Глава 17.
— Чего вы там копошитесь, Валерия Юрьевна?
«Ну почему же тут настолько мало места?!»
Я была как никогда возмущена происходящей ситуации, а все дело в том, что возвращались обратно мы уже на обычном пассажирском самолете, потому что Уважаемому Герману Романовичу неожиданно потребовалось слетать в Германию и ему ну никак нельзя было лететь с простыми смертными. Нас же это не касалось, точнее меня – именно по этой причине мое мнение не учитывалось, да и в целом не принималось во внимание.
Ко всему прочему, данная ситуация была озвучена нам только вчерашним поздним вечером, поэтому билеты покупались в спешке и были выбраны по принципу «что осталось».
Что ж, хочется сказать, что в экономклассе уж слишком тесно, особенно когда по соседству с тобой сидит настолько горячий мужчина, с которым ты пару ночей назад, по его же словам, получила умопомрачительный оргазм. И если изначально я была рада, что не буду в огроменной летающей машине сидеть одна, то сейчас мое мнение изменилось.
О чем там спрашивал Руслан Антонович? Какого хрена я тут вожусь? Да все просто – я всего лишь пытаюсь из предложенного ассортимента найти маску для сна.
Ночь еще не наступила, до нее было около двух часов, а уснуть я хотела прямо сейчас.
— Да не копошусь я! — проворчала в ответ, уже не надеясь найти столь необходимую вещь. — Маска куда-то завалилась, никак найти не могу.
— Так возьмите мою. — по доброте душевной предложил босс.
Мужчина тоже наклонился к кармашку, расположенному на впереди стоящем кресле, буквально отпихнул меня своими плечами и достал маску для сна.
Очень по-доброму вырвала ее из мужских рук и принялась снимать защитную пленку. Следовало бы поблагодарить Соколова, все-таки он поделился со мной своей вещью, но не в этот раз. В данный момент я не расположена на благодарственные речи, в данный момент я расположена только для сна, желательно здорового и крепкого, но как уж пойдет.
Наконец расправилась с индивидуальной упаковкой и натянула маску на голову.
— Извините, но сегодня вам придется побыть моей подушкой. — недовольно прошипела я.
Решила не дожидаться ответа Соколова и уже устраивала на его плече подушку для сна, параллельно стараясь найти позу поудобнее. Хоть об этом я позаботилась заранее – взяла с собой дорожную подушку еще в первый путь.
«Как в воду глядела, не иначе.»
— Могу еще и поцеловать на ночь, чтобы сны послаще снились. — буквально промурлыкал мужчина, принимаясь гладить мои волосы.
«Слишком много берете на себя, Руслан Антонович.»
Скинула мужскую руку, бросила ему недовольный взгляд и все-таки предприняла попытки расслабиться и уснуть.
На удивление, получилось у меня это очень просто. Скорее всего во всем была виновата непосильна нагрузка в последние дни и эмоциональные потрясения. Может под всем этим незамудренным соусом мне и приснился настолько сладкий и чувственный сон. Мне снилось, как меня притягивает к себе под бок босс, как нежно гладит.
Первым делом я хотела удивиться – «куда уж еще ближе?» Вторым – возмутиться и выяснить, Соколов все-таки в себя поверил или же просто обнаглел? Ну а потом я решила, что раз уж это сон, то и не пикну, буду лишь наслаждаться происходящим и наблюдать за всеми действиями из первого ряда.
Глаза, после того как с меня медленно стянули маску, пока что не привыкли к темноте – похоже весь самолет все-таки погрузился в дрему и отдыхал. Попыталась осмотреться вокруг, чтобы окончательно разобраться сон это или же явь, но мне не позволили.
Мужчина еще ближе притягивает меня к себе, приобнимает одной рукой, а второй нежно поглаживает по щеке, настраивая на какую-то нежную волну. Во сне все происходящее кажется каким-то волшебным, чем-то нереальным, что так не хочется спугнуть. У меня нет сил сопротивляться, производить резкие движения, да и не хочется. Хочется лишь следовать настолько чувственному сну. В душе невероятно тепло, а где-то в районе живота порхают бабочки.
Руслан Антонович с предельной осторожностью берет меня за подбородок и медленно наклоняется. Все происходит в полном молчании. Кажется, будто и вокруг нас все замолкли, позволяя с головой окунуться в происходящее и наконец поверить в то, что все действия происходят во сне.
Соколов все же сделал это – поцеловал меня, и сейчас я в сотый раз убедилась в своей правоте. В жизни босс не целуется так. Все наши поцелую были скорее похожи на бурю, на ураган, который сметает все на своем пути. Сейчас же все происходящее напоминало солнечное утро в лесной глуши: с пением птиц и едва слышным журчанием ручья где-то сбоку.