— Я дралась только один раз, и не насмерть, — тот раз, когда её после занятий подкараулил парень от силы на несколько лет старше, надолго врезался в память, поскольку Фрина впервые по-настоящему применяла магию против человека.
Вероятно, её противник являлся сталкером или помешанным: он несколько дней следил за передвижениями девушки, наивно полагая, что та ничего не замечает… Можно было обратиться в полицию, однако в решающий момент незнакомец вышел на неё с оружием — пришлось сражаться, дабы выжить. Тогда Фрина использовала в основном простые заклинания, отследить скорость применения которых почти невозможно даже для лучших из лучших, которыми работники ближайшего отделения Ассоциации, само собой, не являлись. Не выявив ничего подозрительного в воспоминаниях нападавшего, полицейские отпустили девушку.
Поэтому можно было сказать, что по-настоящему задействовать свои способности Фрина собиралась впервые.
— В таком случае держись позади и используй что-нибудь для отвлечения внимания. Для начала сгодятся и фейерверки, если ты умеешь нечто подобное, а дальше действуем в зависимости от количества врагов и их силы, — заместитель мэра невольно улыбнулся, хотя движение его губ вышло несколько натянутым. — Надеюсь, серьёзных противников нам не достанется.
Переход в Междумирье занял какие-то секунды, затем Рамос перенёс их к двери наружу… Последнее перемещение заняло ещё некоторое время, секунды которого Фрина отсчитывала в уме во время телепортации — всё лучше, нежели представлять, что снаружи дожидается толпа сумасшедших демонологов, единственная цель которых — добраться до живых существ, спасённых благодаря Междумирью.
Двое оказались в уже знакомом месте быстрее, чем полагали. Заместитель мэра, одной рукой придерживая скрытый под пальто клинок, осматривался, пытаясь обнаружить противника… Однако демонологи не выстроились в шеренгу и не пытались все разом взломать условную дверь: несмотря на то, что многие их атаки достигли цели, с высокой вероятностью стреляли почти что всё время вслепую, и только последние пару залпов координировал кто-то из предателей.
— Всё, — Рамос выпустил пальцы Фрины и взглянул на неё так, словно бы собирался попрощаться. — Остаёшься здесь, из защитного круга не выходишь, самодеятельностью не занимаешься. Если почувствуешь, что не справляешься, просто позови меня, и через секунду я буду рядом.
— Я могу за себя постоять, — Фрина недовольно хлопнула напарника, который её ни во что не ставил, но зачем-то взял с собой, по плечу. — Так что если что-нибудь понадобится, зови — тоже постараюсь держаться поближе.
Проигнорировав колкость, заместитель мэра Мольска только хмыкнул, перехватил поудобнее своё оружие, зажав его в зубах, и полез вверх по стволу ближайшего дерева, преследуя одновременно и цель скрыться, и найти идеальную позицию, дабы при случае не оказаться безоружным перед целым войском демонологов (хотя такого количества последних, вероятно, и на всём континенте не собралось бы).
Фрина, как и обещала, наблюдала снизу, переступая с ноги на ногу в небольшом кругу, нарисованном на непонятно откуда взявшемся островке асфальта чьей-то нетрезвой дрожащей рукой. Задать вопрос о том, откуда магия защиты подобного уровня вообще взялась на окраине мира, не хватило времени, а потому оставалось только положиться на Рамоса и неизвестного мага-художника, поскольку кроме меловой линии от потенциального нападения со спины девушку вообще ничего не оберегало.
Стояла тишина.
Почти что привычное молчание местных лесов, которое после нескольких дней Фрина могла отличить от напряжённого беспокойства, частенько звучащего в атмосфере в прочих населённых пунктах. Скользить взглядом вдоль елей, сосен и прочих деревьев казалось девушке абсолютным сумасшествием: её глаза всё равно не были способны отделить от бесконечных оттенков зелени фигуры потенциальных врагов, а потому вскоре это занятие она забросила, снова нерешительно переступила с ноги на ногу, а после опустилась на землю, предварительно прочтя короткое заклинание терморегуляции — без куртки становилось прохладно.
Устроившись в положении, откровенно выдающем её наплевательское отношение ко всему миру в целом, Фрина принялась мысленно разворачивать и сворачивать схематический шар, затем перешла к более сложным фигурам, пока не остановилась на пирамидальной сфере. Сложная в исполнении форма даже для воина с карандашом, не говоря уже о тех, кто творил магические схемы… Девушка даже не знала наверняка, существовала ли такая фигура в реальности или же профессор, читавший лекции, выдумал её ради смеха. Хотя после его занятий многие однокурсники пытались нарисовать и вообразить ещё и сферическую пирамиду — вот с ней даже у наставника возникли проблемы, когда дружелюбные студенты предложили преподавателю выполнить собственное задание.