Выполняя свой союзнический долг, моряки-североморцы героически защищали от врага в своей зоне англо-американские конвои.
В двадцатых числах марта 1942 года к нам шел из Исландии очередной конвой под шифром «PQ-13». Он состоял из 19 транспортов и кораблей охранения: крейсера «Тринидад», двух эсминцев, трех тральщиков и трех сторожевых кораблей. В океане с целью его оперативного прикрытия находились американские линкоры «Вашингтон» и «Норт Каролина», а также корабли английского флота. 28 марта авиация и корабли противника настигли конвой и атаковали его. В течение дня им удалось потопить пять транспортов. В этот же день командир дивизиона эскадренных миноносцев капитан второго ранга П. И. Колчин получил приказ выйти навстречу конвою и усилить его эскорт. Вечером отряд эсминцев вышел в море.
На рассвете следующего дня наши корабли подошли к конвою и заняли место в его охранении. В 11 часов 18 минут на «Сокрушительном» услышали артиллерийскую стрельбу. Была сыграна боевая тревога. А вскоре в 12—15 кабельтовых от нашего эсминца был обнаружен силуэт вражеского корабля. Он шел прямо на конвой. Комендоры на «Сокрушительном» изготовились к немедленной стрельбе. И когда корабль несколько отвернул от курса, то стало очевидным, что это один из новейших фашистских эскадренных миноносцев.
Советские моряки дали залп по вражескому кораблю. Потом еще один. Загорелись надстройки. Гитлеровцы сочли за лучшее прекратить дуэль, и эсминец скрылся из виду.
В 11 часов 30 минут все английские эскадренные миноносцы покинули конвой и ушли севернее, к крейсеру «Тринидад», который получил повреждения от огня противника и теперь в сопровождении эсминцев следовал в Мурманск.
А конвой? С ним остались наши корабли «Сокрушительный», «Гремящий» и «Ориби». В течение двух суток они отбивали атаки фашистских подводных лодок и самолетов-торпедоносцев. И не только отбивались от противника, но и сами решительно атаковали его. Замечательный воин, смелый и решительный моряк командир «Гремящего», впоследствии Герой Советского Союза капитан второго ранга А. И. Гурин обнаружил рубку гитлеровской подводной лодки. Он смело атаковал ее, сбросив четыре больших и восемь малых глубинных бомб. Вскоре на месте погружения лодки всплыли масляные пятна, бумага, куски дерева. Гитлеровцы недосчитались еще одной подводной лодки.
Американские моряки с транспортов почти все время наблюдали действия наших кораблей. И уже в порту с восхищением рассказывали о смелых и отчаянных русских парнях. К слову сказать, восторгались советскими военными моряками не только очевидцы этого сражения. Помню, мне довелось беседовать с главой американской миссии в Архангельске контр-адмиралом Дунканом.
Молодой, подтянутый морской офицер, он много плавал на военных кораблях и знал толк в службе. Дункан искренне и с большим уважением говорил о высоких морально-боевых качествах наших моряков, подчеркивал, что восхищен самоотверженностью и мужеством, с которыми советские моряки защищают союзные конвои.
Да, американский адмирал ни капли не преувеличивал в своих оценках боевых качеств советских моряков. Летопись Великой Отечественной войны заполнена примерами массового героизма советского народа, воинов его армии и флота.
Нынешнее поколение моряков-североморцев хорошо знает на морских просторах место, проходя которое корабли приспускают военно-морской флаг. Здесь 30 мая 1942 года погиб прославленный летчик-североморец, дважды Герой Советского Союза Б. Ф. Сафонов. В тот майский день к нам шел очередной конвой союзников. Противник обнаружил его и нанес массированный удар авиацией. Группа истребителей Сафонова вступила в бой против 52 самолетов врага. Десять было сбито нашими летчиками. На самолет Сафонова ринулось четыре «Ю-88». И вот запылал один, потом другой, третий фашистский стервятник. Затем с советского истребителя было принято последнее сообщение: «Иду на вынужденную». Не дотянув двух-трех миль до конвоя, истребитель Сафонова врезался в холодные волны.
Подлинное искусство в проводке союзных транспортов из Кольского залива и через горло Белого моря проявили лоцманы флотилии. Особенно хочется сказать теплые слова в адрес гидрографа капитана второго ранга И. В. Васильева. Он словно видел насквозь морские пучины. Искусно обходил вражеские мины, которые нередко ставили подводные лодки противника. Знал все глубины, а на Белом море очень неприятные для моряков места. В частности, в районе острова Моржовец, где имеются передвигающиеся отмели, чрезвычайно опасные для кораблей с большой осадкой. Но не только сам Илья Васильевич, а и все его подчиненные блестяще справлялись со своими задачами.