Эм понимал. У него самого под боком был точно такой же маньяк.
— Черт. Неужели все эти истории одинаковы? — ошарашенно пробормотал Эм.
— Я думаю, дальше понятно. Годы жизни превратились для меня в кошмар. Красноглазый кошмар со скрюченными черными когтями и рыжими волосами, — продолжала девушка.
— Может, не стоит вспоминать?
— Нет, почему, — голос спутницы прозвучал резковато. — Это же была моя идея — рассказать? Я принадлежала ей полностью. Моя семья ничего не знала.
— И где теперь твоя семья? — с придыханием спросил Эм, боясь узнать ответ.
— Их убили охотники. Когда узнали, что их дочь стала наполовину ведьмой.
— Удивительно. Точь-в-точь как моя история. А твоя создательница?
— Она наигралась со мной. Я не видела ее уже около семи лет.
— Но разве она не пыталась тебя найти? Кроме того, кровь, — голос Эмбера зазвучал высоко, — тебе нужна кровь, чтобы кормиться…
Джина осмотрелась по сторонам, остановившись посреди тропинки. К счастью, никто не мог подслушать их здесь.
— Она не найдет меня. Я разорвала связь со своей создательницей, — быстрое, немного дерганое движение плеч дало понять, что девушка нервничает. — После такого она мне никто. Для нее я — лишь одна из миллиона ворлоков и ведьм. Она никогда не унюхает меня. А кровь я беру у… одного своего знакомого. Слабая замена, но… — Джина не закончила фразу, предлагая Эму домыслить за нее.
От полученной информации брови парня поползли наверх. Весь предыдущий разговор показался ему диким и странным, а его поворот — крайне внезапным. Эм сделал вдох. Риджина внимательно следила за его реакцией. Ветерок трепал ее вьющиеся темные волосы. Эмбер взирал на них и пытался собраться с мыслями. Он почувствовал, что по спине его течет липкий пот. Какое-то важное, но безумно неправильное открытие было готово совершиться именно в эти минуты.
— Но ты не могла разорвать связь. Это… Это невозможно! — наконец выпалил Эм.
— Почему ты так думаешь? — слабая улыбка коснулась губ девушки.
— Но разве есть такое средство, чтобы избавиться от привязанности?
— Все возможно, если очень этого хотеть, — Джина опустила пушистые ресницы. — Почему это так удивляет тебя?
— Потому что… для нас создатель… Он…
— Эгоист? В законченной стадии? Существо, которое не может любить? Которое ставит свои нужды первее нужд своего ученика? Который мучает тебя, насилует твое тело и душу, не уважает тебя? — подсказала Джина, делая свой тон еще резче.
— Не знаю как, но когда ты успела познакомиться с Данте? — нервно пошутил Эмбер. Впрочем, он тут же посерьезнел. — Я хотел сказать не это. Наша связь в крови. Там сидит вирус, который удерживает нас. Я думал, это навсегда.
— Нет ничего вечного, даже для ворлоков. Мне это было не нужно. Никогда, — решительно отрезала Джина. — Все колдуны одинаковые. Они не знают жалости. Я убедилась в этом, когда проводила время с Изольдой. Она никогда не любила меня.
Эмбер замолчал, переваривая услышанное. До боли похожая на его ситуация, из которой нет выхода. Нет выхода? Волшебные желтые глаза Джины вновь пронзили его насквозь.
— Не могу в это поверить, — приложив руку ко лбу, произнес Эмбер. — Все это время я думал, что обречен… проводить остаток вечности с ним!
— Ты любишь своего создателя, Эмбер? – внезапно очень прямо спросила новая знакомая. — Мне показалось, ты сомневаешься в правильности моих слов?
— Я… Не знаю. Он говорил мне сегодня такие вещи, что я уже не уверен, что нас с ним вообще что-то связывает. Все это более чем непросто… Но я не знаю, что я буду делать без него. Просто не представляю.
— Такое никогда не бывает просто, — Риджина опустила длинные, как перья, ресницы. — Но ты можешь сойти с этого порочного круга. Если захочешь.
В груди Эма разрастались сомнения, тревога и нерешительность. После всего, что они прошли с Данте, бросить его прямо так?
— Все зависит только от тебя, — проницательно приглядываясь к парню, Джина прикурила еще сигарету. — Нужна ли тебе такая жизнь. Ты молодой и пока еще больше человек. Зачем тебе это? Ты не просил такой судьбы. Подумай об этом.
— Я не просил. Никогда. Но разве… Разве ты не мучаешься, разорвав связь?
