Мики снова высунулся из-за дерева, глянув, куда смотрели Катария и Кайл. Они озирались по сторонам и, кажется, даже не подозревали о том, что в их лагере был кто-то еще.
— Ты пришел не один? — подозрительно спросил Мик, поворачиваясь обратно.
— Нет. Со мной несколько… эээ… других колдунов. Дело не в этом. Оно в том, что вы лезете в атомный реактор, Мики. Беззащитными.
На лице Ривьеры в первый раз за все время отразилось некое подобие сожаления.
— А ты думаешь, я не понимаю? — тихо и горько прошептал он. — Я понял это недавно, но я не смогу ничего сделать, Эмбер. Я повязан с этими людьми клятвой, точно так же, как и ты повязан с колдунами зовом крови!
Весьма удивленный, Эм отпустил руку друга. Кажется, держать Мики не было надобности. Взгляд его был более осмысленный, чем при предыдущей встрече. Неужели до него начало доходить?
— Но ты хотя бы можешь убедить их не ворошить осиный улей, — хмурясь, изрек Эмбер.
— Нет. Ты тоже не знаешь, кто такие охотники! Они готовы на все, готовы даже сложить свои жизни за дело, которым они занимаются столетиями. Если они узнают, что ты тут, они порвут тебя на части. И я не смогу им помешать!
Эм отчаянно этого не понимал.
— Ну неужели нет ничего, что могло бы остановить их?
— Нет, — глаза лучшего друга блеснули, словно Мики вот-вот собирался прослезиться от бессилья. — Я ошибся, Эмбер. Я думал, что я поступаю правильно…
От боли сердце Эма сжалось, словно каменный кулак сдавил его ребра. Он едва не выругался вслух, лишь в последний момент вспомнив, что должен говорить шепотом.
— Что-то изменило твое мнение? Ты рассуждаешь совсем не так, как когда я видел тебя в последний раз.
— Райли. Я должен быть благодарен ей за то, что она внушила мне немного здравого смысла. Так странно. Все было как в тумане до разговора с ней. Потом… Я просто открыл глаза. Словно она наложила на меня заклинание, очищающее разум!
Эмбер понимал, о чем толкует лучший друг. Сила убеждения светловолосой ведьмы действительно была колоссальна. Если бы только это решало проблему.
— Ну тогда, раз тебе вернули смысл, я прошу тебя. Убирайся отсюда сам… Уходи прочь из этого леса, потому что если они нападут… в живых не останется никого. Ты слышишь меня? — произнес Эм, разделяя каждое слово, чтобы сказанное дошло до Мики быстрее.
— Я слышу тебя, Эмбер… Мне очень жаль, я не могу повлиять на ситуацию. Я сам захлопнул за собой эту ловушку!
— Это не наша с тобой война. Черт бы ее побрал, — Эм изо всех сил сжал руку на плече парня.
Мики вслепую подался вперед, чтобы нашарить очертания друга. Как странно. Ненавидеть кого-то настолько сильно, чтобы в один момент понять, что зло все это время находилось совсем в другом месте. Мики крепко зажмурился, прогоняя проклятый звон в ушах. Он бы хотел, чтобы охотники ушли. Он бы хотел, чтобы его лучший друг скинул обличье невидимки, чтобы им не нужно было стоять по разные стороны вдруг показавшегося таким бессмссленным побоища. Эм подошел к нему ближе, чтобы Мик смог его достать.
— Сложно говорить, когда твой собеседник невидимый. И все-таки, Эмбер… Прости меня за то, что я не понял тебя. Что бы с нами ни случилось, ты должен услышать это от меня. Мне. Очень. Жаль. И спасибо тебе за то, что ты спас мне жизнь, — быстро прошептал Ривьера, стискивая друга в объятиях.
Эм вздохнул с облегчением и почувствовал, как к его горлу подкатывает ком. Он радовался, что Мики не видел этого. И все-таки он добился того, за чем шел сюда. Это оказалось не так уж сложно — свалить с плеч огромный груз и поговорить с человеком, который наконец пришел к концу конфликта с самим собой. Может быть, они еще и не выиграли войну, но, по крайней мере, Эм понял, что с глаз друга спала пелена неуемного бешенства.
— Не за что. Сваливай отсюда. Сейчас будет предупреждение.
Мики не успел спросить, что за предупреждение. В центре леса раздался чудовищный взрыв, будто с космодрома в воздух взмыла ракета. Мики заскулил и закрыл уши, которые и без того болели после встречи с Рэмиром. И он, и Эмбер обернулись в ту сторону, когда смогли снова ровно стоять на ногах.
