— Ты пришел, — усмехнулся он, жмурясь от боли. — Я думал... ты ненавидишь меня...
— Я ненавижу тебя. Всеми силами души! Я сейчас так зол, что готов сам разорвать тебя на тысячи клочков. Какого черта ты наделал, Мэл?
Марлоу слабо приподнялся на локте. Данте помог ему, он прислонил его к стенке, усаживая так, чтобы не сделать другу еще больнее.
— Я еще не закончил начатое. Ты… ты должен мне помочь…
— Я не стану тебе помогать делать эти глупости. Мы найдем выход отсюда, немедленно!
— Уже слишком поздно, — из уголка губы Мэла пошла кровавая струйка. — Ты сам знаешь это, Данте. Они вскрыли меня, как патологоанатомы. Я захлебнусь в собственной крови через каких-нибудь полчаса и буду умирать мучительно и долго… Ты не спасешь меня...
Данте мотал головой. Он вцепился Марлоу в шею и прикрыл глаза, внушая себе, что это было неправдой. Его лучший друг смотрел прямо на него угасающим взглядом, и не было ничего печальнее его больших зеленых глаз, в которых словно тлел серый пепел.
Данте выдохнул. Он стер кровь с губы своего создателя. Ком в его горле мешал говорить, бешено бьющийся пульс не позволял думать внятно.
— Зачем ты сделал это, идиот? — одинокая слеза скатилась по щеке Данте, когда он прижался лбом ко лбу Мэла.
— Я живу на свете намного дольше, чем вы. Я должен был умереть очень давно… Прости меня, Данте. За то, что так долго лгал тебе.
— Ты должен остаться со мной! — нотки голоса Данте пошли на повышение.
За их спинами раздавались звуки грызни — это Дагон и Элай накинулись врукопашную на нападающего на них охотника. Хантеров осталось немного, около пяти человек. Эмбер вырубил еще одного хантера, который озирался по сторонам в поисках врагов.
Затем Эм огляделся. Его взгляд остановился на двух тихо шепчущихся фигурах в углу. Что Данте там так долго? Надо забирать Мэла и скорее валить отсюда, пока не нагрянули остальные!
— Данте… — Мэл осторожно погладил друга по голове. — Прости меня, малыш. Но оставшийся путь тебе придется идти уже без меня.
— Я не хочу. Ты заменил мне все, мою семью. Все, что у меня было в этой жизни, я имею только благодаря тебе. Моя вечность, она началась с тебя.
— И она продолжится. Твоя жизнь продолжится… — шептал в ответ Мэл, оставляя кровавые следы на одежде лучшего друга.
Он затих. Данте изо всех сил встряхнул его за плечи.
— Не уходи от меня… — проговорил он на последнем издыхании. Вся его сила, все его желания были сосредоточены только на том, чтобы вернуть Мэлу ускользающую жизнь.
— Еще не пора. Ты должен сделать кое-что для меня, — Мэл вложил ему в руку кусочек мела. — Я хочу доделать начатое.
Данте стиснул твердый предмет. Рука его все еще дрожала. Он нахмурился, не понимая, что Марлоу хочет от него.
— Пож… — Мэл с трудом мог говорить, — пожалуйста, очерти для меня круг по всей этой комнате.
Он закашлялся. Данте колебался некоторое время. Это была самая странная вещь, которую можно просить, умирая от кровоточащих колотых ран, но он не посмел ослушаться просьбы лучшего друга.
В мгновение ока он схватил мел и сделал то, что и попросил его Марлоу: пока никто не смотрел, он поднялся и провел оставшимся огрызком линию по периметру комнаты церковного подвала, там где ее не хватало. Дан вернулся быстрее, чем Марлоу успел снова открыть глаза.
— Что ты хочешь доказать сейчас, Мэл... — Данте склонился к нему, непонимающе хмурясь.
— Сними клетку. Клетку с моим отцом. Я скажу тебе еще одну вещь. Но сначала, пожалуйста…
Его глаза закатились. Преодолевая страх и дрожь, Данте пополз в сторону клетки, не поднимаясь с колен. За его спиной Дагон прикончил последнего хантера в этом помещении. Впрочем, это была не финальная встреча. Данте мог слышать мысли охотников. Другие приближались сюда, спасаясь бегством от деревни и шепчась где-то на поверхности. Подслушав их, волк понял: они скоро будут здесь.
