— Я все видел! Не было ни дня, чтобы я мысленно не заходил навестить тебя, Эмбер!
— Тогда почему ты не вернулся? Я нуждался в тебе, как никогда!
Злые слезы мешали словам, они бежали бесконечно вместе с вернувшимися воспоминаниями. Данте с трудом дышал, утомленный магическим истощением и дракой.
— Ты все знаешь, я же показал тебе правду! — еще раз пояснил черноволосый парень. — Хантеры ожидали, что я останусь рядом со своим апрентисом, и в любом случае достали бы и тебя, и это сработало! Два года ты жил, Эмбер. Ты дышал, ел, спал, потому что они не пытались тебя поймать или поранить! Я подумал о тебе, в кои-то веки за все то время, что ты знаешь меня! Я даже стер тебе память, чтобы ты не мучился подробностями!
— Ты вообще не думаешь ни о ком, кроме себя! — крикнул мальчишка. Его всего трясло, а Данте почувствовал, как в его груди что-то кольнуло слева, в районе сердца.
Эм закрыл лицо руками и отпустил свою жертву. Он уткнулся лбом в колени, но его плечи продолжали вздрагивать от бешенства. Данте ничего не осталось, кроме как смотреть на его бушующий гнев.
Он и сам хотел бы отдышаться. Он отполз от Эмбера подальше, чтобы обезопасить себя от его ярости. На его виске быстро колотилась венка.
— Я знаю, какого ты мнения обо мне. Поверь мне, в своих мыслях ты всегда был крайне красноречив, — Данте сел и выпрямился, тоже потирая передавленную шею. — Только ты ошибаешься в одном. Я думал не о себе!
Эм посмотрел на своего создателя с гневом, свойственным разве что дикому животному.
— Но… Это не все… — с трудом выдал он, когда собрался с духом. — По правде, я не знал, что тебе сказать, что я могу сделать, чтобы смягчить утрату, — он опустил глаза, а Эмбер продолжал слушать. — Я хреновый создатель и не могу стать лучше, хотя, может, и стоило бы попытаться. Но я понятия не имею, как сделать это, потому что ты воспринимаешь в штыки абсолютно все мои попытки!
Злость и обида во взгляде Эма сменились легким изумлением. Он смотрел на Дантаниэла и хмурился в ожидании продолжения. Бывший преподобный стиснул зубы и сделал печальный выдох. Ещё никогда и никому он не говорил тех слов, которые собирался сказать сейчас Эму.
— Прости меня. Я знаю, что сломал твою жизнь. Твоя мама… она… не заслуживала такой участи.
Это звучало так неловко и странно, что Эмбер открыл рот. Ворлок казался раздосадованным, жестокость ушла из его взгляда. Сейчас он не представлял из себя абсолютно никакой угрозы.
— Что ты смотришь на меня так? — Дантаниэл хмуро взглянул на него. — Не тебе одному было плохо. Иногда ты своими завываниями просто со свету меня сживал. Знаешь, сколько раз я хотел вернуться и наподдать тебе хороших пенделей?
— Но ты не вернулся! — отчаянно твердил Эм. — Ты бросил меня, как ненужную вещь!
— Да потому, что я не могу помочь тебе, Эмбер! Я не смогу заменить то, что ты потерял! И не смогу унять твои страдания!
— Ты можешь хотя бы попробовать быть менее бесчувственным, мать твою! Ты говоришь, что хочешь стать хорошим создателем? Тогда научись изредка смотреть на людей не как на кусок мяса! Не ходи по их головам, как будто они подножный корм!
— Разве то, что я делал для тебя, не доказательство, что я хотел сделать что-то полезное? — начал заводиться Данте.
— Может. В тебе мелькали проблески, надежда на то, что ты можешь стать лучше! Но что я вижу, Дантаниэл? Я появляюсь тут, а ты пьяный в стельку и охотишься за очередной беспомощной жертвой возле клуба, легкомысленный, как весенний щенок! Конечно, ты скучал. Конечно, тебе было плохо! — голос Эмбера пошел на повышение. — Но ты всегда был жалким трусом! Проклятым глупцом, который думает только о своей выгоде! Ты никогда не сможешь стать хорошим создателем, ты для этого слишком эгоистичен!
Дантаниэл вспыхнул от его слов. Он быстро рванулся вперед так, что глаза его оказались совсем рядом с голубыми глазами Эма, суженные, как у хищника перед броском.
— Поубавь тону, мальчик! Я все еще сильнее тебя, ты не забыл?