Мэл сделал все, как и обещал. Спустя полчаса он все же добрался до цели и устроил-таки свой незабываемый ударный соло-концерт.
Эмбер убедился, что его лучший друг в порядке. Он хлопнул Мики по плечу и как можно скорее рванул в сторону, откуда донесся взрыв. Он надеялся, что они с Ривьерой еще встретятся. В этой жизни.
Может, магию и нельзя было использовать в этих местах, но, похоже, Марлоу прекрасно обошелся и без этого. Вспомнив его демоническое лицо, Эмбер содрогнулся от ужаса. Только бы Мэл не подорвал весь проклятый лес. Думая про это, Эм бежал быстрее. Когда он добрался до чащи, его желудок скрутило острым спазмом.
Тела. Они были всюду, разбросанные тут и там в беспорядке и хаосе. Оторванные части, руки и ноги, головы — все это превратилось в одну сплошную кровавую кашу, безобразную и отвратительно реальную. Эм посмотрел на ближайшую к нему голову. Грязные лохмотья вместо шеи, кровь вокруг рта и на зубах, как будто женщина кого-то съела… она как будто улыбалась напоследок, говоря своим видом: вот к чему приводит война. Пока Эм глядел на нее, вокруг стояла оглушающая тишина. А может, это была тишина только в его голове? Едва он моргнул, звуки, стоны умирающих ворвались в уши, как взрыв. Люди ревели и выли вокруг, частично лишенные своих внутренностей и конечностей. Похоже, Мэл достал где-то оружие наподобие гранаты. В это же время над лесом пронесся его жуткий, леденящий душу хохот.
— Ну привет, Скайлер, — хрипло прокричал Марлоу из пустоты.
Хотя Эмбер и не видел его, он буквально представлял себе его искаженное от злорадства лицо.
— Ты хорошо подготовилась к встрече? Я вижу, и охотников привела в два раза больше. Извини, что пришлось немного подрезать их количество…
На поляну, бледная и испуганная, вылетела черноволосая женщина. На вид она была не так уж стара, но седые пряди в ее волосах выдавали возраст намного более древний, чем показывало ее лицо. При виде происходящего глаза ее наполнились оторопелой злобой. Прикрывая рот руками, она принялась бегать от одного тела к другому, рассматривая мертвые лица тех, кого она знала не одно столетие.
— Давно не виделись, — насмешливо заметил Мэл уже из другого конца поляны. — Вижу, ты не изменилась ни на грамм. Все такая же ведьма…
— Марлоу, — дрожа от бешенства, женщина поднялась с колен и уставилась в пустоту, туда, откуда доносился ненавистный ей голос.
Интонации Мэла радостно поднялись вверх.
— Как я рад, что ты помнишь меня…
Эмбер уловил легкое шуршание травы с той стороны. Охотники все прибывали. Некоторые из них зажимали носы и рты при виде каши, которую устроил ворлок. Мики и Катария вылетели на поляну вслед за Эмбером. Парень обернулся. На его глазах напарница Ривьеры начала терять сознание, сползая по стволу ближайшего дерева. Запах крови щекотал ноздри. Он витал над всей поляной вперемешку с запахом дыма и гари.
— Покажи свое лицо, сукин сын! — завизжала Скайлер, проворно подбирая с травы нож и наугад бросаясь туда, откуда доносился голос Мэла.
— Нет, такое не в моих правилах, детка.
Судя по голосу, Мэл отошел в другую сторону. Он подкрался к одной из уцелевших собак, барахтавшейся в луже собственной крови с оторванными лапами, и быстро свернул животному шею. Пес взвизгнул и затих с глубоким горловым бульканьем.
— Ты. Трус! — в глазах Скайлер сверкнула молния ярости.
— Нет. Трусость тут ни при чем, — ответил ей Мэл, посмеиваясь с другого конца поляны. — Это называется дипломатия. Вы получили первое предупреждение. Второго не будет. Проваливайте отсюда… Ты и твои прихвостни. Это наша территория, и здесь нет места никому из вас!
— Вот как? Думаешь, ты такой умный, Марлоу? Посмотрим, как тебе понравится это!
С этими словами Скайлер полезла в карман своего плаща. Дрожа, как больная, она бросила что-то на траву. Эмбер отступил на шаг от омерзения. Это что-то оказалось отрезанным человеческим пальцем, на котором посверкивал перстень. На поляне наступило абсолютное молчание. Даже Мэл не проронил ни звука, увидев страшный трофей.