Вот уж в двери он колотит:
— Мюллер!!! Выпусти меня!
Расскажу как на духу я,
Как случилась та хуйня!
— Ну-с, послушаем, дружище,
Что на этот раз споёшь,
Только сразу упреждаю —
Ты меня не наебёшь!
Штирлиц рассказал как было,
Понавешав всем лапши,
И свидетель тот — дистрофик,
Подтвердил, что он там был.
— Вот ведь сука-неудача!
Всё, отмазался опять! —
Мюллер в гневе распинался, —
На чём же мне его поймать?
11
После этих злоключений,
Штирлиц явно не в себе.
— Чтоб нервишки не шалили,
Срочно выпить надо мне.
Есть один дружочек старый,
Двести грамм — и на рогах,
Начинает петь, колбасить
Славный малый — пастор Шлаг!
Вот уж Штирлиц у ворот…
Сапогом по ним пиздяча:
— Открывай скорей! —
Орёт.
Пастор Шлаг какой-то хмурый…
— Иль не рад ты мне, дружбан?
Ты за шнапсом метанись-ка,
Ща тебе дойчмарок дам.
Пастор резво метанулся,
Шнапс принёс и закусон —
И уже они расселись,
Аккурат за алтарём.
— Ну, рассказывай мне, отче,
Что не весел как всегда?
Что с тобою приключилось?
Что за горе, за беда?
— Да вот горе-то какое
Приключилося со мной…
Ты плесни-ка мне поболе —
Исповедуюсь, сын мой…
Жил себе я тихо, мирно,
Иногда с тобой бухал,
Только бес меня попутал —
В переделку я попал.
Раньше горя никакого —
Не стоял хуй у меня,
Но в аптеке к валидолу
Прикупил «Виагры» я.
И зачем-то все таблетки
Сразу с дури пизданул —
И с тех пор, завидя бабу,
Я ограду хуем гнул!
Ну а бабы — прихожанки,
Все на исповедь ко мне…
А тут кровь внутри играет,
Хуй стоит аж мочи нет.
Здесь мне мысль и шибанула:
Есть «Кагор», есть клофелин.
Горсточкой таких таблеток
Мы винишко подсластим!
Тут и праздник был какой-то,
Полный храм, ебать-копать!
И причём одни лишь бабы — тем «Кагором»
Начал их я причащать.
А затем я развернулся —
Хуем всех перекрестил,
И ближайшей фрау, с ходу,
Прям по яйца засадил!
Первый жар с себя согнавши,
Осмотрелся, а потом,
Эту блядскую команду
Дружно выстроил рачком.
Так по ряду продвигаясь,
Каждой вставил я елду,
Все в отключке — и не чуют,
Что я их сейчас ебу!
Разложил я всех по росту,
Снова каждой засадил —
Хуй стоит как столб бетонный,
Не угас ещё мой пыл!
Что по росту — я по весу
Начал после их ебать,
Словно швейная машинка,
Успевая хуй вставлять!
Переёб так весь приход —
Кого в жопу, кого в рот!
Как очухались, не помнят
Что там было — всё ништяк!
Только там был провокатор,
И вломил меня, мудак!
Пока хуем прихожанок,
Я как надо окрестил,
Он, укрывшись за киотом,
На меня донос строчил!
Стуканул, гандон, в гестапо —
Прихожанок, мол, ебут.
И теперь мандраж колотит —
Групповуху, суки, шьют!
Лет пятнадцать буду точно,
На «хозяина» пахать,
За бугор бы мне податься,
Что бы зону не топтать…
Слушай, Штирлиц, ты по дружбе,
Помоги съебаться мне!
— Да-а… Задал ты, отче, жару…
Точно — истина в вине!
Что же делать? Мне-то похуй,
Это ты влетел в говно…
Ладно, брось, не ссы компотом —
На границе есть «окно»!
И уже они в машине
Лихо мчат на перевал,
Тормознули на вершине —
Штирлиц лыжи тут достал.
— Ну-ка, пастор, надевай-ка —
Дальше будешь сам съезжать!
— Глянь, тут снега даже нету!
Как мне это понимать?!
— Ну и что? А хули делать?
Фильм смотрел? Ты видел как,
Там на лыжах ты съебался?
Надевай быстрей, чудак!
Все вопросы — к режиссёрше,
Если есть — базарь с ней сам!
А тебе я для разгону,
Скипидару в жопу дам!
Ну-к нагнись… Ага… Так лучше…
Вот и клизма — заебись!
С Богом, отче! И стрелою
Ты быстрей к границе мчись!
На границе, где шлагбаум,
КПП и постовой,
Скрежет страшный вдруг услышав,
Нервно дёргает башкой.
— Может быть камней лавина,
Сверху там летит сюда?
Ни хуя в пыли не видно…
Лыжник?!!! Что за ерунда?!
Ну успел понять, родимый,
Как всё то произошло,
Как его, шлагбаум, будку,
Той хуйнёй в обрыв снесло…
Штирлиц, глядя вниз с вершины,
Покачал лишь головой.
— Видно в первый раз на лыжах… —
И отправился домой.