Снайперскую команду из восьми человек, приданную роте, возглавлял двадцативосьмилетний «кабан», сержант Мэй. Он пришел на службу в морскую пехоту из Джонсборо, штат Луизиана, в 1995 году. В ряды Вооруженных сил его побудили вступить родственники, участвовавшие во Второй мировой войне, но решиться на этот шаг его сподвиг двоюродный брат, служивший в армейском спецназе.
Он вступил в корпус пехотинцем и был направлен на службу во 2-й батальон 4-го полка морской пехоты. Во время своей первой командировки он обратил внимание на взвод наблюдения и засечки целей (STA). Их независимость и работа в небольших командах открыли ему глаза на еще одну грань пехотной службы, и он понял, что хочет стать снайпером. Кроме того, идея использовать снайперскую винтовку в бою была привлекательной.
Хотя свой первый экзамен по ориентированию на местности он провалил, Мэй пообещал сдать экзамен в следующий раз и сделал это. Попав во взвод, он в течение года служил в качестве «свинки», после чего с первой попытки окончил школу снайперов-разведчиков. После окончания снайперской школы он во второй раз был направлен на Ближний Восток для участия в операции «Внезапная буря» и «Лиса пустыни». Для Мэя и его команды операция заключалась в патрулировании границы Ирака со стороны Кувейта и использовании снайперских укрытий для ведения разведки наблюдением в определенных районах. Хотя Мэй и надеялся использовать в течение этого времени свою винтовку, такой возможности ему так и не представилось.
В 1998 году срок его службы в морской пехоте закончился, и он вернулся в Луизиану, где до 11-го сентября 2001 года проработал тюремным охранником. Будучи снайпером в мирное время, Мэй всегда задавался вопросом, смог бы он выполнять свою работу в бою, и хотел получить возможность узнать это. После террористических атак он знал, что Америка примет ответные меры, и вновь вернулся на службу в морскую пехоту. После длительного процесса оформления документов он вернулся в Корпус, но, к сожалению, сломал ногу, что отсрочило его возвращение в строй. К тому времени уже началась операция «Свобода Ираку».
Когда он наконец смог работать, его направили в 1-й батальон 7-го полка морской пехоты в Твентинайн Палмз, штат Калифорния, но это было начало 2003 года, и батальон уже находился в Ираке. После мольбы к командованию разрешить ему перелет, он получил разрешение и в апреле уже оказался на войне. Он прибыл в батальон, когда они взяли под контроль город Наджаф, но, к несчастью для него, основные боевые операции уже были закончены, и казалось, что бои прекратились. Сначала его определили в пехотный взвод, но как снайпер, прошедший специализированную подготовку в снайперской школе, он хотел использовать свои навыки. Пришлось побороться за попадание в батальонный взвод снайперов-разведчиков, и после проверки они снова приняли его в свои ряды. Будучи «кабаном», Мэй был старше большинства морских пехотинцев во взводе, и когда они вернулись домой, он стал старшим снайпером-разведчиком. Примерно через год его батальону снова предстояло отправляться в Ирак.
В Хусайбе, сержант Мэй, как старший снайпер-разведчик, должен был задействовать свои команды, чтобы оказывать роте максимальную помощь. Вместе с сержантом Батлером, еще одним «кабаном» и командиром команды, они поначалу не знали, чего ожидать, но, доверяя своим морским пехотинцам, были готовы ко всему.
В команде Мэя служил капрал Авила, бывший минометчик, за свою силу и ум получивший прозвище «Терминатор». Наблюдателем-корректировщиком Мэя был капрал Падрон, служивший во взводе за год до этого в Ираке. Несмотря на то что он не прошел школу снайперов, капрал пользовался полным доверием Мэя. Ланс-капрал Кочергин был пехотинцем, только что прибывшим во взвод. Очень профессиональный морской пехотинец, Кочергин без раздумий взял себе 5,56-мм пулемет SAW. Позже Мэй понял, что сделал правильный выбор, дав ему это оружие, потому что он показал себя с ним как настоящий профессионал.
У сержанта Батлера также была сильная команда в лице капрала Крога, ланс-капрала Гарсии и капрала Адамса.
Во время краткого инструктажа по передаче дел, Мэй получил ошеломляющую информацию о городе. Местность была сравнима с диким, очень диким Западом. Ему рассказали о жестоких боях, которые в Хусайбе вели морские пехотинцы против повстанцев, местных стрелков и боевиков «Аль-Каиды». В городе не было иракских вооруженных сил, потому что иракская полиция и иракские национальные гвардейцы были уничтожены, а все оставшиеся бежали. Мэю также сказали, что им следует ожидать СВУ, мин, автомобильных бомб, вражеских снайперов, постоянного огня из стрелкового оружия, гранатометов и минометов, засад и всего остального, что может их убить или покалечить. Новости были тревожными, но в то же время захватывающими, и вскоре рота «Бейкер» и снайперские группы оказались предоставлены сами себе.