Он начал что-то говорить, но я не понимал испанского. Меня поглотили мысли о его домашних проблемах. Возможно, мать поругалась с новым любовником. Или очередной иммигрант выхватил у нее сумку по дороге домой из магазина.
Уже через час Клемент потащил меня обратно в деревню. По пути мы почти не разговаривали. А за ужином он все же заговорил.
– Думаю, нам нужно вернуться, – смотря в пол, сказал Клемент.
– Почему? – спросила его бабушка.
– Ну… Мне нужно помочь маме. Ты же знаешь ее… – После этой фразы он откашлялся.
– Я разговаривала с ней час назад. У нее все хорошо, тебе нет смысла переживать, – ответила Лала.
Лицо Клемента резко переменилось. Именно тогда я понял, что он врет. Дело вовсе не в его матери.
– Просто… Она не любит рассказывать о них тебе. Ты ведь помнишь, как она начинала нервничать. Она же как девчонка, серьезно. Там ничего страшного не случилось, но мне нужно помочь, – оправдывался Клем. По печальным глазам его бабушки было видно, что она моментально распознала ложь. Но парень делал вид, что так и надо. Что все так, как должно быть. У мамы детские проблемы, и он должен срочно ехать, чтобы помочь.
После продолжительной паузы она заговорила:
– Обещай мне, Клемент, что все будет хорошо.
Мой лучший друг молча кивнул, и я понял, что что-то случилось.
29
Сувениры
Наш последний день в Испании прошел насыщенно. Мы вновь зачем-то обошли почти все самые именитые достопримечательности Барселоны, накупили кучу подарков друзьям и родителям, сделали много фотографий. Клементу казалось, что из-за его проблем мой отдых испорчен, и поэтому он устроил такой выход, но, честно говоря, я не особо переживал из-за того, что пора было уезжать. По сути, всего лишь на два дня раньше. Уж я-то знал, как бы мы их провели.
Вечером мы уже были в провинции Ллорет-де-Мар. Маленький прибрежный городок с отелями, барами и клубами. «Каталонская Нетландия» – именно так называл Клемент это место, ведь 99 % населения здесь – молодые люди от пятнадцати до двадцати пяти лет. Испанцы, немцы, итальянцы, французы, британцы, голландцы – почти вся молодежь современной Европы. Живет Ллорет только летом, так как именно в это время сюда приезжают все эти ребята, которые целый день валяются на пляже с алкогольными напитками и цветными джелато в руках, вечером сидят в барах и кальянных, а затем всю ночь напролет веселятся в ночных клубах. Огромные очереди, громкая музыка, смесь звуков из различных языков мира. В этом месте невозможно быть одиноким. К тебе всегда подойдет какая-нибудь шумная компания и позовет на одну из вечеринок.
Сегодня у нас была компания из четырех парней и шести девушек. Знание испанского помогло Клементу собрать эту мини-армию желающих тусить до самого утра. И да, пусть я не мог и двух слов на испанском связать, нам было очень весело.
Мы приехали в город в семь вечера. По традиции гостей Ллорета отправились курить кальян в один из симпатичных баров с открытой верандой, с которой открывался вид на море.
Клем то и дело заставлял незнакомцев говорить в моем присутствии на английском, но длилось это чаще всего не более десяти минут, после чего они все забывались и вновь обсуждали что-то или кого-то на своем родном языке. Меня это не смущало. Всем своим видом я пытался изобразить полное понимание, хоть и выглядел со стороны нелепо.
Я обратил внимание на то, как Клемент потихоньку перестал разговаривать и начал смотреть вдаль. Солнце начинало садиться за горизонт.
– Мне нужно покурить, – вдруг сказал мой друг, доставая из кармана пачку сигарет и зажигалку.
– Чувак, тебе дыма мало? Мы же кальян курим! – удивленно воскликнул один из парней.
– Кальян не расслабляет так, как сигареты.
– Клемент, не уходи, не оставляй меня с этими идиотами! – с наигранным страданием произнесла Летиция – новая подружка, которая сжала его ладонь и притянула к себе. В ответ он поцеловал ее в щеку и уверил, что через пару минут вернется.
Как только он удалился, они продолжили свою беседу, но уже на чистом испанском. Конечно же, я почувствовал себя немного не в своей тарелке и тихонько вышел из-за стола, чтобы найти друга.
Он долго не попадался мне на глаза, но потом я все же услышал его голос. Клемент перебрался через три огромных валуна и стоял прямо в линии прибоя. Его тощие лодыжки каждые пять секунд омывались морскими волнами. Он разговаривал по телефону.
– Мы сможем поговорить об этом. Я уже завтра буду в Монреале. Мне не хотелось бы обсуждать это по телефону. – Его тон был резкий и слегка обеспокоенный.