К концу 1889 года «Глендурних» удвоил свое производство до шестидесяти шести тысяч галлонов в год, и в следующем году компании был представлен королевский указ, по которому завод должен поставлять шотландское виски королевскому двору. В 1906 году сын Аласдара, Ральф Корстофайн, решил, что пришло время управляющему составу и председателю правительства предоставить потомственного пэра к услугам государства и промышленности, выбрав после долгих семейных переговоров имя Инчелви и поместье с одноименным названием на вересковой пустоши недалеко от Грэнтауна, на реке Спей.
Но все же все эти почести воспринимались как достижения ликеро-водочного завода в целом, а не его отдельного представителя, о чем никогда не забывала семья Корстофайн. Иерархия в компании всегда выстраивалась с учетом конкретных знаний работников о дистилляции виски, а не исходя из управленческого статуса. Одним из ярких воспоминаний Джорджа был случай, когда его отец, в то время занимавший должность председателя компании, беседовал однажды о производстве виски с двумя молодыми рабочими, братьями МакЛэхлан, сгонщиком и мусорщиком ликеро-водочного завода, прямо в коридоре, когда те направлялись в столовую.
Но теперь производственные помещения были разорваны на множество индивидуальных офисов по рекомендации лондонского архитектора. Перед реализацией его замысла, Дэвид показал Джорджу чертежи и общий план будущей компании, сопровождаемые письмом автора проекта. Архитектор заявил, что этот проект создаст «гармоничное распределение рабочих мест в соответствии с современными стандартами, штат служащих сможет гибко использовать интегрированную компьютерную систему, которая, в свою очередь, обеспечит функционирование единой информационной сети, оптимизирующей качественное управление на самом высоком уровне и коммуникацию „Глендурниха” для достижения новых целей в следующем тысячелетии».
Сначала Джорджу показалось, что это заявление, как и проект в целом, — полный вздор. По замыслу архитектора, рабочие не имели свободного доступа к новому зданию, где располагалось руководство, но недалеко от производственных помещений имелась столовая, так что на обеденный перерыв оставалось больше времени.
Но, поразмыслив, Джордж подумал, что, возможно, это облегчит труд рабочих, ведь теперь у них не было возможности неожиданно встретить кого-то из администрации и потратить значительную часть своего обеденного времени на беседу с ними. В любом случае, проект был утвержден, и, погрузившись в работу, уже через полгода Джордж Инчелви должен был признать, что новое здание «Глендурниха», хотя и стало обезличенным, создало более легкую атмосферу, которой так недоставало в старых коридорах и душных комнатах.
В результате расширения компании были созданы хорошие условия для новых двадцати или чуть более рабочих мест.
Джордж Инчелви шествовал по своим владениям в своем собственном, удобном для него темпе, размеренной походкой начальника двигался через скопления шумных автоматизированных рабочих мест, бухгалтерию, маркетинговый отдел и отдел сбыта, осознавая, что его больные ноги — должно быть, полный анахронизм в сравнении с той высокой скоростью и слаженностью, с которой действуют новые бизнес-системы компании. Служащие «Глендурниха» с почтением поворачивались к нему, отрываясь от своих столов и компьютеров и вежливо приветствовали лорда. Он отвечал на приветствие каждого из своих подчиненных улыбкой и мягким наклоном головы, называя по имени тех, чьи имена он мог вспомнить.