— Кевин, — внезапно прозвучал интригующий голос Райта. — Выбирай: мои люди вновь наносят тебе украшающие шрамы или же я воспользуюсь телом твоей красивой миленькой сестрёнки.
Грейс не нравились оба варианта. Она не могла представить, как её брат выдержал столько боли. Если ему причинят ещё что-то, он может просто не выдержать, потому что совсем недавно пережил подобное. Но тогда по приказу Клинтона. Глупый брат сам связался с очень опасными людьми. И сейчас расплачивался за свои неудачные знакомства.
— Кевин, — ещё раз позвал его Эванс. — Он молчит, Грейс.
Грейс широко распахнула веки, с диким испугом глядя на Кевина. Неужели он позволит Эвансу сделать с ней это?
— Она уже привыкла к тому, что её трахает, кто хочет, — бросил Кевин, посмотрев на капли крови, тёмными пятнами выделяющиеся на светлом полу.
Грейс ощутила больше чем просто шок. Значит, брат решил, что после поступка Стива, который взял её силой, она теперь пошла по рукам? Сердце, казалось, остановилось. От подступивших слёз защипало в глазах. Хлопать ресницами она не стала, чтобы не позволить отчаянию пролиться по щекам.
— Слышала, Грейс? — улыбнулся Райт. — Ты, значит, знатная шлюха?!
Она молчала. Молчала и принимала все удары.
— Проверю. Но уже не сегодня. Прости, красавица, — продолжил уничтожать её Райт.
А Грейс всё также молчаливо стояла, не в силах больше сопротивляться.
— Отпустите бедолагу, — скомандовал Райт своим людям, указав пальцем на измученного Кевина.
Один из троих быстро вытянул из кармана пиджака небольшой нож. Наклонился и парой движений перерезал верёвку на руках жертвы. Кевин с облегчением выдохнул, потирая руки.
— И так, Грейс, говори, что скрывает Клинтон, — приказал Райт и сделал несколько поспешных шагов в её сторону.
Он смотрел на неё взглядом голодного хищника. Эта тайна была ему нужна, как ничто другое. Она видела это.
— Он скрывает кое-что очень ужасное, — проговорила Грейс, опуская взгляд.
— Что? Говори быстрее! — Райта, казалось, начинала раздражать её медлительность. — Говори или я убью твоего брата прямо сейчас!
Клинтон. Она точно больше не боялась его ярости. Она боялась того, что с ним будет, когда он потеряет всё, что так любит. Клинтон будет раздавлен. Работа имеет для него большое значение, самую большую ценность. Он вложил в неё душу. И после того, что Грейс сделает, его глаза больше никогда не посмотрят на неё с былым желанием и нежностью, как прошедшей ночью. Ночью, которая навсегда останется самым приятным воспоминанием в её проклятой жизни. Иначе сценарий, по которому она теперь жила, назвать было невозможно. Грейс посмотрела на Кевина, всё ещё безвольно сидевшего на полу и вытиравшего кровь со своего раненого тела. Она осознавала, как ему больно, как он мучился. И спасти его было её долгом, долгом сестры.
Грейс резко вскинула голову и посмотрела на Эванса. Наконец, её взгляд прояснился, и в глазах появился огонь.
— Делай, что хочешь, но тайну Клинтона я заберу с собой в могилу! — бросила Грейси и широко улыбнулась, не ощутив ни малейшего страха. Вся печаль и горесть куда-то испарились. Безысходность перешла в стадию, когда стало уже плевать на всё, кроме одного. В этом случае важнее, чем свобода Клинтона, для неё ничего не было. Даже долг сестры.
Райт, казалось, готов был загореться. Он покраснел от ярости. Вены выступили на его висках. Лоб резко вспотел. Челюсть напряглась.
— Что? — едва слышно переспросил он. — Ты вздумала шутить со мной?
Улыбка не покинула её лицо, но теперь в ней появился оттенок безумия. Грейс приняла свою участь. Какой стоило ожидать исход? Её либо уничтожит Райт за то, что она не рассказала ему нужную информацию, либо покарает Клинтон. За предательство. И лучше пусть это будет Клинтон.
— Я не шучу, — сказала Грейс, и голос её прозвучал спокойно. Даже беззаботно. Казалось, инстинкт самосохранения замолчал. — Я ни слова не скажу. Можешь делать, что пожелает твоя гадкая душонка. Мне плевать.
Райт сжал руки в кулаки, едва сдерживаясь, чтобы не поднять руку на эту ненормальную девушку. Он тяжело дышал и долго смотрел в её глаза.
