— Она понятия не имела, что ты к ней что-то чувствуешь, — Алис снова взглянул на Рамоса, и в его взгляде, казалось, промелькнуло нечто, отвратительно напоминающее то ли жалость, то ли сочувствие. — Да и ты же знаешь, четыре года — слишком долго, чтобы тешить себя надеждами о возвращении молодого поклонника.
— Иди к чёрту, — заместитель мэра Междумирья шумно выдохнул и, внезапно вспомнив о присутствии той, для кого эта история стала новостью, повернулся к Фрине…
Мгновения они молча смотрели друг на друга — девушка пыталась осознать случившееся, Рамос же подбирал слова, подходящие для того, чтобы как можно тактичнее закончить свой рассказ. Алис терпеливо ждал, не вмешиваясь; видимо, предоставлял другу возможность поведать о событиях прошлого так, как тот считал нужным.
Наконец заместитель мэра на что-то решился.
— Мне вообще-то было лет шестнадцать, в университет я ещё не поступил, но собирался, а Рикха давала бесплатные уроки всем желающим, — на мгновение Рамос снова замолчал, погрузившись в воспоминания давно ушедших дней. — Желающих было немного, часто мы занимались наедине, но она никогда не жаловалась, охотно делилась наработками и конспектами, рассказывала о мире, который хотела бы создать. Я признавался ей в любви несколько раз, только вот воспринимать меня всерьёз в то время… В общем, ничего не вышло, мой последний год подошёл к концу, и один близкий друг потащил меня в путешествие, мол, мир посмотрим.
Снова воцарилась тишина.
Фрина прекрасно понимала, кто был тем самым другом и кому, если задуматься, Рамос мог выставить претензии относительно всего случившегося… Однако, казалось, отношения странных начальника и подчинённого не то, что не испортились, но даже улучшились благодаря всему пережитому вместе.
— Я узнал о том, что случилось, из третьих рук, и потом ещё долго не мог заставить себя хотя бы подумать о том, чтобы вернуться в столицу, — заместитель мэра тихо вздохнул и едва покачал головой. — Думал, больше никогда не придётся пересказывать эту историю, а оно вот как обернулось…
Одна мысль о том, что этот человек, сейчас стоящий перед ней, когда-то был влюблён в её мать и чисто гипотетически мог даже стать для неё самой отцом, заставила Фрину нервно передёрнуть плечами. Хотя вряд ли кровное родство с Рамосом заставило бы испытывать неудобства: тот явно умел заботиться, быть нежным и даже больше; пожалеть стоило разве что окружающих, которым и без того порой приходилось несладко при прямом столкновении со взбалмошным характером девушки, а если приправить его щепоткой уникального «обаяния» заместителя мэра Мольска!..
В таком случае Фрина могла бы вырасти в некую завоевательницу.
— Единственное, что меня радует в этой ситуации, — Алис сунул руки в карманы и заговорщически подмигнул Рамосу, — что мы с тобой не кровные братья, и во всём этом большом недопонимании я почти не участвую.
Девушка невольно улыбнулась: как оказалось, не только у неё в рукаве скрывались козырные карты, и теперь она могла почти что без опаски доверять странной паре друзей — те давно уже находились за гранью одобрения Ассоциации, а потому не представляли никакой угрозы для «маленького секрета» происхождения Фрины.
Потребовалось ещё несколько минут, чтобы все присутствующие привели себя в порядок, и только после этого «переговоры» было решено продолжить.
— Если она действительно дочь Рикхи, нам пригодится её помощь, — Рамос пожал плечами, бросив Алису псевдосочувственный взгляд. — Даже с нашими силами некто вроде неё в команде не помешает.
— Я хочу, чтобы Фрина осталась, — мэр Междумирья скрестил руки на груди и обвёл взглядом сначала саму девушку, затем её новообретённого защитника. — По ту сторону слишком опасно, чтобы водить экскурсии, да и, как я уже говорил, ритуал всё ещё не готов, и альтернативы для него нет.
Фрина покачала головой:
— Я знаю, как обойти правило «кровной связи».
— Этому теперь в университетах Ассоциации учат? — Рамос присвистнул, поправляя плащ. — В таком случае я на некоторое время притворюсь прилежным учеником, поскольку мне отнюдь не помешает разбираться в техниках запретной магии.
Ей досталась подобная тема доклада по одной простой причине: все приличные направления изначально забрали себе подружки старосты, и когда оказалось, что в университетской библиотеке книг по магии крови днём с огнём не сыщешь, девушка сделала буквально то же, что и всегда, — отправилась на знакомый чёрный рынок. Кто же знал, что среди десятка купленных за бесценок книг обнаружится дневник одного из величайших магов крови прошлого столетия, в котором, кроме конспектов теории, найдутся ещё и схемы заклинаний, которые давно уже собирались отнести к числу запретных?