Клайв провел рукой по щеке и медленно кивнул.
— А, то есть я получаю, а вы — нет. Мне кажется это несправедливым. — Он повернулся к Дотти: — Что ты думаешь, Дотти? Есть какие-нибудь блестящие идеи?
Дотти повернулась на стуле, сморщила нос, нахмурила брови.
— Что ж, — медленно произнесла она, — я полагаю, мы можем сделать так: если Дэвиду удастся найти себе место, где он мог бы остановиться, мы могли бы покрывать его расходы на пищу и аренду помещения. Тогда он просто зарабатывал бы на жилье и самое необходимое.
Клайв посмотрел на Дэвида с блеском в глазах:
— Как вам такой вариант?
— Прекрасно. Я неприхотлив, — ответил Дэвид, успокоенный тем, что этот вопрос разрешился.
Клайв взглянул на свою помощницу, та улыбалась, довольная, что ее идею одобрили.
— Позвоните мне в понедельник вечером и расскажите, как все прошло, и, если у вас изменится адрес к тому времени, дайте мне знать, — проговорил Ханли, провожая Дэвида к двери.
Дэвид кивнул и пожал ему руку.
— Хорошо. И еще раз спасибо.
Пока этот необычный посетитель шел вниз по тротуару, Клайв стоял у окна и наблюдал, как он удаляется.
— Какой приятный человек, — заметила Дотти, улыбаясь.
— Да, — медленно добавил Клайв. — Но настоящая загадка, как мне кажется.
Дотти встала из-за стола и подошла к окну. Они вместе провожали взглядом Дэвида.
— В смысле?
— Я, правда, не понимаю. — Клайв отвернулся от окна и пошел назад к столу. — Его легко можно было бы взять на должность банкира или какого-нибудь честолюбивого руководителя, но… Я не знаю, Дотти, заметила ли ты, какие у него руки. Кожа на них огрубевшая и вся в мозолях. Возможно, что он и правда чернорабочий. — Он сел за стол и глубоко вздохнул: — Я надеюсь, мы приняли верное решение. — Как ты думаешь, Дотти, с ним все порядке?
— Да, я думаю, он замечательный, — ответила девушка, возвращаясь за свой компьютер. — Но я не уверена, что он шотландец, Клайв.
Глава пятнадцатая
Дэвид вернулся в северный Харленс, пытаясь понять, чем был вызван его недавний поступок — пророческим вдохновением или это всего лишь следствие необъяснимой глупости с его стороны. По дороге он не раз останавливался и хотел немедленно вернуться назад, чтобы отказаться от этой работы, его беспокоили мысли об обязанностях и ответственности как перед своими детьми, так и перед родителями. И потом, если он действительно решил устроиться на работу, он должен был посвятить Ричарда в свои планы, тем более что его поведение за прошедшие несколько дней не заслуживало звания «Совершенный домашний гость». В конечном счете, он решил, что самое лучшее — не говорить пока об этом никому. В понедельник он пойдет по нужному адресу, и если не получится устроиться на эту работу, просто соберется и вернется в Шотландию, прямо в середине недели, без всяких мудрствований.
Дэвиду не хотелось возвращаться. Хотя он очень скучал по детям и понимал, что отец не может вечно заменять его в «Глендурнихе».
Но все же возвращение в Инчелви прямо сейчас было бы для него шагом назад. Он был совсем к этому не готов и в глубине души знал, что он мог изменить это здесь, в Лиспорте, в этом тихом и солнечном месте, с его дружелюбными жителями, которые вот так хорошо отнеслись к нему, без всякой на то причины предложив оплачивать его расходы, даже толком не разобравшись, кто он такой.
Это, конечно, имело отношение ко всем, кроме Ричарда. Ричард его друг, добрый и понимающий, но он слишком много знает о нем и связан с его прошлым. Дэвид понимал, что если он решил остаться, то ему надо уйти из дома Ричарда, найти себе другой дом, или даже комнату, и снять ее в аренду, чтобы появилось личное пространство, где можно привести себя в порядок.
Вернувшись в дом Ричарда, Дэвид обнаружил старый «фольксваген жук» с откидным верхом, небрежно кинутый на дороге. Его выцветший верх был открыт настолько, насколько позволяли ржавеющие распорки, обнажая внутреннее пространство салона, в котором в изобилии были разбросаны тюбики с краской, кисти, обертки от шоколада, пустые банки из-под кока-колы, а руль и рычаг переключения передач были хаотично испещрены, как веснушками, бесчисленными парными ямками и желобками, как будто они подверглись яростной атаке гремучей змеи, находящейся в состоянии алкогольного опьянения.
Когда он склонился к машине, чтобы рассмотреть вмятины и царапины, которые украшали ее оранжевый корпус, послышался громкий всплеск воды со стороны плавательного бассейна, сопровождаемый безумным лаем маленькой собачонки. Дэвид отошел от автомобиля и стал подниматься на веранду, рассматривая что там внизу, в бассейне. По одной из дорожек в ярко-желтом купальнике быстрым кролем плыла девушка, ее длинные мелированные волосы свободно струились по спине. Мощные удары руками по воде создавали волны, окатывающие рыжевато-коричневого пуделя, который непрерывно лаял, сопровождая ее от одного конца дорожки к другому.