Первое июля тысяча семьсот восьмой год. Сегодня мы плавали на лодке по озеру и кормили лебедей. «Валет» признался, что влюблен в меня и сделал предложение руки и сердца. Также он сказал, что если я соглашусь, то тогда я узнаю его подлинное имя. Я как леди сказала, что подумаю.
Второе июля тысяча семьсот восьмой год. Я сказал «Да» и приняла кольцо «Валета». Он, надев кольцо на палец, поцеловал меня. Это был мой первый поцелуй. Первый и такой приятный, оттого, что тебя целует человек, который тебе нравится. Погоню за вампирами и братом придется отложить в самый дальний ящик. «Валет», как и обещал, назвал свое имя. Его настоящие имя Валентин Просперент… — Эдриан на этом месте запнулся и ни слова не мог выдавить из себя.
— Что?! — наконец он хоть что-то выдал, спустя три минуты.
— Читай! — велела я, но Эдриан опять, будто в рот воды набрал. Он сидел на своем стуле и «бегал» глазами по строчкам. — Читай вслух! — выпалила я сердито, не вытерпев молчания.
— … Я его спросила, почему тогда ты называешь себя «Валет»? Он ответил, что так его прозвал один господин.
Пятое июля тысяча семьсот восьмой год. Все эти дни мы гуляли, а сегодня Валентин пригласил меня в свой особняк для того, чтобы познакомить меня со своими родными. Они очень хорошие, добрые и отзывчивые. С радостью приняли меня и благословили наш брак. Сегодня он снова меня поцеловал, я безумно его люблю. Кажется, жить и дышать без него не могу.
— Что? Кто кого поцеловал, и кто жить не может? — прибежал с криками Димитрий.
— Тише, Эдриан читает, — прошипела я, отчего Димитрий прошел молча на цыпочках и сел рядом, а Эдриан продолжил читать.
— Пятнадцатое июля тысяча семьсот восьмой год. Подготовка к свадьбе идет полным ходом: свадебное платье великолепное, никогда не видела такой красоты, а фата — загляденье. Но меня настораживает лишь одно: родственники Валентина против церкви. Они хотят устроить свадьбу в особняке вечером при свете звезд. Все это звучит красиво и в представлении выглядит превосходно, но на сердце не спокойно.
Тридцатое июля тысяча семьсот восьмой год. Свадьба сорвалась три дня назад. Валентин оказался личным слугой брата, а все его родные были вампирами. Во время свадьбы было все, как они спланировали, но все же я настояла на церкви, и туда все отказались идти, кроме Валентина. Он врал до последнего и притворялся человеком, даже в церкви. Тем вечером я убила всех вампиров в этом городе. Когда я узнала, что Николай все это время скрывался в городе и был у меня под носом, на меня нахлынули злость и гнев. Вампиры, которых я убила возле церкви, скрывали все это время брата. В порыве гнева я убила Валентина, которого так любила и ради которого хотела оставить охоту на вампиров, но теперь, я уничтожу всех до последнего и их создателя. Люди опять думают, что это проделки ведьмы. Перед смертью Валентин попросил об одном: когда я встречу мальчика с похожей, как у него фамилией, спасти дитя. Валентин видел будущее? Он же не такой как я и брат… Выходит, вампиры тоже владеют силами? Сейчас, я уже который день не могу просушить глаза, слезы льются сами собой. Валентин, как ты мог мне врать?
Двадцатое февраля тысяча семьсот двадцать седьмой год. Бегая за вампирами и уничтожая их, забрела в Англию и оказалась в эпицентре войны. Сейчас каким-то чудом попала в осаду Гибралтара, пока не поздно нужно уходить отсюда. Желательно из Европы тоже лучше бежать. В будущем, надеюсь, больше не столкнусь ни с одной пороховой пушкой, какой ужасный звук от них.
Девятнадцатое апреля тысяча семьсот тридцатый год. После побега бродила из страны в строну, из города в город и из деревни в деревню. Искала людей, которые могли бы дать кров на ночь и еду. Взамен, избавляла их от «ночных монстров», так прозвали люди вампиров. На данный момент, год как живу в монастыре. Днем я монашка и помогаю проводить молебны, послушания и песнопения, а по ночам беру в руки свой меч и выхожу на охоту. Монахи монастыря знают кто я такая. Я случайно проговорилась и сказала им свое имя, но выгонять они меня не стали. Поделилась с монахами несколькими секретами, как можно защититься от вампиров. Теперь как только я ухожу за пределы монастыря, они окропляют вход святой водой и читают молитвы. Это не все, что я знаю, но этого будет достаточно, чтобы защитить себя на время моего отсутствия. Если я не успевала во время нападения, монахи били в колокол, таким образом, я знала, что нужна моя помощь и перемещалась в монастырь, оставляя охоту…