— Грейси, ты победила, — внезапно сказал Клинтон и встретил её непонимающий взгляд. — Помнишь наш спор о том, что я в пределах трёх недель пересплю с тобой?
— У тебя есть ещё время, — проговорила Грейс.
— Нет. Не буду пытаться. После того, что с тобой случилось сегодня, я не должен продолжать попытки. Могу только представить, что чувствуешь. С моей стороны продолжать спор будет неправильно. Победа твоя.
Грейс прикусила нижнюю губу, чтобы сдержать благодарную улыбку на лице. Она была счастлива своими глазами увидеть то, что Клинтон Норфолк не такой уж и эгоист, каким хочет казаться. Он вошел в её положение и не стал выбивать победу. Можно представить, что для такого человека значит проигрыш. Клинтон сказал, что никогда никому не подчинится. А условием поражения было именно это. Неужели он согласен переступить через себя?
— Не думала, что ты так просто сдашься, — хитро улыбнулась Грейс, косо посмотрев на Клинтона.
Он не ожидал подобной реакции.
— Не понял. Ты сейчас сомневаешься в моей целеустремлённости?
Она кивнула, согласившись с его словами.
— Да уж. Ожидала от вас большего, Ваша Светлость.
Он в изумлении моргнул, словно проверяя: не спит ли.
— Забираю свои слова назад. Игра продолжается.
Грейс посмотрела на Клинтона, заманчиво облизывая губы. Она промолчала, но была довольна, что он всё-таки не откажется от их затеи. История со Стивом останется отвратительным воспоминанием. Его лицо будет напоминать лишь о том, к чему он принудил её силой. Но прикосновения Клинтона вовсе не были противны. Даже наоборот, после его помощи она начала тянуться к нему ещё больше, чем раньше.
— Сумасшедшая Бруннера, — проговорил он, покачав головой.
***
Грейс провела весь день в кабинете Клинтона. Она следила за тем, как он работал, и пыталась не мешать. Было приятно, что он часто обращался к ней. Во время перерывов от работы за ноутбуком и просмотра отчётов за месяц. Конечно, они не могли устоять перед небольшой перепалкой, хотя стоило отметить, что Клинтон пытался быть вежливей, чем обычно. На такую перемену в поведении явно повлияли сегодняшние события.
Периодически в кабинет заходили работники компании и все как один косились на Грейс, сидевшую на красивом бархатном диване цвета бордо и попивавшую кофе, закутавшись в плед.
Клинтон отменил все деловые встречи, которые были запланированы на этот день. Естественно, Грейс посчитала, что это было лишним. Она не желала быть помехой его работе, но он убедил её, что в этом нет ничего катастрофичного. Сегодня Клинтон решил остаться с ней, объяснив свои действия тем, что спас её от Стива и закончит дело до конца, чтобы быть уверенным в её выздоровлении.
Уже вечером, когда пришло время уходить, он накинул на неё свое пальто и, повернув лицом к себе, сказал:
— Грейси, есть очень важное дело к тебе. Дилан теперь будет работать здесь, и он хочет тебя сделать своей секретаршей. Отказать ему мне будет сложно. Ты хочешь остаться со мной или не против перейти к нему?
Грейс утонула в пальто Клинтона. Поправив рукава, она пристально посмотрела ему в глаза.
— Конечно же, я хочу остаться с тобой.
Он улыбнулся, явно удовлетворённый таким ответом.
— Тогда стоит сделать так, чтобы Дилан не желал больше тебя.
Грейс нахмурилась, ожидая, что он ещё скажет.
— Дилану нравятся сообразительные девушки, которые обладают острым умом и язычком. Ты хорошо подходишь под это описание. Нужно сделать так, чтобы он тебя такой не считал.
Грейс не подала виду, как приятно было услышать такое описание.
— Каким образом я должна преобразиться в его глазах? Сыграть глупышку, которая не может ответить на то, что ей не нравится? Да?
Она улыбнулась, предполагая эту затею, но серьёзность на лице Клинтона помогла понять, что это и есть то, что требуется.
— Да, включи актрису и играй роль глупышки в присутствии Дилана.
Он открыл дверь и вновь посмотрел на неё, вспоминая ещё одну деталь.
