прошло, — удивленно протянула она, нахмурила брови, а затем уточнила. — В тебе проснулась Сила?