Неожиданно я нечаянно столкнулась с мужчиной в плаще и тёмной шляпе, кажется, я наступила ему на ногу.
— С дороги, щенок.
— Что? — только умудрилась спросить я, но мужчина грубо толкнул меня в плечо и я врезалась в стену.
— Идиот, —зашипел мужчина и ускорился.
Я быстро поднялась на ноги в поисках укрытия, так как чувствовала своё бессилие, как вдруг раздался взрыв и меня откинуло куда -то в сторону. Боль пронзила плечо. Щепки посыпались мне на голову. Меня оглушило, и я услышала странный писк в ухе. Белая пыль осела в легких, и я начала жутко кашлять.
— Взрыв!
Я увидела, как стража, которая охраняла библиотеку, рванула к месту происшествия. Я решила не оборачиваться и торопливо рванула против толпы, вжимаясь в стену. Если теперь там никого нет, есть шанс спасти Эмилию. Снова добравшись до двери, я схватила какой – то камень, который лежал около обломков здания, теперь ничего не мешало мне. Несколько раз я со всей силой ударила по двери, но она была как новенькая.
— Какая глупая! — вскрикнула Милка.
— Ты мне? — распахнула глаза я.
— Нет, тебя я очень люблю! А её нет. Она сама себя закрыла, я чувствую металл и бессилие. Надоело, что дверь закрыта, — она выпрыгнула из моего кармана и прыгнула в замок. Неожиданно дверь засветилась и распахнулась, Милка как ни в чем не бывало залезла ко мне.
— Милка, ты…
— Сильные проклятья злят м-и-и-н-я-я!
— Почему ты раньше его не сняла? — повысила голос я.
— Я думала она сама откроется. Когда ты камнем ударишь, а потом вспомнила, что умею снимать проклятья! Я начинаю вспоминать!!!!
Я перестала задавать вопросы и вошла в разрушенное помещение. Была бойня. Книги валялись по всем углам. Я начала оглядываться и увидела раненую девушку на её одежде расплылось тёмное пятно.
— Всё хорошо! — я бросилась к ней и перевернула её на спину. Она была вся в ранах. Их что, пытали?
— Эмилия, Вы меня слышите?
Журналистка только тяжело дышала. Я достала порошок. Счет шел на секунды.
— Дверь открыта!
Я обернулась и увидела на пороге стражу, они направили на нас револьверы. Я в слезах рассыпала порошок по всему полу. Пламя вспыхнуло и ослепило стражников, послышались выстрелы, я закрыла глаза и прижала крысят и Эмилию к себе. Но когда пространство начало меняться, я увидела женщину, стоящую в пламени, она смотрела на меня. А может, я просто хорошо приложилась об стену?
— Люсия! — услышала я знакомый голос Бабули.
— Они вернулись! — маги сбежались к нам.
Я схватилась за плечо.
— Великие силы! Люсия, что они с тобой сделали? — Бабуля стала осматривать меня.
Я посмотрела через плечо Бабули и заметила Уильяма. Но на этот раз мне было всё равно, что обо мне думает Уильям, мне стало страшно от того, что лицо мага расплывается в глазах. После этого я ничего не помню.
Глава двадцатая "Домашний арест"
Герцогини в моём окружении всегда отличались впечатлительностью. Стоило только пробежать какому-нибудь насекомому или ящерице, сразу все теряли сознание. Я помню, как Кэтрин падала в обморок специально. И иногда просто пролетала мимо молодого человека.
Я открыла глаза и тяжело вздохнула. Плечо сильно болело. Меня охватила какая-то леденящая печаль, пробирающая до слёз. От такой потери крови вряд ли Эмилия могла вообще выжить. Я осторожно поднялась на локтях и снова стиснула зубы от боли. Плечо было перевязано. Была глубокая ночь. Я поняла, что не была готова рискнуть жизнью. Когда стражники ворвались в издательство, я осознала, что ещё очень мало узнала сейчас. И так мало пожила. И любовь к Уильяму начала уходить на второй план.
— Милка, — тихо позвала я, — Милка!
— Люси, — капелька перестала быть цветком в горшке и подползла ко мне, хватая меня за пальчик, — Ты живая!
— Да, я так рада, — ответила я спокойно и погладила её щёчки пальцами. Милка оттолкнулась от одеяла и прижалась к моему животу.
— Я испытываю грусть, когда подумаю, что ты улетела к звёздам! — истерично пропищала она, словно ей слова давались нелегко. Я улыбнулась существу.
— Я боялась, что ты высохнешь от пламени.
— Нет!
Милка снова спряталась в мой карман. Неожиданно дверь распахнулась, и на пороге появилась Бабуля с миской воды. Увидев меня, она выронила тарелку.
— Люсия!
Она подбежала ко мне и крепко обняла меня. Я закряхтела от боли.
— Ой, прости, прости…
— Я рада вас видеть, — искренне ответила я.
Бабуля резко изменилась в лице и отвесила мне лёгкий подзатыльник.