— Нет. Не пойдешь.
— Пойду.
— Нет.
— Зачем все усложнять, Данте? Ты был предельно ясен, — устало сказал Эм. — Я не нужен тебе…
— Я такого не говорил! — резко выплюнул ворлок.
— Как странно, я думал, это подразумевалось. Ты запутался в себе. Сам не знаешь, чего ты хочешь!
— Я знаю, чего я хочу, — Дан наклонился, касаясь губами носа мальчишки.— Я хочу тебя. И ты будешь со мной. Я попросту вырву тебе ноги, если ты попытаешься уйти.
Голос ворлока звучал однотонно и тихо, однако Эм вспыхнул от его тембра, как спичка. Его ноги действительно подкосились, и если бы не дверь и не зажавший его в тиски Дан, он уже был бы на полу.
— Отвали. Ты пьян, — попытался Эм вырвать последние крупицы свободы.
Дан громко дышал. Его ладони поползли по талии Эмбера, задирая его рубашку. Ворлок наклонился еще ниже, касаясь щеки парня так легко, но решительно, что по спине Эма пробежала дрожь. Затем Данте спокойно сказал:
— Не отвалю. У тебя против меня нет никаких шансов.
Сказав это, он схватил Эма и поднял выше его руки, присасываясь к горлу. Тихий стон непроизвольно сорвался с губ блондина. Одной рукой Данте сжал задницу Эма, заставляя его упереться пахом в свое бедро. Наливающаяся кровью эрекция мальчишки выдавала его с головой. Тот загорался в руках Данте очень быстро.
Подняв глаза, Эм увидел, что Дан словно бы изучает его. Это привело парня в смущение, он хотел выпутаться из его объятий, но ворлок не отпускал.
Его вторая рука легла на шею Эмбера и сжала ее. Тот приоткрыл рот от боли, и Данте воспользовался ситуацией. Он скользнул по губам парня языком, нарочно прикладывая Эма затылком о косяк. Молодой человек уговаривал себя не поддаваться, прийти в чувство, но ладонь Данте легла на его ширинку, поглаживая и потирая чувствительное место так уверенно, что Эмбер лишь затвердел еще сильнее. Он выгнулся, позволяя Данте трогать себя, проникать языком в глубь своего рта. Данте вылизывал контур его губ. В ответ Эм тоже обвел языком его губы и спустился вниз по подбородку и шее. Что он делал, снова отдаваясь в руки этого существа? Ведь еще пять минут назад решение оттолкнуть его было так сильно. Но почему-то все его тело горело, а разум начал утекать в неизвестном направлении. Эм живо представил, как руки Дантаниэла будут стягивать его одежду. Чего Дан тянул?
Ворлок словно услышал эту мысль. Он оторвал Эма от двери, мощно заваливаясь прямо на полу в коридоре. Глаза его блестели, как у маньяка.
Губы, руки, все тело Эма дрожало от напряжения и разгорающегося желания. Данте сорвал с него майку, обводя языком его соски. Он нависал на руках, параллельно избавляясь от собственных вещей. Эмбер плавился под его прессом, чувствуя, что Дан действительно хочет спалить помещение силой трения. Он превращался в мягкое податливое масло в его руках. И почему Дан не знал других способов просить прощения?
— Погоди секундочку… Мне надо... в душ… — простонал Эмбер уже совсем другим голосом, сминая джинсы прижавшего его парня. Он надеялся, что Дан сможет хотя бы подождать, но напрасно:
— Пошел нахрен душ. Я хочу чувствовать твой запах, а не лизать мыло с маракуйей.
Черт с ним. Пусть уже закончит начатое. Эм чувствовал, что его лобковая кость была готова лопнуть от желания. Он оторвался от Данте, с удовольствием позволяя ему раздевать себя, стаскивать с себя остатки одежды. Колоссальное умение ворлока убеждать сейчас брало свое.
Они катались по полу и целовались. Небо и земля поменялись местами несколько раз в глазах обоих. Эм дышал сквозь зубы, мечтая лишь об одном: чтобы Данте не тупил и быстрее вошел. До самого предела.
Тот притормозил всего на одну секунду.
— Ты останешься? — он оттянул голову мальчишки за волосы. — Говори!
— Да, забери тебя преисподняя, — не в состоянии спорить простонал Эмбер.
— Скажи громче.
— Я останусь, Данте. Если ты останешься.
