— Мистер Норфолк! Ваше присутствие именно на этом лоте меня весьма удивляет, — проговорил один из напыщенных миллиардеров, положив руку на круглое пузо.
— Да. Вы, кажется, не принимаете участие в играх на девушек, — улыбнулся молодой симпатичный бизнесмен.
Клинтон наконец-то отвёл пристальный взгляд от Грейс и посмотрел на собравшихся соперников по игре.
— Всё бывает впервые.
Он вежливо улыбнулся.
— Вы правы. Я тоже первый раз решился на это, — произнёс пожилой господин, покручивая длинные усы. — В моём возрасте очень хочется молоденькую девицу.
Клинтон косо посмотрел на него. Он не скрывал отвращения, после того, как представил, что этот старик может выиграть Грейс для похотливых целей.
— Герцогам, как никому другому, нужны рабы, — насмешливо проговорил ещё один бизнесмен в возрасте Клинтона.
Все, сидевшие за покерным столом, лишь согласились, дружно кивая.
Клинтон скрыл, как были неприятны ему эти слова. В двадцать первом веке, подумалось ему, должно быть стыдно говорить о рабстве.
— Итак, господа, прошу вашего внимания, — прозвучал голос того самого невысокого мужчины. — Первая рабыня.
Он подтолкнул Лесли вперёд, и она, едва устояв на ногах, вышла из строя.
Все мужчины посмотрели на неё, не скрывая вожделения. Кроме Клинтона. Грейс следила за каждым его взглядом. Стоять здесь было проще, когда она могла его видеть. Даже если он искренне презирал её.
Она просто смотрела на него. Только на него. Хотя Клинтон с момента начала игры ни разу на неё не взглянул. Глядя на него, можно было подумать, что Грейси не было в этом роскошном и в то же время омерзительном месте.
Он поправил воротник белоснежной рубашки и орлиным взглядом устремился на каждого из своих соперников по игре. Клинтон изучал их мимику и уже строил в голове план на предстоящую игру. Необходимо было понять, с кем имеешь дело, выучить, как противники ведут себя в разных ситуациях. Это помогало заранее просчитывать их ходы.
— Девочка, покрутись, — сказал молодой бизнесмен.
Лесли секунду стояла, как вкопанная, и лишь после ещё одного толчка «куратора» выполнила то, что ей сказали.
— Хороша, — проговорил старик. — Повернись задом и наклонись.
Лесли замерла, глядя на него, как на ненормального. Ещё чего захотел похотливый мерзавец! Если она сделает это, будут видны неприкрытые участки тела, которые хотелось бы скрыть от публики.
— Ну же, — недовольно потребовал игрок.
Грейс от неожиданности подпрыгнула на месте, услышав, как позади резко прозвучал свистящий звук хлыста в воздухе. Через секунду он, словно лезвие, прошёлся по полуобнаженной спине Лесли. Она вскрикнула, изгибаясь в неестественной позе, чтобы избежать ещё одного удара. Но не смогла это сделать. После трёх ранящих ударов, которые оставили на её спине кровавые следы, Лесли упала на колени, застонав от боли.
— Прекратите немедленно! — выкрикнула Грейс.
И мгновенно застыла тишина.
Грейс и сама не ожидала, что сможет, несмотря на панический страх, влезть и в это. Как всегда, проблемы следовали за ней по пятам.
Клинтону было жаль девушку, которая приняла удары, но вступаться за неё он не имел права. Таковы были правила этого заведения. Но теперь, когда Грейс вмешалась в то, во что точно не должна была, он напрягся. Она была в своём репертуаре. Непокорная! Очень глупо! И всё-таки смело. Ни одна из представленных юных леди не заступилась за несчастную. Этим Грейс ему и понравилась. Она по-прежнему оставалась особенной.
— Как ты смеешь рот открывать? — процедил сквозь зубы куратор и кивнул кому-то.
По его приказу мужчина, стоявший позади, поднял хлыст и, замахнувшись, нанёс удар по этой глупой девушке, которая посмела перечить им.
Грейс ожидала, что это будет. Но как бы она ни готовилась к своему наказанию, такую дикую боль её кожа принять не могла. Грейс резко согнулась пополам, но не издала ни звука.
— Опусти, — прозвучал спокойный, но воинственный голос Клинтона, когда мужчина поднял вновь хлыст, чтобы нанести второй удар. — Не смейте прикасаться к этой девушке!
