Всё больше и больше веселили и нравились песни Черного Ангела Ване. Всё меньше и меньше света оставалось в его душе – гасил тот свет сам Ванечка своими темными мыслями и обидами, а Черному Ангелу только этого и надо. Он уже не ютился в душе мальчика, а жил вольготно и припеваючи. Теперь Белый Ангел ютился в крохотном уголочке души мальчика и из-за громких песен Черного Ангела, голоса его уже почти не было слышно. Знал мальчик Ваня, что водить дружбу с Черным Ангелом – богонеугодное дело, но скрывал он это от всех. Да и как стал он дружить и слушать Черного Ангела, так друзей у него прибавилось. Правда, не радовали они его, и привязанности у него больше ни к кому не было. Смотрел он на всех с недоверием и никому не верил и не доверял. Черный Ангел научил скрывать свои истинные чувства от всех. Боишься – закричи или нагруби, больно – улыбнись, страшно – беги первым. Вообще, будь везде первым, но не ради кого-то или Бога, а ради себя самого. Самость – вот главное в жизни. Больше не было у Вани друзей, как его друзья-соседи. Да и с друзьями-соседями Ваня теперь общался иначе. Он теперь, наученный Черным Ангелом, был всегда и везде первый. Все хотели дружить с ним, и он позволял ребятам дружить с ним. Все восхищались им, хвалили его, всем казалось, что удачливее и счастливее Вани нет мальчика на этом свете.
Всем так казалось, но только не ему самому. Ночью, когда Ваня засыпал, ему снились сны о том, что его никто не уважает, что все смеются над ним и считают его слабым и глупым. Заноза страха прошивала маленькое сердечко мальчика резкой болью, и он плакал во сне. Утром он снова и снова доказывал всем и себе, что он лучший и первый. Ваня был готов на всё, чтобы добиться своего и его друг, Черный Ангел, старательно научал его. Подлость умело прикрывалась шутками, наглость маскировалась под дружбу или дружелюбие. Умелый и находчивый был Ваня в общении и делах, ничего и никого он не боялся. Великим оратором был Ваня. Всех он мог убедить в чем угодно, любые слова мог подобрать к ситуации. Только одного слова не было в его лексиконе – это слово «Любовь». Боялся он этого слова, не любил его и всячески избегал и заменял его. Как только слышал он это слово – «заноза страха» начинала дергать его сердце, и душа, которой уже давно владел Черный Ангел, наполнялась циничными песнями-отговорками и убеждениями, что это удел слабых и трусливых. «Сильный и первый – получает всё!» – твердил Черный Ангел, и Ваня был сильным. Белый Ангел плакал по ночам и показывал во сне Ване его черную душу. Ваня плакал вместе с Белым Ангелом, но утром всё повторялось, и Черный Ангел руководил всеми мыслями и поступками мальчика.
Поехал однажды Ваня в город с родителями. Ходили они по базару и присматривали товары для себя и для своей лавки. Вдруг слышит Ваня, странный звон раздается откуда-то. Неспокойно стало на душе у мальчика. Друг его, Черный Ангел притих чего-то и больше не пел своих песен. Тихо и пусто стало на душе у мальчика. Звон доносился с другой стороны улицы, там стояла церковь. Ваня почти побежал туда, и родители с удовольствием последовали за ним. Давно они уже хотели свозить сына в церковь на причастие, да вот только далеко храм, и не было времени у них, а в селе церкви не было. Так и рос Ванечка крещенный, да без причастия. Первый раз за семь лет был он возле церкви. Ноги словно сами несли его в храм. Это его друг – Белый Ангел – из последних своих сил спасал мальчика и вел его в дом Божий, как в лечебницу. Пока колокольный звон оглушил Черного Ангела, завел Белый Ангел Ваню в храм. Чувствует Ваня, что-то не то с ним творится. Словно тысячи свечей зажглись в душе Вани, и увидел он, что черна она и пуста, как выжженная земля. Лишь на самом краю, растет чахленькое деревце. Почти высохло оно, но ещё живо пока. Это деревце надежды Белый Ангел своими слезами поливал да молитвами подкармливал. Черного Ангела нигде не было ни видно, ни слышно. Бросил он Ваню, как когда-то бросили его друзья-соседи. Только не подтрунивал и не дергал за «занозу страха» Белый Ангел. Обнял он Ваню своими крыльями и прошептал ему: «Эту пустыню души твоей выжженной можно оросить лишь слезами твоего покаяния! Пойдем к священнику, расскажем все горести и страдания, покайся в содеянных глупостях. Он изымет из сердца занозу страха, залечит раны словом Божьим, и возродится душа твоя, и расцветет сад Любви Господней и даст плоды по делам твоим!» Послушался мальчик Белого своего Ангела, упал на колени перед Батюшкой и рассказал все свои обиды, страхи и горести, да во всем содеянном покаялся. Перекрестил Батюшка Ваню, прочитал над ним молитву Господу. Всю церковную службу простоял Ваня на коленях со свечой в руке, огнем покаяния в душе и слезами на глазах. Причастил Батюшка нашего мальчика и сказал, чтоб про молитву Господнюю не забывал и каждое воскресение с родителями в город ездил, в храм на службу приходил да исповедовал бы все плохие дела свои и помыслы, чтобы снова Черный Ангел не вернулся в потаенный черный уголок его души. Светло и празднично стало на душе у мальчика. Больше не мучил его страх. Никто ничего не заметил. Ведь он всегда был резвый, да веселый. Только Ангелы на небесах ликовали. Для Вани всё вокруг переменилось. Он, как и прежде, был лучшим и первым, он всё выполнял лучше всех. Только делал он это Во Славу Божью за милость и любовь, которая спасла его душу от погибели. Раньше был Ваня дружелюбным себе в угоду, а теперь стал любезным с любовью к Господу. Внешне может и не заметил никто, но раньше его боялись, уважали, заискивали, а теперь – любили. Ведь иначе и быть не может. Впустил Ваня в свою израненную и истерзанную душу Свет Божественной Любви, а она и свою душу согревает и всем вокруг путь освещает. Раньше он боялся и бежал от любви, а теперь – Любил.