Подцепив небольшой выступ, я попробовал отколупать кусочек странного камня.
Неожиданно, прямо перед моим, только что нюхавшим носом, распахнулась каменная дверца и оттуда на меня уставилась сморщенная рожица, которая держала перед собой миниатюрную винтовку.
— Еконо ми цуси? — грозно спросило существо, тыкая стволом прямо в мой глаз.
Я посмотрел на Кузьмича. Тот пожал крыльями. Значит, не понимает местного диалекта.
— Еконо ми цуси?! — еще более грозно вопрошал сморщенный жилец воздушного камня.
Пожмем плечами. Что еще остается делать. Ну и головой помотаем в знак того, что не понимаю.
— Еконо ми цуси, — существо задумчиво почесало за ухом, затем повернулось и в глубину камня заорало дурным голосом: — Соня! Тут какие-то инопланетяне перед домом стоят. Ты не кого не ждешь, Соня?
Кузьмич нервно засмеялся, но я показал ему, чтоб помолчал.
В дверях каменного дома показалось еще одно существо, не менее морщинистое. Оно подслеповато сощурило маленькие глазки, внимательно рассмотрело нас с Кузьмичем, потом отвесила хороший подзатыльник существу с ружьем.
— Это ж жених! Не узнал, что ль?
— Соня! Зачем же руками? И какой это жених? — первое существо опустило ружье, — Страшненький он, для жениха.
— Проверим, — Соня нырнула в глубину камня и вернулась с небольшим листком. Посмотрела на него, на меня, — Не нам с ним жить. Жених это.
Кузьмич спикировал к Соне, вырвал зеленый листок и развернул походную агитацию у меня перед глазами.
На листке этом красовалась моя физиономия, снятая в тот момент, когда я перед экраном на Луне вертелся во всех ракурсах. Внизу листка букашки букв. Мелкие, но прочитать можно.
- "Вооружен и очень опасен. Сообщить при обнаружении. Подпись. КБ Железный". Это я что ли вооружен и очень опасен?
— Соня! Инопланетянин по-нашему лопочет, — удивилось первое морщинистое существо, — Грамоте видать обучен.
Соня еще раз отвесила ему подзатыльник.
— Не обращайте на него внимания, инопланетяне добрые, — заверещала она, — Старый он, вот и болтает, что не попадя. А насчет того, что написано, так тоже не обращайте. Глупости все это.
— Глупости писать не станут, — резонно возмутился Кузьмич, — Кто такое распространяет? Мы ведь в суд можем, за нанесение морального ущерба.
— Кто, кто? — ничуть не испугалась предстоящего суда Соня, — Там же написано черным по зеленому — КБ Железный. Вот к нему все претензии. А мы народ спокойный, к нам цепляться нечего. Да вы и у народа спросите.
Я посмотрел по сторонам.
И из всех камней на нас смотрели маленькие морщинистые существа. И было их тысяча и еще тысяча тысяч. И все улыбаются.
— Обложили, — шепнул на ухо вечно осторожный Кузьмич.
— А кто такой КБ Железный, — не обращая внимания ни на Кузьмича, ни на тысячи глаз, продолжал я допытываться у Сони.
— Да кто ж его знает, — вдохнула Соня и на всякий случай шандарахнула первого морщинистого по затылку, — Прилетала штука железная, вроде вашей колымаги, разбросала эти листочки и улетела. А листочки мы собрали, в хозяйстве-то пригодится. Мягкие и большие.
— Так вы, сволочи, этими листками что делаете? — Кузьмич схватил Соню за грудки и основательно встряхнул.
— Что делаем, не твое тараканье дело, — отцепилась от него Соня.
— А откуда знаете, что жених я, — отрывая от Сони Кузьмича, спрашиваю.
— Так о данном факте все говорят, — Соня сложила руки на пузе и, уже полностью освоившись с прилетом инопланетянина, стала рассказывать: — Давеча с хутора приходили и рассказали, что ждут, мол, жениха странного, да пригожего. Что странный, вижу, а о красоте мне не судить. Стара стала. А откуда ты, мил инопланетянин? За делом прилетел, или от инопланетного дела бежишь? Я б тебя в дом пригласила, да великоват ты. А хочешь, познакомлю с соседом моим, Абрамом, он в лотерее шесть из тридцати шести новый камень благоустроенный выиграл. С канализацией и полем для гольфа.
— Стоп, — остановил я ее. Соня замолчала, продолжая беззвучно открывать рот, — И рот закрой. Скажи лучше, где хутор и живет там кто?
Голос подал морщинистый с винтовкой.
— А нам все равно, кто там живет. Нам едино. Мы люди мирные. В ваши дела инопланетные не вмешиваемся. А то, ишь чего надумали, черные прилетают, грабят. Бледненькие, как ты, прилетают, тоже грабят.
На этот раз подзатыльник был достаточно сильным, и морщинистого отбросило в темноту камня.
— Дурак, — крикнула ему вслед Соня. Потом к нам обратилась, — Кто на хуторе живет, не знаю. Не видела. Но по разговору не злые. Они по ночам приходят. А мы по ночам дверей не открываем. Нас не трогают, и то ладно. А хутор… вот по дорожке пойдете, как раз в стенку ихнею упретесь.