— Привет, — новый попутчик не особенно пытался улыбаться или выглядеть дружелюбно: поздоровался ради формальности, это было очевидно, но… Фрина сразу ощутила в нём магию, потому не могла просто оставить в покое.
— Привет, — она подтянула ноги к себе и села, осторожно приобняв колени. Вряд ли этот маг относился к членам Ассоциации или уже печально известным демонологам, однако подумать о безопасности всё же стоило. Только вот ненавязчиво спросить о целях необычного вида парня явно не вышло бы.
— Куришь? — уточнил тот, пока его длинные тонкие пальцы искали в складках одежды, видимо, припрятанную сигарету. О содержании последней, если уж требовалось такую вещицу прятать, вопросов также не оставалось.
В ответ Фрина поспешно покачала головой.
Она хотела было увести беседу в более безопасное русло, когда в купе снова бесцеремонно вломились, только на этот раз нарушителем спокойствия стала проводница. Наскоро проверив билет Фрины, эта массивная женщина упёрла руки в бока и строго взглянула на её соседа… Парень как ни в чём не бывало сунул сигарету девушке, а сам полез на верхнюю полку за рюкзаком; спустя минуты кряхтения и борьбы с застёжкой любитель музыки выудил на свет сначала несколько странных свёртков, затем продемонстрировал потрёпанную нотную тетрадь… билет обнаружился среди разноцветных носков, отвратительно не подходящих образу чёрно-белого вампирёныша, однако, что удивительно, чистых.
Билет оказался действительным, проводница едва кивнула двум путешественникам (видимо, пожелав таким образом приятной дороги) и удалилась. А несчастный принялся заталкивать обратно в рюкзак всё то, что пришлось вытащить ради проверки…
— Выглядишь слишком «хорошей» для девчонки с билетом в Мольск, — как бы промежду прочим бросил попутчик. — Там чаще встретишь любителей покурить за чужой счёт или ещё кого; возможно, даже поинтереснее.
Краем глаза взглянув на место собственного назначения, Фрина убедилась, что едет действительно не в «Междумирье», как писал Алис, а в самый что ни на есть обыкновенный Мольск. Оно и не удивительно: маги не особенно любили распространяться о своих секретных местах, потому находились те поблизости «обычных» населённых пунктов, и только избранные знали, каким образом можно оказаться за гранью.
— Так получилось, — пожала плечами девушка, возвращая сигарету законному владельцу. — А ты там частый гость?
— Ага, на лето к бабушке еду, — фыркнул парень, закидывая обратно на верхнюю полку тяжеленный, судя по внешнему виду, рюкзак. На дворе, правда, стояла осень, плавно перетекающая в зиму, поэтому его заявление даже без интонационного выделения звучало как сарказм. — Нет, мне пересидеть нужно. Месяц или два — слишком много шума поднял, теперь если покажусь в большом городе… В общем, мелкие жизненные трудности. А у тебя что?
Фрина невольно улыбнулась в ответ на «мелкие жизненные трудности» и честно ответила:
— Прячусь от Ассоциации.
— Вот так прямо? А ты не из трусишек, — хохотнул сосед и, внезапно протянув ладонь в полуперчатке, представился. — Меня Крон зовут. Ты не подумай, я не из тех, кто соседей по купе мочит, просто люблю громкую музыку, дурь и… некоторые запрещённые магосхемы. Так что если одна планируешь в Мольске быть, давай вместе устраиваться: я, поверь, в обиду не дам.
Звучала идея о сотрудничестве достаточно привлекательно, поскольку девушка уже догадывалась, что обитатели Междумирья все как на подбор похожи на нового соседа, а в случае сожительства с толпой бандитов лучше выбрать чуточку более доброжелательно выглядящего сумасшедшего и сотрудничать с ним.
— Фрина, — девушка улыбнулась. — Я только «за». Это в родном городе у меня знакомых много, здесь же в первый раз… Но если чем-нибудь смогу помочь, можешь на меня рассчитывать.
Крон хмыкнул и медленно лёг (из-за роста ему приходилось соблюдать осторожность, чтобы не удариться головой о верхнюю полку), а уже из горизонтального положения бросил:
— Да я не ради выгоды, Фрина. Считай, у меня план есть: штук пятьдесят добрых дел в год… И помочь симпатичной девочке, торопящейся заработать проблемы на свою голову в Мольске, явно мне зачтётся. Ты, кстати, тоже ложись и поспи — нам ночью сходить, а как доберёмся вряд ли поспать сможешь. Ну, до завтра.