Наотмаш махнув рукой новому знакомому Николай уверенной походкой отправился на выход. Пора возвращаться в город. Всё. Наигрался..... В кармане почти голяк, но это не стоило того чтобы здесь задерживаться для получения расчёта, тем более ещё не понятно где придётся заночевать....
Артём. Глава 2
Свалка это свой мир со своими знаконами. Кого только сюда не заносило, неизменным оставалось одно, это то что она всё время имела владельцев и этот золотой кландайк приносил кому-то прибыль. Она по своему была золотым кландайком в близи города. Мусоросжигательных заводов в нынешнее время немного и это классический способ с давних времён существовал. Другое дело что раньше люди дома отапливали печами и так много отходов не было. Всё уходило в дело.
Сортировка дело хлопотное, переработка по идеи это очень даже прибыльно тоже, но всё таки люди потихоньку засираются и засирают всё вокруг себя. Быстра выработка одноразового товара дала о себе знать. Ведь не учат в школе этим простым вещам как аргоэкономичность. Культура скорее наоборот подстёгивает людей покупать больше и больше и пропоганда конгломерата избытка кричит и кичится с каждого рекламного щита. Вот вы можете представить себя без вездесущих прокладок или удобных бритв .... Или массовой упаковки?
Мужчина махнул рукой новому случайному знакомому. Мало ли кто попадал сюда? Много случайных и временных. Люди здесь сами определяют своё место и большенство основной костяк всё таки разочаровашихся и отчаявшихся людей неизменно касаются этой среды. В городах это помойные бомжи в поисках более простой жизни ведь потребителей всё равно больше и тех кто выкидывает отработанный или ненужный ресурс дохр@на....
Судьба к Артёму в чём-то была благословна, он прошёл свой этап безмозглого алкаша(никто не говорит, что это было просто), в своё время армия поломала его так что не дай бог каждому. Молодым парнишкой у которого был институт и перспективы в период когда правительство вдруг решило, что учащиеся вузов должны служить, поглотило перспективного парнишку на раз. Его увлечение спортом и показатели съиграли с ним не очень хорошую шутку. Артём попал в одну из тех, горячую "секретную" точку. Тот который даже и не помышлял что будет идти вбок обок со смертью, вдруг оказался в достаточно элитном отряде где после короткого введения в курс дела, сунули человеку снайперку в руки.... и дальше понеслось. Там была своя война, которой для масс почти не существовало. Там появились свои друзья и враги. Там цена жизни неимоверно мала и неизменно велика.
Система приняла парня на два года и выплюнула его обратно в обычную реальность. Всё бы ничего, но всё чаще снились сны о войне, кровь, те события... и просыпаясь Артём все чаще переставал понимать, что он делает в этом мире, всё чаще хотелось отвлечься и забыться что бы не помнить тот период жизни. Сначала из периодических пропусков вылетел из университета. Всё чаще жизнь стала сводится к тому что бы достать спиртное и улететь в мир где мало что важно... И дни мелькали в коротко временных подработках, то грузчиком, то уборщиком, то сторожем и затяжных проподаниях во вне. В непонятных квартирах со странными людьми, но с теми с кем можно было на пьяную голову услышать или сказать "ты понимаешь". Пока были живы родители всё ещё имело какую то иллюзию стабильности и казалось можно жить и так, но к двадцатипяти годам случился инфаркт у отца, работающего в металургическом НИИ узкопрофельным специалистом. Он его не пережил, и виной была даже не опоздавшая помощь, а потому что он решил возвращаться домой по немноголюдной улице и безразличие людей среагировавших на лежащего на асфальте мужчину как :" Мало ли пьяных лежат на дороге" съиграло свою роль. Подоспевшей неоложке спасать было уже некого. Через два с половиной года мать попала а автокатастрофу. Артём с тяжестью на сердце вспоминал то время когда навещал её в больнице и тот момент когда с чистым желанием действительно пробовал изменить свою жизнь, как расказывал своей матери свои надежды и чаяния и видел отражение надежды в её счастливых, но печальных глазах. Он даже молился богу. Но и здесь его постигло разочарование. В свои двадцать восемь лет он остался один, горе и смерть захлестнуло его, всё потеряло смысл и только хмельное забыть стало целью, а в последствии и смыслом жизни. Он оказался не просто один, в большей степени он потерялся, а желающих помочь ему пережить всё то, что на него психологически навалилось "за рюмкой чая" было достаточно.