— Ларри! — громче всех закричала женщина.
Коннор глубоко вдохнул свежий, пахнущий можжевельником воздух. После исчезновения Анны он как одержимый занимался поисками Дрейка. Теперь, когда работа была завершена, он чувствовал опустошение.
Ему хотелось вернуться домой к Анне, прижать ее к груди, согреться в ее объятиях…
Ли Дрейк бросилась ему на шею и расцеловала его в обе щеки.
— Спасибо вам!
Затем, рыдая, она бросилась в объятия мужа и вместе с ним упала на землю. Обнаружив, как он слаб, она заплакала еще сильнее и крепче прижалась к нему. Наблюдая за ними, Коннор завидовал их счастью. Анна вряд ли бы так за него переживала, окажись он на месте Ларри.
Когда к Дрейкам подошли репортеры с камерами, он выступил вперед.
— Оставьте их в покое. Я готов ответить все ваши вопросы.
— Как вы поняли, что это был Джефферсон, сторож, уволенный за пьянство на работе? — спросил один из репортеров, протягивая ему микрофон.
— Нам повезло.
Его люди расспросили десятки служащих Дрейка. Гуэрра разговаривал с женой Джефферсона, поскольку его самого нигде не могли найти. Она упомянула, что ее муж увлекался спелеологией и часто спускался в Колодец Майкла. Вывод напрашивался сам.
— Как вы узнали, что Дрейк находится связанным на дне Колодца Майкла?
— То, что мы нашли Дрейка, — настоящее чудо, — ответил Коннор. — У него воздуха оставалось всего на две минуты.
Закончив давать интервью, он отошел в сторону и открыл мобильный телефон, чтобы позвонить Анне, но тут же закрыл.
Она ушла и, возможно, подаст на развод.
Когда дело касалось Анны, он не верил в чудеса.
Глава шестнадцатая
Три дня спустя
Хьюстон, Техас
Тэйлор мотала головой, отказываясь есть, когда Коннор пытался накормить ее из бутылочки. Детская была завалена всевозможными игрушками, которые он купил, чтобы утешить Тэйлор.
— Я знаю, что это не мамочкино молочко, но тебе нужно кушать, дорогая, — устало пробормотал он, слова пытаясь дать ей соску.
— Мамамамама…. — жалобно захныкала она, уворачиваясь.
Отложив бутылочку, Коннор прижал Тэйлор к груди и принялся тихонько покачивать.
— Знаю, дорогая. Меня она тоже бросила.
К горлу подступил комок. Ему было до слез жаль малышку, но мужская гордость была сильнее. Он не станет делать первый шаг.
Как, черт побери, она могла оставить ребенка, пусть даже на время?
Эбби и Теренс хотели, чтобы он ее разыскал, но он наотрез отказался. Какой смысл удерживать Анну против ее воли. Если она захочет уйти, он ее отпустит.
Он любил ее, но она вряд ли захочет это знать, поэтому он ничего ей не скажет.
Он с ужасом ждал ее звонка, зная, что за этим последуют бесконечные формальности, связанные с разводом и разделением опеки над ребенком. Тэйлор окажется меж двух огней, но она будет не первым ребенком, переживающим развод родителей.
Словно читая его мысли, малышка начала бить его кулачками в грудь и плакать.
— Ну вот, опять двадцать пять.
Поднявшись, он, прижав Тэйлор к плечу, стал ходить по комнате. Малышка не унималась. Он показывал ей мягкие игрушки и яркие картинки на стене, нажимал на кнопки игрушечного мобильного телефона, но все без толку. Тэйлор орала так, что ее личико стало пунцово-красным. Кто знал, что забота о маленьком ребенке может быть таким трудным делом?
Коннор устало вздохнул. Похоже, его ждет еще одна тяжелая ночь. В обе предыдущие Тэйлор, наоравшись до изнеможения, забывалась снова только к трем часам.
Поглаживая мягкие кудряшки Тэйлор, он сел и снова предложил ей бутылочку.
— Пожалуйста, поешь. Я не хочу, чтобы ты умерла с голоду.
Малышка с такой силой ударила по бутылочке, что та упала на пол. Затем она начала издавать странные пугающие звуки, словно задыхалась.
— Все будет хорошо, — шептал Коннор.
Вот только сам он в это не верил.
* * *— Почему мне никто никогда не говорил, что поменять подгузник плачущему ребенку труднее, чем заклеймить бычка? — проворчал Коннор, бросая в мусорную корзину очередной испорченный подгузник.
— Может, мне сходить за мотком скотча? — пошутил Лео.
Услышав голос своего дяди, Тэйлор расплакалась еще сильнее. Все же Коннор достал новый подгузник и просунул ей между ножек.
— Так дальше дело не пойдет, — произнес Лео тоном, не терпящим возражений. — Ты не можешь руководить фирмой и одновременно быть суперняней. В итоге у тебя не получается ни то, ни другое.
— Думаешь, я сам не понимаю?
— Ты должен поехать за Анной.