— Ты хоть представляешь, что с тобой будет? — спросил Эванс.
— Да. Именно поэтому ты ничего из меня не вытянешь.
— Смирилась с тем, что с тобой станет, — Райт кивнул и слегка усмехнулся. Это скорее было нервным.
Он быстро кивнул трём громилам и указал на Кевина. Они, понимая приказ, быстро двинулись к жертве. Один достал из кармана нож, второй — что-то, похожее на хлыст. Третий схватил Кевина за руки, позволяя своим напарникам лучше наносить увечья на и без того уже искалеченное тело пленника.
Кевин судорожно замотал головой, умоляя, чтобы они перестали. Он кричал. Голос сел и казался лишь визгом.
Грейс смотрела на то, как её родной брат из-за неё переживал очередные пытки. Капли крови из глубоких порезов быстро скатывались на пол. Бордовая лужа уже образовалась на полу. Пытаясь вырваться, он лишь больше измазывался собственной кровью.
Грейс же продолжала просто смотреть. Молча. Она не ощущала того, что ещё мгновение назад в ней было. Грейс шла в этот дом спасти брата. Но вовремя поняла, кому стоит отдать предпочтение. Точно не Кевину.
— Грейс! — выкрикнул её имя Кевин посаженным голосом. — Грейс!
Она опустила глаза, позволяя одинокой слезе скатиться по её холодным щекам. Кевин родной по крови, но в сердце он ей чужой, как мимо проходящий человек. И она больше не будет отдавать всю себя во спасение семьи, которая ей не принадлежит. Теперь другой человек стал для неё приоритетом. И ради него она способна отказаться от долга перед братом.
Райт нервно фыркнул, замечая реакцию Грейс. Девушка пустила лишь несчастную слезинку и ни капли не выглядела запуганной. Это его раздражало до смерти! Он сделал несколько уверенных шагов к ней и, крепко схватив за запястье, потянул на себя. Райт всмотрелся в её бесстрашные и отчаянные глаза и пытался внушить страх.
— Ты очень сильно пожалеешь, — прошептал он сквозь зубы.
Райт крепче сжал её руку. Казалось, можно было услышать хруст её костей. Она скривилась, но не издала ни звука.
— Это не последняя наша встреча. В следующий раз, жди меня с подарком! — загадочно бросил Райт и резко отпустил её, толкнув к двери.
Он посмотрел на своих людей и те по молчаливому приказу отошли от физически и морально искалеченного Кевина.
— Забирай своего брата, и убирайтесь отсюда! — выкрикнул он, махнув рукой и указав на дверь.
Грейс хотела подойти к Кевину и хотя бы помочь ему встать. Но он резко вытянул руку и жестом приказал не делать больше ни шага. Она поняла его. Кевин ощущал себя преданным и подавленным. Жаль, что он не понимал, насколько сильно подавлена и разбита его сестра.
Опираясь на стены, Кевин медленно пополз к выходу.
— Не пачкай мне ковры! — нервно выкрикнул напоследок Райт, когда дверь за ними уже захлопнулась.
Грейс косилась на Кевина, когда они медленно выходили во двор. Нет, она вовсе не жалела о своём выборе. Но то, что ей было жаль его, скрывать не получалось. Как никак она знала его всю свою жизнь. Хотя и не могла назвать по-настоящему братом.
— Тебе надо в больницу, — сказала она.
— Без тебя разберусь, что мне надо! — гневно протараторил Кевин и остановился сразу за пределами дома Райта Эванса. — Я никогда не забуду твоего предательства.
Грейс молчала. Она не желала оправдываться и просить прощение за то, в чём не считала себя виноватой.
— Я вызову такси, — сказала она, разыскивая в сумке телефон. — И потом полицию.
— Не смей! — резко произнёс Кевин, опираясь рукой на колонну. Он тяжело выдохнул, подняв голову к серому утреннему небу. — Как мы докажем, что это сделал Эванс?
— Как? — удивилась Грейс. — В его доме твоя кровь! Даже если всё уберут, уверена, полиция это вычислит.
— Ты глупая? — выкрикнул Кевин, после чего скривился от боли и начал говорить гораздо спокойней, чтобы не тревожить свои ссадины: — Думаешь, я не пытался доказать вину Клинтона Норфолка, люди которого тоже были не очень со мной милы? Полиция всё замяла. Будто ничего не было. Нельзя бороться с такими людьми честно.