Спустя несколько мгновений он уже мрачно смотрел на меня, что для меня было привычнее.
– Почему, черт возьми, ты работаешь на какой-то сраной заправке? Я думал у тебя высокооплачиваемая работа стриптизерши. – Эти слова звучали снисходительно. Мой отец как всегда смотрел на меня свысока, я даже удивилась, что его хватило на целых две минуты.
Он сделал глубокий вдох и прошелся рукой по своему лицу, будто он боролся за контроль, которого у него не было.
– Тебе повезло, правда, повезло. Парень, с которым ты работала, нашел тебя сразу после
случившегося. Теперь поговорим о веселой ночи в Р…
– Нет! – я закричала. Мой голос прозвучал хриплым и скрипучим, в шее усилилась боль, но мне было все равно.
Слово «веселье» что-то прояснило в голове, и впилось липкими пальцами в мое подсознание, ко мне вернулись воспоминания. «Я хотел поиграть с тобой. Они разрешили мне, но ты начала бороться и все испортила».
В темноте надо мной маячило лицо, белый шрам пересекал его тонкие губы.
Моя рука подлетела к шее, уже осознанно, почему на ней была повязка. – Я жива.
– Да, Жемчужинка. Теперь ты вспомнила? – Его слова снова стали ласковыми, как если бы я была ребенком.
Дверь моей палаты открылась, и Коул вошел за врачом.
– Мисс Коллет, вы проснулись, – Доктор приветливо улыбнулся и подошел к кровати. – Приятно наконец-то познакомиться. Я Доктор Льюис. – Он протянул ко мне руку, я нахмурилась и протянула свою для рукопожатия.
– Наконец-то? – На этот раз мой голос прозвучал лучше, просто хрипло, но внятно.
Он выпустил мою руку и поглядел вначале на Коула, который, скрестив руки на груди, стоял прислонённый к стене, потом на моего отца. Доктор, казалось, задавал им молчаливый вопрос. Их поведение изменилось, и они просто серьезно смотрели на него.
Он переложил мою медицинскую карточку в другую руку, листая страницы.
– Что вы скрываете от меня? – спросила я.
Доктор Льюис заметно нервничал. Это что, его первый день?
– Мисс Коллет, вы стали жертвой ужасного нападения. Вам пришлось пережить сложную операцию для восстановления вашей яремной вены. Я постарался сделать все, что мог, но, к сожалению, вы пробыли в коме последние две недели.
– Что? Нет.
Коме? Я посмотрела сначала на Коула, а потом на отца. Почему они были здесь? Они были последними двумя мужчинами, которых я ожидала увидеть. Мой отец выгнал меня и оставил меня ни с чем. Коул сказал мне свое последнее "прощай". И вот я здесь, в больнице, очнувшаяся после комы, и здесь были они, будто никогда и не покидали.
Мои глаза наполнились слезами.
– Я знаю, это тяжело принять, но вы живы, почти здоровы и идете на поправку. Я позову Алису, помощницу медсестры, чтобы она пришла и забрала вашу карточку, а потом медсестра поменяет вам на шее повязку. Вы в отличной форме и все заживает так, как надо.
– Когда я смогу пойти домой?
Я вспомнила про Уизли и изо всех сил попыталась сесть.
– Воу, воу, воу. Не все сразу. – Доктор похлопал меня по плечу, но не пытался заставить
меня лечь обратно. Моя голова немного поплыла, но я все равно села.
– У меня есть кот, и я живу одна. – Мой голос сорвался, и я потянулся к воде, которую мой папа поставил на столик у кровати.
– Конечно же, ты беспокоишься о чертовом коте. Тебе недавно перерезали горло, а ты переживаешь за животное, – с усмешкой на лице мой отец покачал головой.
– Уизли в порядке, Джулия.
Глубокий голос Коула заставил обратить на себя мое внимание, он стоял со сжатыми кулаками рядом с доктором. Его поза была агрессивной, будто он собирался наброситься на кого-то.
– Я поехал и забрал его к себе, на следующий день после твоего нападения. – Он вскинул взгляд на моего отца, у которого был бешеный вид.
– О, какая радость. Теперь мы все можем спать спокойно, поскольку мы знаем, где чертов кот.
– Хватит, Артур. – Коул говорил негромко, но его голос и тело, казалось, занимало доминирующее положение в комнате.
– У вас нет…
– Достаточно, – рыкнул доктор Льюис. – За последние две недели я уже миллион раз говорил вам, что не потерплю такого поведения. Это плохо для Джулии, и для больницы. Я могу вас обоих отсюда выкинуть. – Он взглянул на Коула. – Неважно, сколько у вас денег или охранников. Понятно?
Прошло несколько ударов сердца, прежде чем оба мужчины кивнули.
Они здесь давно? Я снова осмотрела их внешний вид.
Серая рубашка папы был мятая, джинсы грязные, будто он пришел в больницу сразу после работы на ранчо. Дорогая дизайнерская одежда Коула была такой же растрепанной. Оба мужчины были небриты уже много дней.