Гадальщик попробовал ухватить ее за подол, мусоля старую засаленную книгу и обещая раскинуть кости для красивой девушки. При этом он быстро повторял скороговоркой, без пауз:
- Башмак, рубец, блюдо, тарелка, темно-желтый, кукушка, награда, рог!
Гадание на трех костях было очень распространено, каждая грань и каждая комбинация имели собственное название, поэтому умение быстро их перечислять считалось признаком высокого мастерства толкователя. Лена хотела было прогнать шулера, но Шена успела раньше. Гадальщик получил быстрый, точный пинок чуть ниже коленной чашечки и с тонким воем убрался подальше. Зеленоглазая валькирия почему-то очень не любила предсказателей будущего. Ну а те, в свою очередь, принимали тумаки как нормальное следствие профессионального риска
Дорожный пояс, самый-самый простой, без всяких украшений и блях, с пряжкой из гнутого железного прутка. Зато прочный и с тремя маленькими «подсумками» для походной ложки, складного ножика и огнива. Балахон вроде плащ-палатки, а в придачу к нему широкополая войлочная шляпа - на случай «злого солнца». Весной шанс попасть под вспышку минимален, но все же...
Шена немного поколебалась над прилавком, где лежали очки - боевые, с желтоватыми контрастными стеклами, и костяные, с прорезями, для защиты глаз от жалящих лучей. Но прошла мимо, цены кусались. Зато чуть дальше они с Леной выбрали плотный и широкий платок, который можно было повязать как шемаг, оставив узкую щель для обзора.
Наконец кошель почти опустел, лишь пара сиротливых фишек изредка сталкивалась внутри с печальным стуком. Лена малость сбилась со счета, прикидывая, сколько обновок ей предстоит сегодня перемерить. Точнее «обносить», поскольку в размерах Шена вряд ли ошиблась, а возврат из-за негодного фасона, разумеется, не предусматривался. Зеленоглазая еще обнадежила обещанием показать, как правильно укладывать дорожный набор в некую «понягу». И вообще ночевать они все будут не по домам, а согласно традиции - вместе, в сарайчике с лошадью и телегой. Чтобы выйти затемно, никого не дожидаясь и не рискуя сломанными накануне ногами да пропоротыми в драке животами.
Такое отношение к подготовке тоже было для Елены в новинку. Сантели и не подумал уточнить – владеет ли бригадный лекарь на разовом договоре какими-то походными навыками. С его точки зрения согласие означало понимание всех рисков и согласие с оными. А прочие заботы бригадир переложил на плечи Шены.
Еще немного подумав, копейщица докупила буквально за грош обычную пращу, самую простую, из сплетенных травяных веревок. И сообщила, что камней везде много, так что лекарша всю дорогу сможет вдоволь тренироваться. К праще довеском пошел длинный льняной шнурок, вещь крайне нужная и полезная. Его можно было использовать как веревочку, растопку для огня, сушилку для обмоток и так далее.
На этом список для Елены закончился, но копейщица собиралась прикупить кое-чего и для себя, а уж потом перейти к сборам подопечной и знакомству с загадочной «понягой». Поэтому обе женщины, как сказал бы Дед, «бодрой рысью» проследовали к оружейникам. Мрачный и деловитый бронник отвлекся от мягкой, еще не высохшей глиняной формы, в которой длинной узкой ложкой выминал форму для отливки простеньких оловянных фигурок. И без лишних слов продал широкую кожаную полосу с подстежкой - бюджетный вариант горжета, который пришнуровывался к куртке в районе трапеций, а к нему в свою очередь уже крепились наплечники. Поколебавшись, копейщица добавила к горжету перчатки, обшитые с тыльной стороны ладони плоскими кольцами наподобие кольчуги. За доспех и перчатки валькирия расплачивалась уже из собственного кошеля, звонкой монетой.
Оставался лишь ножевых дел мастер. Ему Шена ничего платить не стала, похоже, между ними имелся какой-то прежний уговор. Копейщица даже не взглянула на выставленный в специальных козлах товар и обменялась с мастером несколькими короткими словами. Тот кивнул и достал из простого деревянного ящика сверток. Подержал на вытянутых руках, словно демонстрируя вес. С привычной ловкостью развернул грубую ткань и протянул Шене - рукоятью вперед - новенький тесак.
Отличное вышло оружие, надо сказать. Лену нельзя было назвать знатоком кузнечного дела, однако и она вполне оценила. Тесак был обычного для Врат фасона, однако сделан очень тщательно, прям богато. Длинная полоса металла с одного конца сверкала под лучами неяркого весеннего солнца полированной сталью, а с другого закручивалась штопором, изогнутым вверх и назад, к затупленной пятке клинка, образуя скобу для защиты руки. Деревянная рукоять из двух боковых накладок, наоборот, благородно темнела, демонстрируя качественную пропитку из льняного масла. Мастер дополнительно обработал рукоять стамеской, выбрав на ней частые косые желобки, чтобы рука не скользила.