— Стараюсь, — просто ответил ворон.
Мы вышли из машины, оставив ворона в салоне. Поднялись по ступенькам крыльца и вошли в лавку. Колокольчик над дверью звякнул тонко и чисто.
Внутри пахло стеклом, спиртом, сухими травами, пчелиным воском и хорошим деревом. За прилавком стоял худощавый мужчина лет пятидесяти. На нём был тёмный жилет, белая рубашка с закатанными рукавами. Едва мы вошли, он оторвался от книги учёта и взглянул на нас. Поправил на переносице очки в тонкой оправе, и на его лице мигом расплылась улыбка:
— Добрый день, — произнёс он. — Чем могу быть полезен?
Агафья уверенно прошла к прилавку.
— Нам нужно оборудование для травнической лавки и лаборатории, — начала она. — Склянки, банки, мерная посуда, горелки, воронки, фильтры, весы, ступки, сушильные рамы. Возможно, перегонный куб.
Продавец заметно оживился.
— Открываетесь? — с интересом уточнил он и после кивка продолжил. — Поздравляю. Вы пришли по адресу. У нас есть всё необходимое для начинающих мастеров и для опытных травников. На любой вкус, цвет и кошелек.
— А для начинающих мастеров с ограниченным бюджетом? — осторожно уточнил я, прикидывая, сколько денег у нас осталось.
Продавец улыбнулся так, будто слышал этот вопрос каждый день.
— Разумеется. У нас есть разные линейки товаров.
— Вот с той, где не надо продавать почку, и начнём.
Агафья тихо кашлянула, пряча улыбку.
Продавец не обиделся. Видимо, за годы торговли привык к тому, что клиенты входят в лавку с мечтами и надеждами об успехе, а выходят с пустыми кошельками и пониманием, что до первого заработка еще далеко.
— Идемте, — продолжил продавец и двинулся вдоль прилавков. Мы последовали за ним.
— Здесь у нас склянки, — начал он, указывая на один из стеллажей.
Склянки шли рядами: маленькие, пузатые, узкие, с притёртыми пробками, с восковыми заглушками, с мерными рисками, из прозрачного стекла, тёмного стекла и дорогого синеватого, которое защищало настои от света. Агафья быстро отложила самые нужные:
— Тёмное стекло тоже необходимо, — сказала она, взяв одну склянку и рассматривая ее на свет. — Для настоек, которые боятся солнца.
— Нужно, — согласился я, взглянув на цену. — Десятка хватит?
— Двадцать.
— Пятнадцать.
Мы несколько секунд смотрели друг на друга, а затем Агафья произнесла:
— Восемнадцать
— Хорошо, — сдался я.
Продавец довольно кивнул и записал что-то в блокнот. И мы продолжили путь по лавке.
Потом были банки для сухих трав. Здесь Агафья оказалась беспощадна. Ей нужны были широкие горлышки, плотные крышки, одинаковый объём и место под этикетку. Она перебирала банки очень тщательно, я же стоял в стороне не мешая. У каждого мастера есть вещи, в которые лучше не лезть.
— Эти, — наконец решила она, указывая на нужные. — Три десятка.
Продавец снова кивнул, отмечая в блокноте.
Дальше шел стеллаж с весами. Продавец подошел к стеллажу, открыл дверцу и вынул один из экземпляров с таким благоговением, с каким жрец открывает реликварий. Это были весы из полированной латуни, с тонкими чашечками, набором гирек и изящным механизмом, который выглядел настолько точно, что я заранее понимал: нам это не по карману.
— Имперская работа, — с гордостью сказал продавец. — Погрешность минимальная. Подходят даже для сложных составов.
— Сколько? — осторожно спросил я.
Продавец назвал цену, заметив мое вытянувшееся лицо, поспешно добавил:
— Уверяю, это предмет выдающегося качества. За такое не грех отдать такую цену.
Агафья едва слышно вздохнула, глядя на экземпляр. И я вдруг вспомнил старые весы травницы, которые стояли в ее комнате. И решительно произнес:
— Нас устраивает.
Агафья вздрогнула и покосилась на меня:
— Дорого же, — робко произнесла она, но я только махнул рукой:
— Один раз живем.
Травница с благодарностью посмотрела на меня, и мы двинулись дальше.
Дальше пошли остальные расходники, которые выкладывались на прилавок, увеличивая конечную сумму. Я старался держаться спокойно, но понимал: кладник, которого я ограбил, сейчас смотрел бы на меня с презрением за такие растраты.
Наконец, продавец подвел итог. Услышав сумму, я вздохнул и вынул из кармана бумажник. Расплатился и назвал адрес и продавец пообещал доставить вещи через пару дней. На этом, мы попрощались, вышли из лавки, спустились по ступеням и сели в авто
— Ну? — с интересом уточнил Смутень, едва мы сели в салон. — Сильно вас ограбили?
— Прилично, — ответил я.
— Осталось купить мебель, оборудование для лаборатории… — произнесла Агафья, сверяясь со списком.
— А ещё расплатиться с долгами и отремонтировать поместье, — добавил Смутень. — Ну и не отсвечивать перед Синодом, по мере возможностей. Хотя…