— Вот! Про эту вашу страсть мне слышать уже приходилось, — перебил его Луговой. — А вы ведь старший опергруппы, других обязан остерегать от мордобоя в отношении безоружных подозреваемых! Да что тут говорить!..
Чернохвостов сник, руки за спиной дрожали.
— Как вы оказались в чека? Кто давал вам рекомендацию?
— Да, это интересно! — втиснулась Драчук, и даже сняла с носа мешавшие очки.
— Когда это было…
— Забыть такое! — Драчук вскочила со стула, но без очков глаза её, близоруко щурившиеся, никого не пугали.
— Нет, конечно. Товарищ Камбуров давал.
— Это ещё до вашего назначения, Яков Михайлович, — подсказал Осинский.
— Зарублен бандитами товарищ Камбуров, — мрачно встрял Ксинафонтов, к удивлению Верховцева вдруг подавший голос. — Пал в неравном бою. И тела изрубленного не нашли… чтобы похоронить по-христиански.
— Но уцелел же кто-то с тех пор, кто может внести ясность по этому вопросу? — Луговой вскинул глаза на Осинского, упёрся в Ксинафонтова, запнулся.
— Федякина бы сюда, — буркнул Ксинафонтов. — Тот про всех всё знал.
— Да, Макар Савельевич бы, конечно, — закивал головой Осинский. — Макар Савельевич — наш партийный архив.
— Умирает Савельич, — глухо оборвал его Ксинафонтов. — Я вот его навещал недавно…
— Что же это? — Луговой постучал ладошкой по столу, требуя внимания. — Всех старых бойцов растеряли?
— Со мной в облавы и засады ходил, — заговорил Ксинафонтов, не подымаясь. — Ничего плохого за ним не замечал. Проявлял излишнюю смелость, одним словом, на рожон лез Чернохвостов, но пуля его не брала. Криклив изрядно, это правда. И кулаками горазд, но в рукопашной без этого нельзя. Зол становится безмерно. Приходилось его утихомиривать, но то по молодости. А уж как старшим назначили, не скажу. Я с ним не бывал. Мне товарищ Осинский теперь только в бумагах рыться позволяет.
— Игнат Ильич! — подскочил с места Осинский, — У нас, между прочим, приказы отдаёт начальник губотдела!
— А я что?.. Сатаной поневоле становишься, когда жизнь на волоске. Тут уж и кулаком, и зубами…
— Это в Гражданскую можно было себе позволить, товарищ Ксинафонтов, — перебил его Луговой. — В открытом бою с очевидным врагом. А капитан Аркашин — гражданский человек, пожилого возраста… безоружный… только подозреваемый. Он не заслужил такого обращения.
— А труп в его каюте? Кто убил механика? Кто этого неизвестного человека, не установленного до сих пор покойника, на пароход взял своим помощником? — зашумел над столом Ксинафонтов; помалкивавшего всегда здоровяка, никогда не лезшего наперёд без особой надобности, было не узнать; сжав кулаки, он будто шёл в атаку, сверкая глазами из-под серых лохматых бровей.
— Капитана не было в каюте, когда выстрел услыхали. Есть свидетели. Капитан в это время в рубке у себя командовал, чтобы к причалу пароход подогнать, — отмахнулся Луговой, усаживая Ксинафонтова на место.
— А что ж тот механик? Кто он? Личность его надо бы было установить, — не удержавшись, закинул удочку Верховцев. — Тогда многое могло бы и проясниться.
— Умники задним числом! — пристукнул по столу Луговой.
— А что ж горячку гнать? — не унимался и Ксинафонтов.
Резкий его выкрик словно только и ждали, по залу пошёл ропот недовольных голосов, но Луговой вскинул голову, неслыханной дерзости от Ксинафонтова он явно не ожидал. Долго поедал грозным взглядом наглеца, наконец пришёл в себя:
— Вы, товарищ Ксинафонтов, только что возмущались, что штаны протираете в кабинете, бумаги вам надоели, вот и займётесь этим. Из Саратова тот механик. Отправитесь туда и всё проверите. А вопрос об ответственности Чернохвостова мы перенесём до вашего возвращения и выяснения всех обстоятельств.
— А с этим как же? — кивнул Осинский на Чернохвостова.
— С этим? Под арестом рассиживаться не дадим. Пусть побегает в рядовых агентах, помогает концы искать в запутанном этом деле.
— Я его с собой возьму, — подал голос Ксинафонтов. — Поучу уму-разуму.
— Вы вдвоём, Игнат Ильич, при всём моём уважении к вам, как бы чего там ещё не состряпали… — Луговой запнулся, поймав настороженный взгляд Драчук, теребившей очки в руках. — В общем, поедет с вами товарищ Верховцев. Вы, гляжу, рядышком, единое понимание вопроса обрели, спецы опытные, к тому же Лев Соломонович к нам из Саратова когда-то прибыл. Так, товарищ Верховцев?