Агафья остановилась рядом, украдкой посмотрела на меня.
— Всё хорошо? — тихо спросила она, заметив мое напряжение.
— Да, — ответил я так же тихо, выдавливая из себя улыбку. — Просто здесь слишком много плетений.
Она кивнула, но я заметил, как её пальцы крепче сжали папку с документами.
Я подошёл к стойке, за которой дежурил молодой служитель в безупречно белой рясе. Он поднял взгляд от журнала, окинул нас внимательным оценивающим взглядом и с дежурной улыбкой произнес:
— Доброе утро. Чем могу помочь?
— Мы на экзамен коллегии травников, — четко ответила Агафья. — Агафья Дмитриевна Грозова и Егор Аркадьевич Вельянов.
Служитель открыл лежавший перед ним журнал, провел пальцем по строкам списка и согласно кивнул.
— Экзаменационный зал номер три. Второй этаж, правое крыло. Начало ровно в девять. Постарайтесь не опоздать.
Я покосился на большие часы над лестницей. До начала оставалось двенадцать минут.
— Благодарю.
Развернулся и направился к широкой лестнице. Агафья последовала за мной словно тень.
Шаги отдавались гулким эхом. Уже у лестницы на мою ладонь упал луч солнца, прошедший через красный витраж мозаики, и я удивлённо взглянул на это красное пятно, а затем невольно сжал пальцы, будто это был свежий след крови. Слова того призрака на мосту эхом отдались в голове: «Там, где свет самый яркий, тени самые черные».
— Не нравится мне здесь, — тихо сказала Агафья, поднимаясь по лестнице и придерживаясь рукой за перила.
— Мне тоже. — честно признался я.
— Тебе вообще мало где нравится. — фыркнула она, пытаясь снять напряжение.
— Неправда. Мне нравится наша кухня. А еще кровать.
Она посмотрела на меня и едва заметно улыбнулась.
— У вас очень широкий круг интересов, мастер Вельянов.
Коридор правого крыла оказался длинным и неестественно светлым. По обеим сторонам тянулись двери с латунными табличками, а на стенах висели наставления в золочёных рамках. Одно из них я успел прочитать на ходу: «Знание без смирения ведёт к гордыне».
— Удобная фраза, — пробормотал я.
— Что? — не поняла Агафья.
— Ничего, — отмахнулся я. — Просто читаю местную мудрость. Вдохновляет перед экзаменом.
У нужной нам двери уже собрались пятеро соискателей. Две девушки в скромных платьях, которые сидели на лавочке у стены, о чем-то переговариваясь, парень в ученическом сюртуке, рассматривающий таблички на стенах, пожилой аптекарь с аккуратной бородкой и совсем молодой мужчина, который так нервно теребил пуговицу на манжете, что я мысленно попрощался с этой пуговицей. И едва мы подошли, дверь в кабинет открылась, и на порогу появился служитель, мужчина лет сорока в белой рясе Синода.
— Входите, — сухо произнёс служитель.
Один за другим, мы вошли в помещение. Зал оказался просторным, с высокими узкими окнами и длинными деревянными столами, расставленными в два строгих ряда. На каждом месте лежали чистые листы, ручка и маленькие песочные часы. Рядом с листами лежал запечатанный конверт.
В дальнем конце зала, за широким, возвышающимся столом, сидела комиссия. Их было трое. Пожилая женщина с острым хищным лицом, гладко зачёсанными седыми волосами и пронзительным взглядом сидела в центре. Справа от нее расположился полный мужчина с ухоженной бородкой и нарочито добродушным выражением лица, который, однако, не улыбался. Третьим был молодой бледный тонкогубый синодник лет тридцати с холодными, как у акулы, глазами. Он смотрел на нас так, будто мы уже чем-то провинились, просто ещё не успели узнать, чем именно. На его правой руке, как назло, блестело массивное серебряное кольцо с черным камнем
«Берегись того, кто носит серебро на правой руке», — пронеслось у меня в голове.
Его взгляд скользнул по Агафье, задержавшись на ней на долю секунды дольше, чем положено, а потом мужчина посмотрел на меня. Я вежливо, с достоинством кивнул, но синодник проигнорировал мое приветствие, словно я был пустым местом.
Мы выстроились перед кафедрой в одну линию и женщина поднялась.
— Экзамен коллегии травников проводится в четыре этапа, — произнесла она. — Письменная проверка знаний, определение ингредиентов, практическое приготовление сложного отвара, и устный опрос. Напоминаю: использование посторонних плетений, подсказок, обманных средств и неразрешённых усилителей запрещено. Нарушитель будет удалён без права пересдачи в течение года с пометкой в реестре.
Её взгляд скользнул по рядам и на мгновение задержался на мне. Я опустил взгляд, изображая покорность.
— Занимайте места, — холодно произнесла женщина и мы послушно расселись за столы по одному.