— Ми-и-ид! — громко позвал один из них, заставив остальных вздрогнуть, как от пушечного выстрела.
— Закрой хлебало, идиот! — со всех сторон тут же послышались тычки и шипение. — Здесь надо вести себя как можно тише!
Офицер прикусил язык. Его напарники с опаской озирались по сторонам, осторожно отодвигая листья и оборачиваясь на каждый шорох. Прямой угрозы не было. Наоборот, здешние места были настолько тихими, что впору было назвать это место идеальным. Для фильма ужасов.
Два года назад, после обнаружения района массового уничтожения, пошли слухи, что совсем не люди обитали в этих покинутых богом дебрях. Шаманы, приверженцы нетрадиционных вероисповеданий — вот кто облюбовал себе Веракрус и окрестности озера Катемако. Странным следствию показалось то, что и они тоже оказались среди жертв жестокого убийства. Полицейские выделили несколько групп жертв. Одни тела, растерзанные и выпотрошенные, лежали в полумиле от леса, возле мексиканской деревни, где торговали травами и магическими снадобьями. Среди них оказались старики, женщины, дети — все они были убиты ударом, распоровшим их грудную клетку от подмышки до живота. Другие (которых оказалось в десятки раз больше), разорванные будто взрывом, с обожжёнными лицами и выеденными внутренностями обнаружились чуть поодаль, в чаще. Рядом с ними нашли пепелище, похожее на остатки еще одного поселения. Ни карта, ни электронный прибор не показывали какого-либо населенного пункта в этих местах. Всего лишь несколько скелетов было найдено в сгоревшей местности, хотя удалось обнаружить вещи, ритуальные принадлежности, остатки изгородей и деревьев, раскиданных повсюду в беспорядке. Словно существа, жившие здесь, спешно покинули дома во время или незадолго до пожара, не забыв при этом прихватить все, что они смогли унести.
Отдел криминалистов предположил, что обитатели сами сожгли свое поселение, обороняясь от кого-то. Возможно, от тех, кто лежал поодаль от деревни на окровавленной траве лицом вниз. Но кто они были такие? Годы расследований внесли в это дело мало ясности.
Специалисты по поджогам, обследовавшие место, принесли тревожные новости: поселку (по их подсчетам) могло быть много сотен лет, но обнаружить информацию о его основании не удалось, как не удалось раскопать ничего о свидетелях пожара или выживших жертвах. Пламя, пронесшееся над местностью, вымело ее начисто. Да и кто бы смог выбраться живым после такого ада?
Несколько испуганных местных, которые жили в паре миль, рассказали полиции, что чужаки вторглись в их края, что по их вине произошло что-то ужасное, но они не говорили, что именно. Когда их привели на допрос, они только дрожали и кривили рты, так что добиться от них достоверной информации оказалось невозможным. Мексиканцы бормотали что-то обесцвеченными от страха губами, а полиции оставалось разве что теряться в догадках дальше.
По обезображенным рукам и лицам трупов, разбросанных в чаще, не удалось опознать почти никого. Все они погибли по разным причинам. Ни отпечатков пальцев, ни мотивов — ничего больше не принесли годы расследования этой бессмысленной и удивительной по своей жестокости расправы. Теории, которые выдвигались, звучали поистине дико: ритуальные убийства, жертвоприношение, древние обряды — это были лишь некоторые догадки, не подтверждавшиеся за отсутствием доказательств.
Именно за подтверждением полиция снова нагрянула в печально известный лес столько времени спустя. Мид, поставленный во главе операции, уверился в том, что они упускают нечто важное.
Полицейские двигались все быстрей, преследуемые запахом дыма; ветер разносил его по всей округе, гарь проникала в легкие и выедала глаза. Офицеры услышали шум. Обернувшись, они заметили дрожащий луч фонаря среди листвы. Мид шел немного впереди них, решительно удаляясь в сторону места трагедии.
Офицеры переглянулись. Этот парень всегда казался им странным и напрочь лишенным тормозов.
