Утро, это когда встает солнце, какое бы оно не было. В колонии Лили, на далекой планете, оно было размером с горошину. Но светило ярко и до самой ночи. Ночи на родной планете были короткие, почти неощущаемые. А утро – ветряное, холодное, преисполненное желтовато-серыми оттенками в небе. И воздух, пропитанный песчинками, от которых спасали только скафандры.
Здесь же ничего кроме звездного непроглядного неба. И даже его Лиля не видит в своей каюте без окон и люков.
Встав, она прошла к умывальнику и быстро умылась. Тело ощущалось не своим – слушалось вяло и нехотя. Спать не хотелось совсем. Лиля испуганно глянула на себя в зеркало – бледнючая настолько, что веснушки напоминают сыпь. Вдруг она больше никогда не сможет спать? После того, что сделала?
Нож, блестящий и острый, лежал на умывальнике рядом с зубной щеткой. Лиля даже не помнила, как мыла его.
Живот отзывается урчанием. Лиля немного успокоилась, ощутив ноющее чувство голода. Она все еще человек! Тело не отринуло её!
Она покинула каюту. Пустые коридоры никогда не казались ей столь одинокими. Когда-то весь жилой отсек был заполнен, а потом в какой-то момент Охотников осталось четверо и Лиля в придачу. Пятеро на борту гигантской машины, парящей в космосе.
Теперь их двое.
Они не говорили ей, но Лиля знала – Техника тоже нет. Дурашливый пьяница, что никогда не замечал её. Он ушел сам, пока еще мог…
Лиля шла на кухню. Сейчас раннее утро, Лидер должен спать. Он не поднимается раньше полудня, если нет дел. Позавтракав и набравшись сил, Лиля завершит свою миссию…
Но только она подумала об этом, только ощутила нарастающую тошноту и завернула на кухню, как увидела его.
Лидер облокотился на один из холодильников, открытых и полупустых. На полу разбросаны бутылки и банки, некоторые вскрыты и жидкость разных цветов расползалась лужей по полу. Сам он шатается, небрит и в одних штанах.
Лиля замерла, как перед диким животным.
И поняла, что не сможет ничего ему сделать…
— О, — Лидер заметил её, оборачиваясь. Зрачки расширены, губы расплылись в ленивой усмешке. Стоило ему открыть рот, как Лилю обдало тяжелым запахом алкоголя. — Я и забыл про тебя.
Лиля поморщилась и сдержалась, чтобы не прикрыть нос. Лидер пьян! Причем конкретно… Он отлип от холодильника и подошел ближе, вразвалку, чуть не споткнувшись о бутылку. Он был босиком и не обращал внимание на жидкость под ногами. Механическая рука безжизненно висела у его обнаженного торса. Старые шрамы, криво набитые татуировки на накаченном теле.
Лиля нервно сглотнула.
— Я уже ухожу, — пискнула она.
— Нет, — Лидер покачал головой. — Оставайся. Бери, что хочешь! Все равно мы с тобой одни остались…
Дрожь прошлась по рукам – откуда он знает?! Посмотрел по камерам? Нет, тогда он бы пошел и освободил их!
Может, просто бредит?
— С чего вы взяли? — глупо спросила Лиля, поглядывая в сторону выхода. Но дверь за ней закрылась и убежать быстро не получится.
— Я все знаю, — лишь улыбнулся Лидер. Улыбкой столь мягкой, про которую Лиля и забыла. А ведь когда-то она видела её каждый день… — Я все знаю и мне плевать.
Лиля могла спросить снова, но не решилась. Он пьян и не понимает, что несет. Лиля лишь аккуратно обошла лужу из липких напитков, надеясь, что на этом разговор закончен.
— Эй! — рявкнул Лидер, когда Лиля попыталась отойти. — Сделай-ка мне завтрак!
Он вальяжно упал на крутящийся стул. Откуда-то достал бутылку зеленой шипучки – популярного пива.
Лиля ощутила в себе злость и обиду – такую же, как когда её выгнали отсюда, не дав присоединиться к празднику.
Лидер снова вел себя как мудак.
Но разве она должна продолжать терпеть?
— Я вам не… служанка. Я уборщица. – просто ответила она, хотя про себя произнесла это куда тверже.
— Ты на моем корабле, — отчеканил Лидер. Любой намек на улыбку пропал с его лица.
Внутренности Лили похолодели, но она стояла на своем:
— Я не буду делать вам завтрак.
Лидер раздраженно выдохнул и встал. Походка стала твердой, даже взгляд ясным. Лиля сжалась и перестала дышать.
— Не выпендривайся, дура. Иначе я убью тебя, как остальных.
Он наклонился над ней, тенью накрыв перепуганную девушку.
О чем он говорит – зажегся в ней ужас. Это ведь она сделала, разве нет?! Лиля вспомнила холодную рукоять ножа, как руки обагрились теплой кровью Пилота, как злы были глаза Красотки.
Но Лидер нависал, как самая страшная угроза.
И он не шутил.
— Я… я…
Лиля потеряла дар речи, а Лидер неожиданно толкнул её в плечо и залился хохотом. Громким и оглушающим. Смеялся до слез, которые утер ожившей механической рукой.
— Я же шучу, дуреха, — фыркнул он. — Смотри не упади в обморок!