Данте вцепился в клетку и силой мысли дернул ее на себя. Загремели цепи, подъемно-спусковой механизм с металлическим лязгом опустил темницу с сидящей в ней жертвой вниз. Дан замедлил ее уже у самой земли, с мясом вырывая дверцу. Калеб Марлоу упал в его руки, едва дыша и пытаясь что-то сказать. Он смотрел на Данте сумасшедшими глазами. Его тело казалось безжизненным, мягким, как воск, и лишь во взгляде светились знакомые огоньки. В зияющем рту старика шевелился темный обрубок языка. Дан поднял Калеба на руки, не слушая шипение, срывающееся с потрескавшихся губ. Старый ворлок указывал пальцем на своего сына, округляя глаза, но мысли его было сложно угадать. На некоторое время Данте попытался прислушаться к его внутреннему бормотанию. Он не мог разобрать ни слова из того, что говорил древний ворлок. Возможно, дело было в том, что его ум был полностью поражен безумием после стольких лет заточения, а может, в том, что заклинания, произнесенные им, звучали на древнем наречии. Калеб прикрыл веки, не прекращая шевелить губами, и тогда впервые посторонний звук вмешался в сознание Данте. Ворлок моргнул и удивленно огляделся, словно только что вспомнил, где находится. Он готов был поклясться, старик Марлоу на одну секунду сделал что-то с его сознанием. Данте вновь вгляделся в его лицо. Смотря на отца Мэла, он словно смотрел в пустоту; в мыслях ворлок был далеко отсюда.
Данте медленно поднялся на ноги. Сейчас ему не было дела до премудростей древней магии и спасения чьих-то душ, ведь Мэл нуждался в нем больше, чем когда-либо. Дантаниэл поспешно отошел к Дагону и Элаю, передавая старого колдуна им.
— Идите. Ребят, вам нужно уйти… — предупредил он.
Братья скинули с себя заклинание невидимости. Они с тревогой взглянули на лежащего на каменном полу Марлоу. Тот обратился в пантеру и каким-то образом умудрился доползти до центра комнаты, с трудом подволакивая левую лапу.
— А как же Мэл? — шепотом спросил его Элай.
— Я выведу его. Через одну минуту. — Данте вытер дрожащей рукой пот со лба. — Идите.
— Я не пойду без тебя, — уперся Эмбер. С Данте творилось что-то странное. Его руки и губы дрожали, как будто он подхватил лихорадку.
Ворлок посмотрел на него такими глубокими и несчастными глазами, что у мальчишки в желудке образовался ледяной ком. Дагон и Элай переглянулись. Данте протянул руку и мягко провел ею по волосам своего ученика.
— Уйди. Прошу тебя, Эм, — попросил он очень тихим голосом, который прозвучал как гром в каменных сводах помещения. — Я сейчас к вам вернусь. У нас не так много времени.
====== продолжение 3 ======
Сказав это, Данте развернулся и медленно побрел в другую сторону. Мэл лежал в центре комнаты, почти не подавая признаков жизни. Данте хотел сейчас остаться с ним.
Элай положил руку на плечо Эма, все поняв. Он зажмурился, бросив на Марлоу долгий и очень горький взгляд.
— Мы будем тебя ждать наверху.
Мики, который все это время стоял в стороне во избежание стычки, поспешил за ними.
Данте опустился на колени возле Мэла. Тот снова принял свое человеческое обличье. Страшная тревога охватила Дантаниэла, и она была во сто крат сильнее, чем страх. Его не утешало ничего, ведь он уже твердо знал, что их с Мэлом история, кажется, подходит к концу. Кругом было темно, плотный мрак наступал со всех сторон. Данте склонился над другом, не сдерживая собственное рваное дыхание.
— Ты должен… уйти отсюда скорее, чем они придут, — Мэл схватил ослабевшей рукой прядь его черных волос, подтягивая Данте к себе.
— Я останусь с тобой, — прошептал волк, опуская ладони на его плечи.
— Нет. Здесь будет жарко. У меня еще остались силы для последнего рывка. Но ты должен уйти, Дан.
— Нет, — Данте стиснул его ладонь изо всех своих сил. — Я не оставлю тебя здесь.
— Пожалуйста, не заставляй меня тратить силы. У меня их осталось не так уж много. — Мэл зажмурился, снова открывая уцелевший глаз. — По крайней мере у тебя есть кое-кто, о ком ты должен позаботиться…