— Ты очень красивая, — шёпотом произнёс мужчина, притягивая её ещё ближе, обнимая и буквально обволакивая собой.
В ответ Фрина только едва пожала плечами и осторожно улыбнулась.
День выдался долгим и очень изматывающим: оказалось, играть роль невесты мэра Мольска — весьма и весьма непростое дело, даже если обязанностей, по сути, эта «должность» не предполагала никаких. Девушка поудобнее устроилась на своём месте, окончательно расслабилась и положила голову на плечо Алису. Беспощадно клонило в сон, но сопротивляться она не собиралась, прикрыв глаза и позволив сознанию раствориться во мгле.
В конце концов, этому человеку Фрина уже не раз и не два доверяла собственную жизнь.
Ей снился дом. Старый деревянный домик на окраине мира, где она провела едва ли не половину своей жизни. То место, где её ненавидели, презирали, обзывали самыми что ни на есть ужасными словами, считали отбросом, лишней, лгуньей…
Но во сне дряхлый домик казался тёплым и уютным, бабушка и дедушка — заботливыми опекунами, а неурядицы в школе даже не заставляли маленькую Фрину морщиться. Словно бы, вернувшись в те времена, она осталась всё той же взрослой собой, уже умеющей справляться с насмешками и болью, знающей цену родственным связям, пусть и не всегда полезным, осознающей значимость моментов.
Этот прекрасный мир приютил девушку на несколько часов, а затем выбросил обратно в реальность, где не было уже ни бабушки, ни дедушки — только мокрые дорожки слёз на собственных щеках.
Она лежала в кровати. Той самой громадной кровати, которую они с Алисом вчера «опробовали» перед тем, как подняться на балкон… И, по всей видимости, после мужчина перенёс уснувшую Фрину обратно в спальню. Девушка чуть приподнялась на локтях, плывущим взглядом скользя по уже знакомым предметам интерьера, когда внезапно наткнулась на спящего рядом Алиса.
Вот его она точно не ожидала увидеть в постели…
В прошлый раз мужчина исчез задолго до наступления рассвета, а сейчас размеренно посапывал рядом, словно бы ничего в этом мире не требовало ни его внимания, ни присутствия. Почему-то рядом с Фриной он всегда вёл себя подобным образом, отбрасывая прочь дела, которыми мэру столь громадного города за гранью реальности явно нужно было заниматься едва ли не ежедневно.
Однако желания нежиться в кровати с Алисом девушка не испытывала: тихонько соскользнув на пол, она на цыпочках преодолела расстояние до шкафа, прихватила первую попавшуюся одежду и юркнула в ванную — после вчерашнего ей ужасно хотелось оказаться под струями горячей воды.
Хватило и десяти минут, чтобы избавиться от привкуса недавнего секса, а затем Фрина обтёрлась полотенцем и принялась разглядывать вещи, впопыхах «одолженные» из шкафа. Ими оказалась чужая рубашка в красную клетку, очевидно на несколько размеров больше тех, которые носила девушка, и её собственные вчерашние джинсы — набор не из лучших, однако для поисков чего-то ещё Фрина ощущала себя слишком неуверенно, ведь требовалось перебирать вещи, рассматривать их, и если в процессе проснётся Алис, то к тому же объясняться…
В дверь постучали.
Не в дверь ванной — кто-то весьма настойчиво барабанил по входной двери спальни, и девушка почти что решилась выйти из своего убежища, когда услышала недовольное бормотание сонного Алиса, его шаги к двери, тихое разрешение внезапному гостю войти.
— Что случилось? — голос мужчины за секунды утратил все отголоски сна; кем бы ни был вошедший, новости тот явно частенько приносил совершенно не радостные.
— Те трое, за которыми Вы просили меня наблюдать, начали движение. Я бы сказал, перешли в активную фазу подготовки, потому что за последние двенадцать часов они встретились с четырьмя из помеченных Вами «жёлтых» области, и… что-то точно грядёт, сэр. Нам переводить всех в боевую готовность?
Алис ответил не сразу.
Некоторое время были слышны его шаги — мужчина расчерчивал комнату линиями своих незримых следов, одновременно размышляя над реакцией относительно начала подготовки со стороны врага. Фрина знала наверняка, что «объекты» — демонологи, а отмеченные цветами люди, вполне вероятно, оказывали им содействие и поддержку. И сотрудничество двух этих категорий означало лишь то, что спокойные деньки в Междумирье стремительно подходили к концу.
— Посылали разведчиков? — наконец задал вопрос мужчина, разрушив напряжение воцарившейся в спальне тишины.
— В той зоне нет наших, только враги, — даже по тону голоса ощущалось передёргивание плечами незнакомца. — Мы можем послать кого-нибудь, но потребуется время, а у нас его нет. Всё решится в ближайшее десять часов: если на Междумирье готовят атаку, мы это почувствуем, если же тревога ложная — ничего не произойдёт.