– Мара, – раскатисто проговорил великан. Только он звал её так. Остальные – Маргарет или – очень немногим это было позволено – Марго. – Я же предупреждал не лезть без подготовки в непроверенные места.
– А я подготовилась, – улыбнулась Марго, подходя к мужчине. По пути она выдернула из трупа засевший в нём клинок. – Ты ведь здесь, наставник.
Охотница, только услышав о пропавших путниках, нищих и кошках, сразу же послала телеграмму. Благо, знала, где искать. Марго резким движением воткнула лезвия в землю, подвесила арбалет обратно на пояс и подошла к возвышавшемуся над ней мужчине. Тот стоял неподвижно, у ног его лежал присмиревший железный череп, в левой руке – большой и тяжёлый, обитый сталью многозарядный арбалет. Охотница подошла вплотную, обвила руками шею наставника и жадно впилась поцелуем в его губы.
Тот завёл руку за спину, цепляя арбалет, потом положил ладонь Марго на талию, прижимая к себе и чуть приподнимая. Поцелуй был, как и всегда, солёным от капелек крови, а голова перестала кружиться, наполнившись странной лёгкостью.
– Я так скучала, Густав, – промурлыкала Марго, отстраняясь.
– Рассказывай, – бросил Густав, цепляя на железный череп клетку и вешая вместе с цепью на пояс.
– Всё как всегда, – пожала плечами женщина, делая шаг назад и окидывая взглядом поле боя. Кому-то придётся изрядно потрудиться, очищая здесь всё. – Пропавшие вестовые, местные оборванцы, кошки.
– Кошки? – Густав обошёл свою ученицу и вытащил её клинки из земли, покачал головой. Охотница со вздохом достала из кармана кусок плотной ткани и протянула ему. – Кошек убивают макабры.
– Верно. И я так подумала, потому сразу написала тебе. А оказалось – трупоеды. Странно. Здесь им делать нечего, – Марго смотрела, как наставник тщательно протирает лезвия. В голове у неё роились совсем неуместные мысли. Впрочем, для них тоже были причины. – И ещё Datura, её здесь очень много. Это ещё и тёмный сорт, реагирует на кровь. На святой земле ему не место. И как вообще пропустили такое изобилие?
– Datura, значит. А я-то думаю, что не так, – усмехнулся Густав, возвращая клинки.
– Её здесь быть не должно, – покачала головой Марго. – Я взяла образцы перед нападением. Их стоит как следует изучить, послать в Монастырь. Или даже отвезти самим и как можно быстрее.
– Согласен, – Густав усмехнулся. – Но сперва стоит обследовать церковь.
Марго кивнула, убрала клинки и накинула капюшон. Она тоже собиралась начать с церкви, макабры обычно обитают именно там. Но не успела. К чернеющему на вершине холма зданию они шли молча. Густав двигался бесшумно, сливаясь с тенями. Так ему было проще.
Дверь оказалась незапертой, в нартексе было темно и пусто, пахло ладаном и давленой хвоёй. Если первое ещё легко было объяснить, то второе не было обычным, а значит, вызывало подозрения. Внутри самого здания было немного светлее – луна снова вышла из-за облаков и осветила неф через высокие стрельчатые окна. Ряды скамеек стояли ровно, ни предосудительных запахов, ни странных рисунков не было. И даже выпотрошенного, распятого трупа священника в алтарной части. Марго бросила быстрый взгляд на колонны – никаких привязанных трупов, ни распятых, ни вниз головой, ни за руки. Ничего.
– Выглядит чисто, – охотница быстрым шагом прошла к первым рядам скамеек. В изменчивом лунном свете храм казался самым обычным.
– Он не осквернён, – выдохнул Густав, замерев у неё за спиной.
– Это можно исправить, – Марго обернулась к нему, развязывая завязки плаща. – Нам простится после всего. Место всё равно заново освятят.
Густав не ответил, притянул женщину к себе, утягивая в поцелуй. На этот раз останавливаться он не собирался. Марго упёрлась руками в клыки на его груди, царапая пальцы, потом спустилась ниже, к пряжке пояса. С грохотом на пол упали череп в клетке и арбалет. Густав только усмехнулся, разрывая поцелуй и сыто облизываясь. Он сел на скамейку в первом ряду лицом к алтарю, но смотрел только на стоявшую перед ним женщину.