Почему-то ей обязательно требовалось лично присутствовать во время восстановления повреждённых барьеров, и она прекрасно знала, как обойти ограничения, установленные специфической магией крови.
— Мне нужно пойти с тобой, — Фрина остановилась и, повернувшись, решительно взглянула на своего подставного жениха. — Мы ещё плохо друг друга знаем, Алис, но интуиция меня никогда не подводит: будет лучше, если я окажусь рядом.
— Снова скажешь о том, что ты можешь быть очень полезной? — шёпотом спросил Алис, разглядывая её в ответ, но не пока не дотрагиваясь — оставляя нечто сродни личного пространства.
— Тебе понадобится моя помощь, — она прикусила губу, пытаясь понять, как именно может донести свою мысль до этого человека. Конечно, можно было попросту позволить ему уйти и убедиться в её правоте, но… Фрина не хотела его терять. По ту сторону было опасно, и хотя девушка представить не могла, по какой именно причине, она знала — без неё двоим представителям власти Мольска справиться не удастся.
Мгновения длилось молчание.
Вероятно, Алис что-то рассчитывал и продумывал, исходя из собственного опыта, пытался принять решение… Но его безнравственно прервали: дверь в кладовую сходу широко распахнули, а затем внутри оказался уже знакомый Рамос. Выглядел недавний оратор слегка потрёпанно (видимо, слушатели загорелись желанием разобрать на сувениры), однако в целом явно был готов сию минуту хоть на край света отправиться, если потребуется.
— Вы уже попрощались или мне сходить и ещё прогуляться? — он убрал руки за спину, демонстративно медленно пересекая пространство от двери до парочки «голубков».
Не позволяя Алису вмешаться, Фрина ничуть не вежливо перетянула одеяло инициативы на себя:
— Ты ведь учился магии у Рикхи?
Заместитель мэра Мольска весьма красноречиво открыл рот, собираясь ответить нечто едкое, однако тут же его и закрыл, то ли не найдя подходящих слов, то ли попросту сочтя подобное неуместным. Кашлянув, он перевёл взгляд на друга… Алис едва кивнул, словно бы отвечая на безмолвный вопрос фразой вроде: «что уж с ней поделаешь».
— Вроде того, — Рамос уже заинтересованно наблюдал за девушкой, ожидая от неё новых «пророчеств».
— Я должна пойти с вами на ту сторону, — без объяснений сообщила Фрина, а затем добавила, — и Алис этого не хочет. Но зачем подвергать ваши жизни опасности, если одно моё присутствие может помочь?
Ему не потребовалось и нескольких мгновений, чтобы связать два и два, и в этом следовало отдать мужчине должное — справлялся с «загадками» разного рода он более чем прекрасно. В общем-то, это касалось и Алиса: эти двое словно бы вместе учились вычленять из слов двойной и даже тройной смысл, чтобы после, уподобляясь предсказателям, с точностью до мелочей рассчитывать поведение как союзников, так и противников.
И получалось у них более чем прекрасно.
— Но научиться интуитивному методу предсказания почти что невозможно, — Рамос прищурился, пытаясь самостоятельно дойти до ключевой мысли происходящего. — Рикха писала о том, что для его практики требуется не менее пяти лет, и даже я пока что не слишком хорош в применении основных заклинаний…
— Мне не нужно было ему учиться, — Фрина позволила себе осторожно улыбнуться: доверять самую страшную тайну своей жизни этим двоим мужчинам казалось абсолютным сумасшествием, однако она уже решилась это сделать. — Я получила большую часть способностей по крови. Рикха была моей матерью.
Однако реакции, которой девушка ожидала, не последовало, — Рамос только фыркнул, Алис же, словно бы эти двое могли переговариваться без помощи слов, пожал плечами, мол, понятия не имею, о чём она.
— У неё не было детей, я бы знал, — заместитель мэра даже не удержался и похлопал Фрину по плечу, словно бы желая таким образом утешить. — Кто бы тебе ни сказал подобное, это ложь. Я учился в том же университете, что и Рикха, порой она позволяла мне заглянуть в свои конспекты и выудить некоторые идеи…
— Не хочешь уточнить, что она собиралась сделать тебя своим преемником, но ты бросил учёбу и подался в кругосветное путешествие? — мэр Мольска фыркнул, позволив себе (видимо, привычно) уколоть друга. — Пока тебя не было, она могла и троих детей родить.
Двое переглянулись.