— Как думаете, почему Иулия не писала сто лет с момента ухода из дома? — не отрывалась я от большой книги.
— Если хочешь, завтра я все прочитаю, а сейчас спать, — подошел ко мне Эдриан. Забрав дневник, он закрыл его и убрал на комод. Потом поцеловал меня в лоб на ночь и укрыл одеялом.
— Спасибо, мамочка, — ухмыльнулась я, стараясь скрыть смущение. Но щеки вспыхнули, и я поспешила прикрыть лицо одеялом.
— Эй, я тоже хочу! — подскочил Димитрий со своего спального места.
— Эдриан, выключай свет! — спряталась я под одеялом, чтобы Димитрий не смог ничего сделать.
— Вредная ты! — обиделся он и лег обратно.
Всю ночь мне снился один и тот же сон: я гуляла по парку с белокурым парнем, его длинные волосы были набок и собраны в хвост. Этот парень был дружелюбным, постоянно мило улыбался, и мы о чем-то разговаривали. Его бирюзовые глаза смотрели с нежностью и любовью, и я во сне выглядела как девушка с портрета. Парень выделялся благодаря своему высокому росту и белой одежде, особенно белому плащу, я же, как всегда, в пышном платье. Прохожие оглядывались в нашу сторону и перешептывались. После мы плавали на лодке по озеру и кормили лебедей; пили вместе чай позади большого дома у пруда с карпами.
В завершении снились сны, как я убиваю всех вампиров, а после убила того парня мечом, который лежит в кабинете на третьем этаже. После этого сна я проснулась с криками, отчего переполошила всех. Единственно имя которое я четко слышала во сне – «Валет».
— Что случилось? — подпрыгнул Эдриан и смотрел широко раскрыв глаза.
— Ничего, прости, — отдышавшись, я встала и спустилась на кухню. Мое сердце бешено колотилось, и было ужасное чувство, будто я убила самого дорогого и любимого мне человека. — Что это за чувство? И кто это был? — пила я воду маленькими глотками.
Примерно два года назад я читала в каком-то журнале статью, там говорилось: чтобы успокоиться после потрясения, воду нужно пить маленькими глотками. Что-то это не особо помогает.
— Что-то случилось? — вошел на кухню Григорий.
— Ничего. Извини, я переполошила весь дом в два часа ночи и не даю вам отдыхать, — опустила я голову и чуть слышно бормотала.
— Плохой сон? — рассматривал он меня, сев на стул.
— С чего ты взял?
— Я слышал, как ты кричала во сне, и сейчас у тебя слезы ручьем текут, — указал он на левую щеку и, подойдя, вытер ее. — Не переживай, это всего лишь сон, — похлопал он по плечу, — иди спать, — и махнув рукой, ушел в свою комнату.
— А где Димитрий? — смотрела я на Эдриана, поднявшись в комнату, и обнаружила, что вампира нет.
— Он ушел на охоту и сказал, что кое-что купит в городе, — укутывался тот в одеяло. — Приснился плохой сон? — пробурчал он.
— Я его почти забыла, — всплывали фрагменты последнего сна. Я, пытаясь их игнорировать, ложилась спать.
— Смотри! — разбудил через несколько часов голос Димитрия.
— Дай поспать! — выкрикнула я и села на кровати. — А где Эдриан? — осматривала я комнату.
— Готовит завтрак! — подсел парень рядом на стул и подозрительно улыбнулся. — Я принес тебе ловец снов!
— Зачем он мне? — смотрела я на вампира, как всегда приподняв левую бровь.
— Он ловит плохие сны, а хорошие притягивает! — совал он мне его в руки.
— Спасибо, — повесила подарок в изголовье кровати. — Если он сработает, и кошмары перестанут сниться, я тебя на радостях расцелую, — рассмеялась я. С опозданием, но до меня дошло, что я только что сказала и тут, же замолчала. Я не знала, что еще сказать и иногда посматривала на вампира. Меня съедала из нутри совесть за тот поцелуй, ведь я только использовала Димитрия на зло Эдриану. Я хотела поговорить с ним на эту тему, но не знала с чего начать и как ему объяснить. Когда я, наконец, прикрепила ловец снов, собралась с духом и хотела Димитрию все рассказать, он перебил меня.
— Правда? — радостно возгласил тот. Для него с последних моих слов прошло мгновение, а для меня же будто столетие протянулось. Мучительное столетие. Потому что я осознавала, что обманываю и обнадеживаю его.
— В щечку естественно, — натянула я улыбку. — Но где ты достал его ночью?
— В городе есть круглосуточные магазины, и мне повезло наткнуться на один из таких, где продают ночную атрибутику.
— Спасибо. Ты не мог бы выйти? Я переоденусь.
— Конечно, — ерзал он сидя на стуле.
— Что-то еще? — смотрела я на него не понимая и думала, почему он еще не ушел.
— Нет, ничего, — встав направился он к двери. Я, спустившись с кровати, думала что парень выходит, но он, обернувшись, поцеловал меня. В этот, как и в прошлый раз, когда он целовал меня, я ничего не почувствовала. Но в этот раз он целовал так нежно, что у любой другой девушки сердце замерло бы, колени подкосились, а в животе начали летать бабочки. За время пребывания в поместье все парни стали для меня друзьями, в том числе и Димитрий. Возможно из-за этого не было никаких чувств.