— О чем вы…
Меня заткнули поцелуем. Резко, не церемонясь. Соколов страстно сминал мои губы, буквально вбивая в меня свое желание. Меня настолько сильно прижимали к своему телу, что в какой-то момент я потерялась…
Этого и добивался Руслан Антонович. Добивался моего согласия на его действия. И он добился… Голова закружилась, сердце забилось чаще. Кажется, стук этого чертового предателя слышал и Соколов.
Ноги неожиданно стали ватными, поэтому мне пришлось самой цепляться за мужчину. Поцелуй становился все горячее и горячее. От каждого прикосновения по коже пробегали мурашки. Я вдруг поймала себя на мысли, что мне нравится, когда Соколов меня трогает, что мне с каждым разом хочется этого все больше и больше.
Мужчина вдруг остановился, разглядывая меня, ожидая реакции. Взгляд серых глаз был затуманенным, дыхание частым и громким. Он жаждал продолжения, но не предпринимал никаких попыток.
«Чего он ждет, черт побери?»
Мне не нравилась эта пауза, не нравилось, что настолько желанный и чувственный поцелуй прекратился. Не нравилось, поэтому я решила действовать сама: вскинула руки, обхватила его затылок, зарываясь пальцами в густых темных волосах, без стеснения притягивая мужчину к себе. Соколов довольно улыбнулся, с новой силой продолжая поцелуй.
С каждым движением губ я загоралась все сильнее, буквально отдавая всю себя в ответ. В этот раз творился какой-то хаус: он то и дело отрывался от моих губ, оставляя в хаотичном порядке горячие метки везде, куда мог дотянуться. Тело выдавало естественную реакция – я сильнее прижималась к мужчине. Старалась сдерживать себя, но порой стоны самовольно выбивались наружу.
Руслан Антонович снова остановился, прижимаясь своим лбом к моему. Мужчина пытался привести дыхание в норму, руками продолжая гладить мое тело.
Мне тоже стоило остыть и наконец вернуть самообладание. Как бы хорошо мне не было, но стоило остановить все это.
Соколов посмотрел на меня, улыбнулся, а после перевел взгляд куда-то за мою спину.
— Кажется, за нами наблюдают… — с улыбкой шептал Руслан Антонович, продолжая все так держать меня в объятиях.
«Черт. Полина. Как я могла забыть про нее?»
Кивнула, продолжая наблюдать за мужчиной. В голове слишком громко орал мой внутренний голос, стараясь вразумить меня, но тело противилось. Ему нравилось все происходящее, нравились теплые прикосновения мужчины. Нравилось, как целовали. Было странно, но все эти действия трепетно теплились где-то в районе сердца.
Мужские губы снова коснулись моих, оставляя горячую отметку после себя. Меня отпустили, и я неожиданно почувствовала холод.
— Приятных снов, Валерия Юрьевна. — Руслан Антонович отошел на пару шагов, с улыбкой прощаясь со мной. Кивнул Полине в знак приветствия и покинул квартиру.
Мне требовалось несколько минут, чтобы прийти в себя, перевести дыхание и снова начать рационально мыслить, но мне не позволили.
— Что, черт побери, только что произошло? — слишком громко и эмоционально говорила подруга.
— Разве что-то произошло? — мне пришлось прикинуться дурочкой, чтобы выиграть хотя бы минуту на размышления.
Я закрыла дверь и направилась в комнату, присаживаясь обратно на диван.
— Лера! — не унималась девушка. — Я требую рассказать мне все и прямо сейчас! И ты расскажешь! Никуда не денешься!
Глава 14.
Внимательно слушала китайцев, стараясь хотя бы на интуитивном уровне понять, о чем разговаривают мужчины - обо мне не позаботились, переводчика не заказали, а я, в отличие от моего начальства, китайский язык не знала от слова совсем. Знала лишь цель встречи — обсуждение критериев дальнейшего сотрудничества.
Чернов и Соколов поочередно задавали вопросы, незамедлительно получая ответы. Они были полностью сосредоточены и включены в работу. Мне нравилось наблюдать за мужчинами: если Герман Романович порой позволял себе отпустить какую-то шутку и хоть немного разбавить всю серьезность ситуации, то Руслан Антонович был непоколебим — слишком серьезный взгляд то и дело пронизывал. Он будто хотел разглядеть потенциальных партнеров под микроскопом, чтобы сразу же быть готовым к их будущим выходкам.
Если я не путаюсь, то это были уже вторые переговоры, а может и третьи… Поспать я успела всего пару часов в самолете, не больше, поэтому за ясность своего ума брать ответственность не решалась.
Да, к счастью, в этот раз способ передвижения до Москвы изменился: из-за того, что поездка была спланирована заранее, нам подготовили частный самолет от фирмы. Путь не занял настолько много времени, да и начальнику до меня не было дела — он то и дело перечитывал контракты, постоянно что-то подчеркивая и изменяя в них. За это хотела сказать ему спасибо — если он является роботом, которому совершенно не нужен сон, то я — нет. Я готова была пожертвовать всем ради работы и желаемой должности, но не сном. И если с его количеством я ещё могла смериться, то с отсутствием получалось с трудом. Видимо, босс все-таки догадывался об этом, поэтому попросил стюардессу выдать мне плед с подушкой и оставил меня в покое.