Ворлок довольно оскалился. В следующую секунду глаза Эмбера закатились от его напора. Пальцы демона грубо заскользили по твердой плоти блондина, сползая ниже и проникая дальше и глубже. Эм начал сам насаживаться на них, ощущая сухое трение в глубине. Данте негромко вздохнул, наслаждаясь тягой его мышц. Возбуждение вязким медом распространялось по венам, делая кожу горячей и чувствительной. Естественная смазка Данте оставляла на животе Эмбера теплый след. Руки ворлока ласково и жестко сжимали бока парня. Эм выгнулся, закусив губу. Все отходило на задний план: обида, боль и неприятности. Сейчас Данте был такой напористый и горячий, что Эм не хотел отталкивать его. Он любил видеть его таким. От осознания этой мысли молодой человек не сдержал стона удовольствия. Данте сжимал его член именно так, как было хорошо. Его упругая головка прижималась все сильнее. Данте сделал небольшой толчок вперед, и Эмбер заныл, жалея, что тот не двинулся жестче. В его паху тянуло туго и сладко.
В разных глазах Дана бились страсть и жестокость. Он был тяжелый и очень возбужденный. Спина Эма впечатывалась в пол. Данте нарочно прижал его к паркету, показывая парню свой полнейший контроль. Эм лишь продолжил его игру, насадившись чуть глубже и заставив черноволосого ворлока прикрыть веки. Эм уперся в грудь Данте ладонями.
В ответ Дан нажал бедрами, заставляя Эма развести колени шире. Не торопясь, добавляя своим движениям жесткости, он вошел во всю длину, заводя руки парня за голову, проникая между его ягодиц. Горячо. Данте входил резко, немного проворачиваясь внутри. Он нащупывал нужную точку, и от его движений теплая волна разливалась от поясницы до кончиков ушей. Эма бросило в краску, глаза прикрылись сами собой. Ему было безумно хорошо.
Данте следил за его губами, не отрывая от них жадный взгляд. Слова Элая бились в его мозгу, по мере того как он совершал движения. «Ты любишь его с самого первого момента, как увидел». Это не могло быть правдой. Не могло? Тогда почему было такое облегчение? Почему с приходом мальчишки перестало тревожно колоть под лопаткой? Почему так хотелось слышать его стоны? Выколачивать их из него. Знать, что он в безопасности. Знать, что он не уходит. Данте не хотел думать. Он хотел трахать Эмбера так, чтобы тот не смог больше ходить и даже ползать. Чтобы он остался рядом таким, какой он есть. Навсегда.
— Да-анте… — простонал Эмбер, ласково ероша волосы ворлока.
Данте двигался все размашистее, и мальчишка вскоре выгнулся, содрогаясь в конвульсиях накатившего оргазма. Ворлок наклонился и укусил его за шею — поцелуем это было сложно назвать. В ответ на грубость Эм гладил его, медленно проводил по груди, лаская, обводя его соски пальцами. Данте не думал останавливаться. Он резко схватил Эма за запястья и зафиксировал парня на своих коленях, чтобы тому было не вырваться. Запах пота плыл по комнате, а Данте стер с живота Эмбера белую жидкость, облизнув пальцы. Молодой человек закусил губу, чтобы не вскрикнуть, когда пошел новый напор, новая порция толчков.
Он смотрел в лицо Дантаниэла. Ненормальное. Зрачки красные, как яблоки. А может, он ошибался в том, что допускал мысль о жизни вдали от него? Это было невозможно. Невозможно не чувствовать его в себе. Не сейчас…
Эму захотелось рычать от собственной слабости, и он не молчал, впитывая в себя каждое движение и страсть, плещущуюся в сумасшедшем взгляде его создателя. Сила Данте проникала через грудную клетку, запуская сердце на невероятную скорость. От вспышек магии было нечем дышать. Эм посмотрел на пол — поверхность его полностью покрылась коркой льда.
— Я так люблю, когда ты теряешь контроль… — Данте опустил Эма спиной на пол, не спуская его бедра с колен и выгибая его в пояснице, чтобы видеть его под собой с раздвинутыми коленями.
Эм хотел сказать, что он тоже любит, когда Данте не ведет себя как животное, но слова так и не сорвались с языка.
Все затянулось непрозрачной дымкой; Эм покрылся липкой испариной и потерял счет накатившим на него волнам кайфа.
Сила гуляла по коридору и спальне, когда они переместились туда, кончив по несколько раз. Волшебство бушевало водоворотом, сила Эмбера и спящая сила Данте вместе. Судя по уровню энергии, они открыли какую-то черную дыру в иное измерение.