— И ещё, он пригласил нескольких сотрудников, включая тебя и меня к себе домой на ужин.
Грейс в удивлении захлопала ресницами.
— Зачем это нужно?
— Сказал, что хочет поближе познакомиться с коллегами.
— Я понимаю, что ты очень виновен перед ним. Но он требует слишком много. Уже возомнил себя начальником, — проговорила Грейс, недовольно вскинув голову, чтобы посмотреть на Клинтона.
Он улыбался, изучая каждый дюйм её лица.
— Я ожидал другой реакции от тебя.
Дразня, Клинтон легонько ущипнул её за щеку.
— Думал, скажешь, что Дилан имеет право на такое поведение.
Грейс опустила взгляд. Клинтон рассказывал, что убил сестру Дилана. Естественно, если Дилан хранит это в тайне, значит, Клинтон должен во многом уступать и потакать любому желанию. Но нужно знать и меру! А если её нет, то не требовать, а добиться справедливости для убийцы сестры.
— Он имеет право на многое. Но стоит умерить свои желания.
Клинтон точно не имел представления, что Грейс окажется такой хладнокровной в этом вопросе. Он же не просто нанёс ущерб семье Дилана, а лишил жизни его родственника. Даже доброй души человек не принял бы такое. И точно не считал бы, что Дилану стоит быть менее требовательным. Или Грейс не так невинна, как кажется, или же рядом с ним она меняется, примиряясь с несправедливостью окружающих. Он уже не раз толковал ей о том, что нужно думать лишь о себе. Видимо, милая Грейси это поняла лучше, чем он ожидал. И теперь это даже пугало.
***
Больше всего Грейс не хотела ехать домой. Атмосфера места, в котором она прожила всю жизнь, вовсе не казалась ей тёплой и радужной. Мама и брат тоже не особенно радовали своим присутствием. А что более важно, так это Стив. Его Грейс боялась, как удара молнии. И теперь она была благодарна Клинтону за то, что он всё понял без слов и не отправил её домой. Они поехали к нему.
После горячей ванной, которую ей подготовила одна из горничных, Грейс закуталась в тёплый халат и уютно устроилась в мягком кресле, стоявшем в центре зала. Она огляделась, впервые нормально оценив роскошный дизайн. Раньше об интерьере у неё точно не было желания думать. Теперь же в спокойной обстановке появилась возможность рассмотреть все детали.
Думать о том, что в подвале всё ещё заперта Элла, было точно не время. Иначе она бы не смогла находиться в доме, где в плену держат человека. Раньше Грейс бы и не подумала спокойно сидеть и не обращать ни малейшего внимания на то, что хозяин дома применяет деспотичные меры, удерживая мать своего брата против её воли. Но сейчас, будто по щелчку пальцем, всё изменилось. Она не чувствовала, что должна помочь женщине. Хотя понять её могла. Ведь и сама была заперта прихотью другого человека.
— Горячий шоколад, мисс?
Грейс резко посмотрела на горничную. Это была та самая Сара, которая встретила своего работодателя полностью обнаженной. Её милое предложение показалось вовсе не дружелюбным. Голос звучал враждебно.
Грейс вежливо согласилась, протянув руку и взяв чашку с тёплым горячим шоколадом.
— Спасибо, Сара.
— Помнишь, как меня зовут? — улыбнулась красивая фигуристая горничная.
Грейс обратила внимание, что её униформа была чересчур открытой. И она была уверена, что совсем не придирается. Это правда.
— Как забыть голую домработницу? — Грейс, хлопая ресницами, взглянула на Сару.
— Невозможно. Клинтон не забывает.
С лица Грейс исчезла улыбка. Она заметила, что Сара от подобной реакции лишь засияла.
— У вас больше ничего нет? — спросила Грейс с таким видом, будто вопрос был незначительным и ответ её не сильно интересовал.
Сара ухмыльнулась и, сложив руки на груди, прошептала:
— Не надейся стать хозяйкой в этом доме. Я уже давно забыла эту затею.
Грейс помедлила с ответом. Она не отводила взгляда от той, которая явно долгое время не теряла надежд стать Клинтону больше, чем прислугой.