— Работает чётко! Мне бы такую пасть, век леса не видать! — усмехнулся волк.
Тут сверху, с ветки, как из пулемёта затрещало:
— Караул! Караул! Это же волшебный сундук с сокровищами! Надо просто постучать по нему три раза и сказать «Сезам, откройся»! Я видела в одном сериале! Ччч-чеч-чеч!
Все трое задрали головы. На суку сидела сорока Сара, размахивала крыльями и блестела глазами.
Борька скривился.
— Сара, — Хрю, ты опять? Откуда ты взялась вообще?
— Я всё вижу, всё слышу! — затараторила сорока. — Это не капкан, это портал в другой мир! Надо просто прыгнуть внутрь, и вы окажетесь в стране вечного лета, где мёд рекой, и никто не ставит капканы!
Чалый молча сплюнул.
— Слышь, белобока, клюв замкни. Ты нам тут мозги не канифоль!
Но Сара не унималась:
— А ещё можно спеть ему песню! Капканы любят колыбельные! Я знаю одну: «Баю-баюшки-баю, не ломай ты лапу мою...»
Миша вздохнул:
— Сара, милая, может, полетишь по своим делам? Мы тут серьёзно решаем.
— Нет-нет-нет! — сорока перелетела на ветку поближе. — Я знаю точно! Надо капкану польстить! Сказать: «Какой ты красивый, какой блестящий!» Они от комплиментов сразу раскрываются! — А еще сыру положи. Басня есть такая!
Борька не выдержал:
— Хрю! — Да заткнись ты уже! Вечно лезешь со своими, хрю, идиотскими советами!
Он нагнулся, схватил камешек побольше и швырнул в сороку. Камень пролетел мимо.
Чалый хмыкнул:
— Дай я, у меня глаз-алмаз.
Швырь — тоже мимо.
Миша нахмурился:
— Ребята, не надо в неё кидать, она же просто... ду…
Но Борька его перебил:
— Да она, — Хрю, нас всех достала! Держи, пернатая!
Третий камень полетел выше, задел ветку, отскочил... и точно угодил прямо в середину капкана.
ХРЯСЬ!
Зубья с лязгом сомкнулись, пружина взвизгнула, капкан подпрыгнул, сделал кувырок и замер.
Все замерли.
Сорока завизжала:
— Ой-ой-ой! Вы сломали волшебный портал! Теперь мы никогда не попадём в страну вечного лета!
Миша посмотрел на сработавший капкан, потом на друзей, потом снова на капкан. Глаза его стали грустными.
— Ну вот... А я ведь хотел аккуратно, без шума... А вы... камни... в птицу...
Борька, от чего-то расстроился и пожав плечами - деланно, бодро произнес:
— Да ладно, Мишка, — Хрю! сработало же! Капкан закрылся, никто из наших не пострадал.
Чалый кивнул:
— Точно, Борян прав. Задача выполнена, можно по хатам.
Миша покачал головой.
— Нет, ребята. Так не делается. Сара — она, конечно, болтливая и глупая, но птица живая. А вы в неё камни кидать... Я думал, мы друзья. А друзья так не поступают.
Он повернулся и тяжело затопал в сторону своей берлоги.
— Мишка — Хрю! Ты куда? — крикнул Борька.
— Погулять. Один. Подумать. Над ситуацией. — пробурчал медведь.
— Да ладно тебе обижаться! — окликнул Чалый. — Мы ж, это, не со зла!
Но медведь только махнул лапой и скрылся за деревьями.
Чалый посмотрел на Борьку, потом на сороку, потом матюкнулся. Да так, что даже белки в дуплах заворочались.
— Ну вы, братва, и кадры... — Хах!.. Ладно, я тоже сваливаю. Не хочу в этом, твоем, цирке шапито участвовать. Разбирайся сам, Борька. Думал, я - пёс, и не просек что к чему? А я еще подыгрывал тебе поначалу… Короче так: звери на два типа делятся! Одни кореньями, да ягодами, как вы с Мишаней питаются, а есть такие как я и как Гнилой был. Я жёлуди лузгать не буду! То, что бегает то я ем. Тем и живу. Моя хата с краю!
— Да что ты заладил про какого-то Гнилого! — хрюкнул кабан.
— Гнилой меня из клетки достал, когда я полтора месяца как пёс у железнодорожной станции чалился! Так и стал я Чалым в своей стае! Волков, а не свинорылых! А стая моя под стволами полегла... Гнилой меня собой закрыл хоть и бакланил по жизни! Так что ты, Борька, Гнилого не трожь! На первый раз прощаю! Салют!