Выбрать главу

Она не стала ничего говорить вслух, лишь попрощалась с Эйером, прикрепила сумку к седлу и направилась к выходу, придерживая коня под уздцы. Только что выкупленные мальчишки несмело направились за ней, на ходу удивлённо переглядываясь и перешёптываясь.

Вилия не стала вмешиваться в их тихие разговоры, но прислушивалась, изредка посмеиваясь над теми предположениями, что они испуганно строили — они знали о жизни в столице лишь по слухам, а слухи порой были едва ли не противоположны друг другу.

Где-то на середине пути Вилия обернулась:

— Скорее всего, мы не успеем войти в Верис до заката, поэтому давайте заночуем где-нибудь здесь.

Найдя неплохую полянку невдалеке от дороги, Вилия привязала коня к дереву и уже было взялась за седло, но её остановил голос Вальда:

— Госпожа благородная леди?

— Я слушаю, — вопросительно взглянула она.

— Может быть, вы скажете, как вас зовут? — смущённо выдавил Вальд.

— Оу… — вдруг точно так же смутилась чародейка. — Меня зовут Вилия.

— Госпожа Вилия… — неуверенно протянул он, глядя на неё из-под светлой чёлки, — … позвольте, мы сами всё сделаем?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ладно, — пожала плечами Вилия. Она вдруг вспомнила о знаке, который отдала ему: — Знак Гильдии всё ещё у тебя?

— Да, госпожа Вилия, — мальчишка сосредоточенно пошарился за пазухой и протянул знак чародейке.

— Ты успешно выполнил первое задание, поэтому я позволяю тебе носить знак Гильдии охотников и пользоваться всеми правами, которые он даёт. Теперь ты можешь открыто носить своё собственное оружие, беспрепятственно входить в любой город, свободно продавать и покупать любые вещи, а также защищать всех, кому требуется помощь, — торжественно произнесла Вилия, надевая цепочку с серебряным щитом на замершего от неожиданности Вальда.

Он неверяще посмотрел на чародейку, словно бы посчитал всё сказанное жестокой шуткой, и аккуратно коснулся знака с каким-то странным чувством во взгляде. Вилия не смогла отказать себе в удовольствии взглянуть на эмоции Вальда с помощью заклинания: он был неимоверно удивлён её словами, не совсем поверив в сказанное, но среди удивления, настороженности и недоверия постепенно вырастали благодарность и любопытство — Вальду уже сейчас захотелось воспользоваться новыми правами, почти уравнявшими его со свободными гражданами. Вилия поставила себе мысленную заметку — сказать будущему наставнику мальчишек о том, чтобы он купил Вальду кинжал.

— Прости, что ты пострадал из-за этого задания, — негромко произнесла она.

— Я… Это не… — не в силах подобрать слов, Вальд просто упал перед ней на колени и склонился в лёгком поклоне. — Благодарю вас, госпожа Вилия.

— Разводите костёр, — мягко улыбнулась она, — и я расскажу вам про свою Гильдию. Про смелых и отважных охотников, защищающих всех людей во всех королевствах от чудовищ и монстров.

Глава 3. Столица. Часть 1

— Позволите, госпожа Вилия? — Вальд привычно заглянул в рабочий кабинет чародейки.

Та перевела взгляд со стопки документов перед ней на высокого охотника, только что вернувшегося в Гильдию. После согласного кивка Вилии Вальд медленно вошёл и вытянулся перед её столом, удобно расставляя ноги и убирая руки за спину.

— Задание выполнено, — широко улыбнулся он.

— Что на этот раз пошло не так? — в ответ усмехнулась чародейка, обходя стол и привычно устраиваясь на его краю. Они оба уже давно привыкли, что у Вальда не бывает идеально выполненных заданий — в его присутствии частенько всё шло наперекосяк из-за какой-нибудь мелочи. Вот и сейчас Вилия хотела узнать, что на этот раз натворил её охотник, чтобы подготовиться к возможным последствиям и обвинениям.

— Тот оборотень, которого нужно было убить… — протянул Вальд, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не спрятать глаза под вечно падающей прядью волос. — Я его не убил.

— Как же тогда ты выполнил задание? Мне уже передали награду за его убийство, компенсацию за оскорбление и извинения графа Кристофа, — вопросительно взглянула Вилия.

— Я его поймал и отдал клану на перевоспитание, — ещё раз улыбнулся он, пытаясь замаскировать понемногу нарастающее напряжение под маской показной безмятежности.