— Хочешь попробовать? — не выдержал парень мой печальный взгляд и, достав из коробки туфли, начал одевать их мне на ноги.
— Вообще-то я и сама могла их обуть… — сжалась я, смущаясь и отводя взгляд.
До восьми часов вечера я училась ходить на каблуках, даже несколько раз ломала себе ноги, но благодаря регенерации, кости срастались в течение получаса. Это была не выносимая боль, я привыкла ходить на «сколе». Высокая или низкая была платформа у босоножек или туфлей мне было комфортнее, нежели на каблуке или на шпильке. Мы с Эдрианом договорились, что я не буду называть его «Валет», а только по имени. Также он еще кое-что рассказал мне: я пока человек, на половину, т.к. Димитрий укусил меня, я стала на половину вампиром. Для того чтобы мне стать полноценным вампиром, меня должен еще укусить их отец, граф Вандербежский. Но т.к. я из рода охотников, вампиром делать меня никто не будет, и граф позволил Димитрию привести меня в их поместье лишь для того, чтобы я исполняла его миссии. Если я даже сбегу, меня все равно найдут и убьют, либо сам граф, либо его сыновья или же слуги.
— И кто его вообще просил быть охотником? — бурчала я себе под нос, пока «Валет» собирал мои волосы и укладывал в прическу. — Послушай, Эдриан… — опустила я голову, — ты всегда будешь выполнять все, чтобы я ни приказала?
— Да! — невозмутимо ответил он.
— И всегда будешь защищать, несмотря ни на что?
— Да! — все также невозмутимо отвечал парень, занимаясь моими волосами.
— А если я все же сбегу, ты пойдешь за мной, чтобы удостоверится, что я жива?
— Да! Теперь я всегда буду следовать за тобой!
— Почему? — подняла я голову и увидела, как Эдриан изменился в лице, его глаза были болотного цвета. — Хамелеон? — вглядывалась я в его глаза.
— Потому что, — повернул он меня к себе лицом и наклонился так, что наше дыхание переплеталось между собой, — я нашел тебя и больше не желаю терять! Моя драгоценная Иулия! — после этих слов он сел на одно колено и, взяв мою руку, нежно поцеловал.
— Эдриан? — сидела я насторожено и все сильнее жалась к спинке стула. — Раз так, то ты должен меня защищать не только тогда, когда я прикажу!
— А как? — поднял он голову и внимательно смотрел в мои глаза.
— Тогда, когда мне начнет грозить опасность, ты должен сразу же защитить меня, а не так как в прошлый раз. Вампир почти убил меня. А ты все стоял и ждал приказа! — начинала я злиться, вспоминая, что было ранее днем. Хотя пока я все это ему говорила, думала, где же спрятаны камеры, которые снимают этот розыгрыш.
— Я все понял, теперь мне придется брать все в свою инициативу и защищать тебя все двадцать четыре часа в сутки. Каждый раз как тебе будет грозить опасность, я буду должен, не дожидаясь твоего приказа, защитить тебя! — подскочил он и начал ходить в раздумьях из стороны в сторону.
— Да ладно? — скрестила я руки на груди. — А разве я тебе не то же самое только что говорила? — следила я за ним, приподняв одну бровь.
— Мне придется предугадывать все действия братьев и постоянно быть на стороже! — метался он.
— А сколько времени? — опомнившись, я села прямо.
— И точно! Время?! Нужно поторопиться! — принялся он опять укладывать мои волосы. Не сказала бы, что они у меня сильно длинные, всего-то ниже лопаток, просто Эдриан, пока думал об одном, совершенно забыл про укладку. Он своим поведением был похож на Мартовского зайца из сказки «Алиса в стране чудес»: тот тоже был немного невменяем. Когда он уже закончил с моими волосами, сам переоделся в смокинг, а я же дополнила свой образ браслетом и серьгами.
— Пообещай, что будешь меня защищать, как только мне начнет грозить опасность, и пообещай, что ты будешь всегда рядом! — смотрела я на него в упор.
— Хорошо! — кивнул тот.
— Нет! На мизинце пообещай! — протянула я руку, оттопыривая немного палец. — Это будет твоя клятва!
— Клятва? — посмотрел он на меня удивленно. — Хорошо, я согласен! — сжал он крепко мой мизинец.
— И эту клятву разрушить никто не сможет! — улыбнулась я и направилась к двери.
— Постой! — окликнул меня Эдриан, подходя сзади, и протянул мне руку. — Я должен проводить тебя.
Взяв его под руку, мы спустились вниз. Все уже сидели на небольших диванах и ждали нас. Гостевая была сама по себе большой, поэтому диваны стояли буквой «П», и всего их было пять. Между ними в середине стоял маленький стеклянный стол и ваза с цветком, также был постелен ковер. Где-то вдалеке висела одинокая картина, все окна были зашторены плотными занавесами, и больше ничего не было. Было пусто.
— Ты великолепна! — подошел к последней ступени лестницы Димитрий и протянул мне руку. — Как и полагается моей невесте.