В зале повисла гробовая тишина. Но палач, и правда, опустил орудие пыток и не стал больше причинять Грейс муки, которые не каждый мужчина был бы в силах выдержать.
— Что это значит, мистер Норфолк? — вежливо поинтересовался куратор, не желая оспаривать слова члена могучего семейства Норфолк.
— Я хочу играть на эту девушку, — уверенно ответил Клинтон. — И я не желаю, чтобы к ней прикасался кто-то.
Спустя паузу он добавил:
— Кроме меня.
Грейс попыталась выпрямиться, но тут же скривилась от беспощадной режущей боли. Спина с каждой секундой пылала ещё сильней. Будто её обожгли. От этих страданий внимание Грейс отвлекли лишь слова Клинтона. Если бы не он, ей бы пришлось вытерпеть десять подобных ударов. Смогла бы она тогда встать? Маловероятно.
Сейчас оставалось лишь искренне надеяться, что он победит. В противном случае ей придёт конец. Даже если Клинтон хочет приобрести Грейс в своих целях, это казалось куда лучше, чем нахождение здесь. Ему можно было дать отпор. Вопреки тому страху, который он внушал ей.
— Конечно. Любое ваше желание — это закон для нас, — лестная улыбка озарила лицо низкорослого мужчины.
— Я тоже совсем не против сыграть на неё, — разглядывая ноги Грейс, произнёс тот самый похотливый старик, из-за которого Лесли понесла наказание.
— И я не прочь! — подхватил другой.
— Ну что же, девушка для игры выбрана. Правильно? — уточнил куратор.
— Да, — ответил кто-то из игроков.
Клинтон посмотрел на Грейс. Он не мог видеть её в таком ужасном состоянии. Бледная кожа казалась даже немного посиневшей. Глаза были уставшими. В них застыла измученность. А этот самый удар, который она получила, стал последней каплей. Казалось, ударили не её, а его. Этот момент, как повторяющийся кадр, мелькал в голове Клинтона, всё сильнее и сильнее вызывая раздражение. Теперь больше всего захотелось наконец-то забрать Грейс из этого ада, почти вернувшего тёмные времена средневековья.
========== Глава 17 ==========
Каждый из присутствующих следил за игрой с особым интересом. Грейс казалось, что в какой-то момент она попросту потеряет сознание. Жизнь преподносила ей новые сюрпризы. Если ещё часом ранее она и не надеялась на спасение из этого адского места, то теперь всё резко изменилось. Теперь она смотрела на того единственного человека на всей земле, который мог вытащить её отсюда.
Она боялась представить, что будет, если Клинтон проиграет. В таком случае её приобретет какой-нибудь похотливый зрелый мужчина. И страшно даже подумать о том, что он будет с ней делать.
Грейс внутренне содрогнулась от этих мыслей и картин, которые бурно рисовало воображение. Она краем глаза посмотрела на Клинтона, пытаясь на подсознательном уровне поддержать его. Оставалось только одно — всем сердце надеяться. И ждать.
— Повышаю, — прозвучал голос нефтяного магната. — Десять тысяч.
— Пас, — пробурчал недовольно молодой бизнесмен.
— Принимаю, — сказал тот самый мужчина, который подкручивал пальцем свои длинные усы и с вожделением поглядывал на Грейс.
Клинтон громко стукнул кулаком по столу, нарочно отвлекая соперника от созерцания полуголой Грейс. То, что она сейчас стояла в таком виде, то, что на неё были устремлены голодные взгляды богатых избалованных мужчин, выводило его из себя.
— Принимаю, — ответил Клинтон. — Поднимаю ещё на десять тысяч.
Игроки за столом замерли на своих стульях. Нахмурившись, они смотрели на Норфолка, который начал разбрасываться деньгами.
— Мистер Норфолк! Вы рискуете, — сквозь зубы процедил светловолосый бизнесмен, опираясь локтями на игровой стол. — Принимаю.
— Пас, — почти синхронно проговорили ещё двое.
На кону стояло семьдесят пять тысяч долларов и в подарок шло прекрасное дополнение в виде послушной рабыни Грейс. Хотя послушной её было сложно называть. Но никто из них ещё об этом не знал. Никто, кроме Клинтона.