— Хрюю! Удираем! — заорал Борька и бросился в кусты.
Миша подхватил пару поломанных сот и помчался следом. Пчёлы преследовали их до самой опушки, жаля всё, до чего могли дотянуться. Пасечник кричал и матерился какое-то время, и ещё пару раз даже выстрелил, но потом затих.
Только забравшись глубоко в лес, друзья остановились, тяжело дыша.
Борька был весь опухший: нос как картошка, глаза почти закрылись, даже клыки казались толще. Миша чесал свой зад.
Друзья молчали, отходя от пережитого, не замечая кружащихся около них назойливых комаров.
Борька только сейчас заметил, как у Миши из под мышки торчат две рамки сот. Он открыл опухший рот и выдавил:
— Мишаня! Видел, как пасечник Колючку поймал в сачок? Хорошо, что мы убежали!
— Как поймал? — Миша испуганно огляделся по сторонам.
— Ну, поймал! Хрю! — усмехнулся Борька. — Как ловят то!
— Идём скорее его спасать! — Миша, бросил рамки сот, и быстро зашагал в сторону пасеки.
— Давай! До завтра! — помахал Борька ему копытом, заталкивая в пасть Мишанины соты.
— И это…, — Хрю!
— Хрю! — Где-то, далеко в лесу ему ответило эхо.
Гриб и яма
Кабан Борька шёл по лесу и громко возмущался: он только что отобрал у белки Беллы самый большой гриб, который та весь день искала для своих бельчат, и теперь нёс его к себе в нору, уверенный, что гриб по праву принадлежит ему, ведь он главный в лесу.
— Это мой гриб! Самый лучший! — Хрю! А белка пусть ищет мелочь, — бормотал он себе под нос, обнюхивая гриб хрюкалкой. — И вообще, — Хрю, все в этом лесу должны делиться со мной, потому что… — Борька, на миг задумался, почему – же с ним должны делиться. — Потому, что — потому! Хрю! — Хрюкнул Борька.
Он так увлёкся мыслями о том, как будет хвастаться перед всеми своим трофеем, что не заметил глубокую яму, вырытую охотником и прикрытую ветками с листьями. Нога Борьки провалилась, гриб вылетел из хрюкала, а сам кабан с громким «Хрюю!» рухнул на дно ловушки.
— Хрю! — Хрюю! Кто это сделал?! — заорал Борька, барахтаясь внизу. — Это, хрю, подло! Это несправедливо! Я же самый главный в лесу! Меня нельзя в яму сажать!
Сверху послышалось хлопанье крыльев. Прилетела сорока Сара, села на ближайшую ветку и наклонила голову, разглядывая кабана.
— Ой-ой-ой, Боренька, как ты туда попал? — зачирикала она. — Это же охотничья яма! Я сто раз всем говорила: не ходите здесь, опасно! А ты, конечно, не слушал.
— Сара — Хрю! Не болтай, а помоги! — рявкнул Борька. — Лети за верёвкой! Или за лестницей! Или, хрю, кричи громче, чтобы кто-нибудь пришёл!
— Верёвку? Лестницу? — переспросила сорока. — А может, лучше я полечу и всем расскажу, как ты глупо в яму свалился? Новости — это же моя работа! Представляешь, какие будут сплетни по всему лесу!
— Хрю! Сарааа! Хрю!!! — зарычал Борька. — Если ты сейчас же не найдёшь помощь, я, когда выберусь, хрю, тебя саму в эту яму затолкаю, и землей засыплю!
— Ладно-ладно, не горячись, — захихикала сорока. — Я сейчас полечу за Мишей-медведем. Он сильный, он точно поможет. А ты пока подожди тут… эээ… спокойно.
Сорока взмахнула крыльями и улетела. Борька остался один и принялся громко хрюкая жаловаться на несправедливость жизни.
Через некоторое время над ямой появился огромный медведь Миша. Он осторожно подошёл к краю и заглянул вниз.
— Борька? Это ты там хрюкаешь? — прогудел он низким голосом.
— Миша! — Хрю! Наконец-то! — обрадовался кабан. — Вытащи меня отсюда! Быстро! — Хрю!
— Как ты туда попал - то? — спросил медведь.
— Неважно! — Хрю! Главное — вытащи! — нетерпеливо крикнул Борька. — Ты же сильный — Хрю, лапой меня подцепи или ветку спусти!
Миша задумался, почесал затылок лапой.
— Ветку… Хм… А может, я прыгну вниз и оттуда подброшу тебя вверх? Я же сильный, так толкну — что ты вылетишь, как пробка!
— Ты что, — Хрю! с ума сошёл?! — заорал Борька. — Ты меня раздавишь — Хрю! Не прыгай!
Почуяв, что сейчас будет что-то интересное, прилетела сорока и уселась рядом с медведем.
— Миша, не слушай его! — зачирикала она. — Прыгай! Это будет весело! Я видела, как зайцы так из нор выскакивают, когда лиса прыгает вниз. Реально работает!
— Сара, заткнись! — Хрю! — рявкнул Борька. — Твои, хрю, советы всегда глупые!
— А вот и не глупые! — обиделась сорока. — Ещё один вариант: Миша, ты можешь налить в яму воды! Кабан всплывет, как трухлявое полено!