— Мне все равно! Я тебя не боюсь, Данте! Ты последняя сволочь, которую…
Дантаниэл зарычал и повалил парня на спину, захватывая его запястья и прижимая их к земле. Эмбер с испугом замолк, уставившись на его дьявольский оскал...
====== продолжение 2 ======
Данте держал себя из последних сил. Он наклонился ниже, в обжигающе ледяное лицо мальчишки. На секунду Эму показалось, что ворлок собирается его укусить, но тот лишь смотрел на него и явно боролся с собой. Рядом с Эмбером в его душе открылись шлюзы, бурный поток всевозможных чувств рвался наружу и заставлял напрягаться каждый мускул его усталого тела. Насколько проще было держаться подальше от взрывного смертного. Данте скользнул взглядом по светлой челке, раскрасневшимся губам и шее мальчишки. Он зажмурился. Снова открыв глаза, он произнес, стараясь сделать свой голос мягче:
— Поумерь пыл. Ты можешь пожалеть о сказанном. Я собираюсь предложить тебе сделку, — Дантаниэл прошептал эти слова, но они прозвучали достаточно веско, чтобы Эмбер прекратил вырываться.
— Что еще ты хочешь получить от меня?
— Ничего. Все намного проще, чем ты думаешь. Я попытаюсь переломить себя и сдерживаться в твоем отношении, быть твоим наставником, как ты того хочешь, но взамен…
Эмбер приподнял голову и удивленно уставился на него.
— Взамен ты прекращаешь создавать мне трудности. Пожалуйста, я не могу больше сражаться с тобой. Ты меня еще в Гринвуде замотал…
Голос ворлока прозвучал так непривычно умоляюще, что Эмберу пришлось подняться на локтях и заглянуть в его лицо. Дантаниэл не лукавил. Он казался взлохмаченным, опустошенным и очень, очень усталым, словно глубокий старик взирал на мир из недр его молодого тела.
— Твой ответ? — Данте продолжал сверлить мальчишку подозрительным взглядом.
— Ты под заклятием противоестественной покорности? — так же напряженно спросил Эмбер.
— Нет. Просто я хочу тишины и покоя в своей голове. Мне надоело слышать твою непримиримую ярость.
— Дан… Я… Мне будет лучше одному. У нас с тобой никогда не складывались отношения… — тихо и серьезно прошептал Эмбер. Вся злость на этого человека начала превращаться в свинцовое безразличие.
— Ты настолько на меня зол? Я знаю твой ответ, но… и тебе, и мне будет спокойнее, если ты останешься. Ты и сам знаешь это.
Эмбер обреченно рухнул на лопатки. Он ожидал чего угодно, но только не подобных слов, сказанных совершенно точно не тем ворлоком, которого он помнил, знал и боялся. Почему Данте вел себя так мягко сегодня? Эм не понимал.
— Проклятые Элай и Дагон. Я знал, что не стоит им доверять. Там Мэл. Мэл ненавидит меня, — эти слова прозвучали как последний аргумент, который Эм привел в свое спасение.
— Не переживай. Я попробую взять Марлоу на себя. Он не самая большая проблема, если его не доставать. Как дойдем до поселка Чародеев, сможешь от всех нас держаться подальше.
— Дагон и Элай говорили мне об этом, — без особого намерения поддерживать беседу буркнул Эмбер.
— Очень хорошо. Сейчас лучше ненадолго скрыться. Охотники слишком тупы, чтобы догадываться, что не все колдуны ходят по дорогам, подставляя свой зад под их когти. Давай я расскажу тебе завтра? — Данте устало зевнул. — Ты перестанешь валять дурака?
— Я понятия не имею, Данте. Я не имею ни малейшего представления, чего ждать хотя бы от следующего мгновения, — с расстановкой произнёс Эм.
Дантаниэл тоже не имел. Внимательно смотря на мальчишку, который был так близко к нему, он попытался влезть в его голову. Там, в сумбурном сознании блондина, комкались мысли. Однако они уже не были такими острыми и резкими, как изначально. Если бы только это был конец трагедии…
— Нам надо поспать. У нас всех был тяжелый день, — еле слышно прошептал Дан. — А завтра решим, как поступим.
— Я не давал свое согласие, — буркнул Эм, предпринимая попытку скинуть его с себя.
— Завтра решим… Simul*!
Вместе
Эмбер дернулся из рук Дантаниэла, но оказалось уже поздно. Его запястье оказалось прикованным к запястью ворлока невидимыми путами: подобно наручникам, мощные чары прочно скрепили их вместе.