Группа осторожно пробиралась в глубь леса. Некоторое время спустя они вышли к истоптанной множеством ног поляне. Огромное пространство в центре было выжжено точно взрывом. Места здесь хватило бы для деревни, нет — для целого мини-города.
Пепелище уже давно поросло травой. Без трупов вокруг, без обагренных кровью деревьев оно казалось не таким зловещим. Молодые деревца показались из-под слоев золы, словно напоминая, что жизнь продолжается и вскоре катастрофа останется покрыта слоем почвы, а время в любом случае унесет тайну в могилу.
Мид прочесал бледными пальцами слипшиеся от воды пряди. Офицеры столпились за его спиной, освещая фонариками путь во тьме.
— Мы обследовали здесь каждый дюйм, каждый куст и дерево! Что еще вы хотите тут найти? — поежился тот, что ехал с капитаном в одной машине.
Мид не удостоил его взглядом.
— Если бы вы обследовали тут все до дюйма, вы бы раскрыли это дело уже давно. Вместо этого я должен доделывать за вас работу, — лишь донеслось из темноты.
Луч его фонаря двинулся вдоль кромки пепелища. Из-за дождя и сгущающихся сумерек видимость значительно ухудшилась.
Мид поджал губы. Картина была знакома ему. Может, он впервые попал в Мексику, однако не впервые видел преступления такой ужасающей тяжести. Полгода назад он встречал подобное неподалеку от Нью-Йорка, тогда в лесу нашли целую гору трупов с обглоданными лицами. Еще до этого кто-то прикончил небольшой городок, недалеко отсюда, вырезав почти все семейства на небольшой местности и сложив их у церкви. Года четыре назад город Гринвуд в Миннесоте трясло от странных и ужасающих по степени тяжести событий. И если бы это были единственные случаи. Мид не верил в то, что здесь обошлось без потусторонней силы. Он верил в то, что все события были связаны.
Твари, делавшие это, не являлись людьми.
Присев на корточки, капитан с трудом приподнял обугленную балку. Зубы его сжались от усердия. Методично обследуя руины фут за футом, Мид был твердо намерен не останавливаться и не уходить, пока не появится хотя бы одна зацепка. Для него не стояло вопросом, найдет ли он опасную тварь. Он просто знал, что должен сделать это.
Обгоревшие, крошащиеся в руках кирпичи и почерневшие балки сиротливо торчали из руин. Полицейский подошел поближе к одному из фундаментов домов и стер носком ботинка сажу с тропинки. Под слоем пепла обнаружилась расщелина булыжной мостовой. Криминалисты определили возраст поселения: несколько веков. Как столетиями никто не мог замечать этой деревни? Очевидно, твари хорошо скрывали ее.
За спиной капитана отряд из десятка полицейских бессмысленно бродил по пепелищу. Они не видели причин осматривать это тысячи раз исхоженное место. После отрядов полиции здесь побывали десятки любопытствующих: туристы, пресса, просто любители и искатели приключений — все они толпами бродили в окрестностях Катемако в поисках сенсации. Действительно значимые улики уже давно хранились в отделении полиции, если что-то могло считаться значимым в этой непонятной ситуации.
— Мне кажется, он просто немного тронулся головой после той истории. Ты же знаешь, что произошло? — один из офицеров подышал на замерзшие от ледяного дождя ладони.
— Да, псих-мститель, не нашедший в себе силы смириться со смертью брата, — кивнул второй.
Они продолжали шептаться за спиной капитана, пока тот осматривал остатки фундамента.
Темные джунгли затихли. Дождь постепенно начал прекращаться. Ветер, внезапно пронесшийся по поляне, создал иллюзию качающихся деревьев и содрогающейся земли. Полицейские замерли, в изумлении оглядываясь вокруг. Мид выпрямился и зорко вгляделся во тьму.
Над пустошью пролетел крик. То ли птица, то ли какое-то животное испустило его; офицеры невольно отступили, вставая плотнее друг к другу.
— Я же говорю. Твою мать, — прошептал один из них. — Не надо было сюда ходить.
Леденящий душу хохот был им ответом. Мид сжал рукоять пистолета под курткой.
А затем… Все произошло так быстро, что никто не успел среагировать.