— Я похожа на ту, которая мучается? — впервые за все время разговора на лице девушки появилась улыбка. — Уже нет. Для меня это старые шрамы. Мне потребовалось время, чтобы отрубить и забыть. Но поверь мне, в итоге это стоило того. Теперь я живу свободно. Не завишу ни от кого. Могу устраивать свою жизнь. И не боюсь, что очередной день может стать для меня последним.
Эмбер разделял эти чувства, но был все еще в ступоре от услышанного.
— Слушай. Я просто могу предложить тебе свою помощь, если она тебе нужна. Мне кажется, тебе не стоит терять мой контакт. Держи, — Джина вложила в руку Эмбера белый прямоугольник визитной карточки, который извлекла из своей сумочки. — Сейчас в твоей голове слишком много вопросов. Но когда ты разберешься с ними, я смогу тебе помочь. Если ты захочешь…
Эм принял визитку. Надпись на ней гласила: «Риджина Линч. ООО «Лос-Анджелес Апартамент». Ниже мелким шрифтом значились номера телефонов. Эмбер снова посмотрел на новую знакомую. Странное чувство поднималось из глубины его груди, чувство того, что происходит нечто неправильное. Но вместе с тем, что было правильного в его ситуации? А вдруг это был шанс изменить свою судьбу навсегда?
Он снова с сомнением опустил глаза на надпись.
— Я думаю, я оставлю тебя наедине с твоими мыслями. Звони мне в любое время, — Риджина мягко коснулась плеча парня. Ее прикосновение осталось на коже мягким следом. — И помни: выход есть всегда.
С этими словами она развернулась и зашагала по дорожке прочь. Ее темные волосы блестели на солнце, а Эм смотрел вслед ее удаляющейся фигуре.
Мысли в его голове метались в темпе броуновского движения.
Черт побери. И что с этим делать?
Комментарий к Продолжение 2 ВНИМАНИЕ, ЭТО 3 ЧАСТЬ. ВСЕ ОСТАЛЬНЫЕ ПЕРЕЕХАЛИ В МОЕ ЗАКРЫТОЕ СООБЩЕСТВО, ЕСЛИ ВЫ ХОТИТЕ ЧИТАТЬ ЭТОТ ФИКШН И ДАЛЕЕ ИЛИ ОЗНАКОМИТЬСЯ С 1,2 – МИЛОСТИ ПРОШУ, Я ДАМ ВАМ ССЫЛКУ, ГДЕ ВЗЯТЬ.
====== Глава 4. Просветление ======
Теплый ветер обдувал лицо старика, немощно ковыляющего вдоль ночной дороги. Никто не мог сказать, откуда поздний прохожий взялся здесь. Секунду назад пространство пустовало, и лишь затем из возникшей вспышки образовалось фигура. Он едва шел, переваливаясь на правую ногу и болезненно держась за бок. На узком морщинистом лице отображалось глубокое и искреннее страдание.
Лохмотья его одежды свисали, открывая в некоторых местах желтое, как пергамент, тело. Фары проезжавших мимо автомобилей слепили блеклые глаза. Их диоды напоминали огоньки свечей в темном безбрежном море ночи, и страннику казалось, что он тонет среди них, мучимый собственной тоской, болью и жаждой. Ему осталось не так уж долго. Он ощущал дыхание смерти в затылок и знал, что ему нужно лишь одно: немного потерпеть. Вес вечности, лежащий на его плечах, тянул немощное тело к земле.
Дорога, по которой он шел, была тиха и пустынна. Она пролегала через лес, как и многие бесконечные дороги Штатов. Здесь не было фонарей. Лишь кое-где в окнах редких построек горел свет, слышалось мычание домашнего скота. Когда не было машин, шоссе выглядело абсолютно безлюдно. Легкий и влажный ветер подул с местной речушки, которая извивалась в ночи блестящей змейкой.
Старик приостановился. У него осталось мало сил и двигаться дальше было трудно, ведь он провел в безустанных скитаниях вот уже около двух лет. Он застыл, неподвижный, точно каменное изваяние. За длинным частоколом какой-то фермы вздымались тени могучих дубов, и их кроны, покачиваясь, рождали какофонию звуков, заполнявших все пространство бетонной дороги до низко висящих звезд. Боль на мгновение оставила существо. Старик закрыл глаза и слушал легкое дыхание ветерка и тихий плеск воды. Вдалеке замычала корова.
Невероятный голод сжигал желудок древнего ворлока. Было трудно сказать, сколько дней он не ел. Он был слишком слаб, чтобы охотиться на людей или добывать себе пищу самостоятельно. Узловатые пальцы его сжались в кулак. Старик хотел, чтобы все скоро кончилось, чтобы покой, словно птица, скользнул в его обитель и воцарился там. Но пока этого не произошло, он должен был поесть. Мучения, связанные с голодом по плоти, было невозможно терпеть.