Мхайри что-то отметила в своем блокноте:
— Правильно ли я понимаю, что леди Инчелви не собирается на конференцию?
Джордж покачал головой:
— Нет, она туда не поедет. Она просто хочет воспользоваться возможностью отправиться в Петр и навестить своих внуков.
— Хорошо, — ответила Мхайри. — Что-нибудь еще, лорд?
— Да. Пожалуйста, позвоните в «Британские Авиалинии» и закажите билет из Глазго до Нью-Йорка на вторник и обратно — на утро среды.
— Чтобы прибытие было в среду утром, мистер?
— Верно. И думаю, следует заказать обратный билет с возможностью возврата, Мхайри.
— А на чье имя заказывать билет?
Джордж поднял руку в знак извинения:
— Ах, да, простите меня. Для мистера Дэвида.
Мхайри кивнула и записала информацию в блокнот.
— Это все, Мхайри. Спасибо.
— Конечно, мистер, — женщина повернулась и поспешно вышла.
Джордж взял ручку и зачеркнул свой меморандум для Роберта. Он бросил ручку на стол и проговорил:
— Надеюсь, что ты тут ни при чем, мой дорогой Дункан. Я очень надеюсь, что ты ни при чем.
Толкнув приоткрытую дверь, Дэвид моментально почувствовал жгучий запах перегона виски. Он поднялся по каменным ступенькам и остановился. Пол в этом помещении был сделан из решетчатой стали, и на пятнадцать футов располагался выше поддона, где осуществлялась дистилляция. Дэвид поднялся по металлической лестнице и пошел вдоль узкой подставки для бочек, где находились самые высокие медные дистилляторы. На полпути он остановился, увидев перед собой дверь, выкрашенную в ярко-зеленый цвет, на которой было написано «Столовая». В раздумье остановился, прежде чем открыть ее и войти.
Несмотря на удушающий запах сигаретного дыма, новая столовая для рабочих оказалась светлым и уютным помещением. Заднюю часть стены украшало широкое окно, из которого открывался красивый вид на реку.
В целом эта комната напоминала хорошо организованную кухню, хотя сначала рабочие восставали против их выселения из старой столовой и просили вернуть сюда старую мебель. Поэтому здесь находились поломанные стулья, хаотично расставленные вокруг длинного деревянного стола, его поверхность была заляпана пятнами от пива и усеяна темно-коричневыми отметинами от сигаретных ожогов. Одну из стен украшал большой настенный календарь, на нем была изображена абсолютно обнаженная блондинка, с хорошей фигурой, делающая вид, будто она развинчивает гайку крепления колеса грузовика.
За столом сидело трое мужчин, все они были одеты в футболки и рабочие комбинезоны; они пили горячий чай и читали бульварные газеты. Рабочие посмотрели на Дэвида и пробормотали невнятные поздравления в связи с его возвращением в компанию.
— Пожалуйста, не вставайте! — сказал Дэвид, также смутившись. Он посмотрел на одного из мужчин: Как вы, Дуги?
Подвинув к себе заполненную пепельницу, Дуги Мэйсон потушил свою самодельную сигарету и направился к Дэвиду, вытирая руки о рабочие брюки. Это был очень толстый и высокий человек, с гладко выбритой головой и седой щетиной.
В течение двадцати пяти лет Мэйсон служил в армии, закончив свою карьеру в звании сержанта Королевских Горцев, в том же самом взводе, что и Дэвид. В то время Дэвид был молодым и неопытным вторым лейтенантом, полностью полагался на своего опытного коллегу и уважаемого человека, Дуги Мэйсона, и доверял ему, а и позже был с ним демобилизован. Дуги попросил Дэвида помочь ему устроиться на ликеро-водочный завод. В течение месяца он работал в должности стажера оператора, и с тех пор отношения между бывшими сослуживцами превратились в крепкое партнерство, основанное на взаимном уважении и способности говорить друг с другом прямо и открыто.
Дуги схватил руку Дэвида и сильно сжал ее.
— Как я рад, что вы вернулись, мистер Дэвид. Вы молодец. Держитесь?
— Да. Думаю, да.
— Рад слышать это. — Дуги отошел и почесал плотные мускулы своего татуированного предплечья. — Ну, в общем, нам всем было очень жаль узнать о смерти вашей жены. Это настоящая беда, сэр.
Дэвид скрестил руки на груди и опустил глаза; заметив на полу окурок, он отодвинул его ногой под стол:
— Да, боюсь, что именно так.
Дуги посмотрел на него, потом взглянул на своих товарищей, те уже вернулись к чтению газет. Мэйсон подошел близко к Дэвиду, подмигнул ему и кивнул головой, в направлении двери.
— Я сейчас должен вернуться к своим обязанностям, сэр.
Поняв, что на самом деле хотел сказать ему Дуги, Дэвид повернулся, чтобы последовать за ним, но перед этим поднял руку, безмолвно прощаясь с другими мужчинами. Рабочие ответили ему кратким кивком головы и снова опустили глаза в газеты.