Лёжа на кровати в том же положении, в котором оставил её партнёр, Фрина смотрела на балдахин кровати. Первая волна приятных ощущений схлынула, и сейчас она ощущала себя идиоткой, которая нарушила все собственные обещания, один за другим предала каждый принцип и отдалась едва знакомому человеку… хотя обещала этого не делать.
Руки против воли закрыли лицо — девушка чувствовала, что вот-вот разрыдается, и совершенно не хотела, чтобы Алис видел её в подобном состоянии. Хватит с него и того единственного раза после ванной, когда она беспомощно рыдала на широкой груди в одном полотенце — пусть успокаивать мужчина умел прекрасно, Фрина всё же боялась доверять ему столько самой себя, собственных сокровенных чувств, мыслей и всего прочего из того, что вообще составляло её как личность.
Она медленно села на постели, притягивая к себе колени.
Фрина и подумать никогда не могла, что действительно встретит человека, с которым захочет заняться сексом; которому захочет доверить хотя бы капельку из всего того, что случилось с ней в прошлом; которого ей по-настоящему приятно будет видеть рядом с собой в будущем. И она понятия не имела, почему этим идеальным по всем параметрам для неё мужчиной стал именно Алис — закрытый, то не в меру молчаливый, то исторгающий потоки предложений, суть которых имела не только второе, но и третье, и даже четвёртое дно… С ним по определению было сложно найти общий язык, а она почему-то решила усложнить всё происходящее любовью, близостью, согласием играть его невесту на публике.
Что вообще творилось в её голове в моменты одобрения подобных авантюр?
— Всё в порядке? — Алис, из одежды на котором имелось исключительно нижнее бельё, присел на край кровати, своим привычно пристальным взглядом окидывая Фрину. Они оба знали, что далеко не всё пребывает «в порядке», но продолжали разыгрывать эту комедию из вопросов и ответов.
— Ты сделаешь мне больно, — она подняла голову и заставила себя столкнуться с парой внимательных глаз на чужом лице.
— Без этого ничего не получится, — тихо ответил мужчина, отыскав её ладонь, притянув к губам и едва коснувшись кожи, из-за чего по телу Фрины пробежала волна мурашек сумасшедшей силы. — Но я постараюсь, чтобы тебе было не так больно. Буду рядом, если смогу. Может быть, в итоге всё закончится очень и очень плохо для нас обоих, только вот раз мы уже столкнулись, давай проведём это время как можно лучше?
Даже девушка, которая росла без родителей, прекрасно знала, что от предложений подобного рода нужно отказываться, а затем со всех ног бежать прочь.
— Хоть кто-то до меня на это соглашался? — Фрина со вздохом переплела пальцы с Алисом, задумчиво сравнивая их ладони. Её руки казались буквально крошечными на фоне его, но касался мужчина мягко, осторожно, заботливо — буквально изо всех сил старался бережно к ней относиться.
— Я никогда и никому не предлагал быть со мной, — он улыбнулся, погладив её по щеке свободной рукой. — Фрина, может, я и веду порой себя непонятно или странно для тебя, но это только потому, что ты заставляешь моё сердце бешено стучать в груди. Я ещё не встречал девушек, подобных тебе, и я искренне хочу быть с тобой весь отведённый мне срок и даже больше. Ты понимаешь?
Она осторожно улыбнулась в ответ, невольно прикусив губу.
Хотя частенько Алис звучал для неё странно и абсолютно нелогично, эти его слова Фрина поняла более чем отлично. Он говорил о любви. Не прямо и не теми словами, которые обычно срывались с губ персонажей книг или фильмов, и всё же тем, о чём мужчина стремился ей рассказать, было именно далёкое и возвышенное чувство, ради которого люди порой совершали безрассудства и глупости.
— Хорошо, — девушка свесила ноги с кровати, а затем и вовсе поднялась, сделала несколько шагов, прошлась до занавешенного окна. — Я согласна, Алис. Пусть это будет самая идиотская вещь, которую я совершила в жизни, но… Я согласна.
Несколько секунд ничего не происходило, а затем он приблизился к ней сзади и осторожно приобнял, прижимая к себе и словно бы пытаясь согреть, как если бы девушка страдала от холода. Она закрыла глаза, растворяясь в ощущениях, и тогда мужчина внезапно потянулся за отброшенным в сторону лифчиком. Его руки касались кожи совсем не так, как во время секса — Алис был нежен, осторожен, словно бы боялся одним неверным касанием сломать Фрину в своих объятиях. Пальцы устроили грудь в чашках, застегнули крючки…