Всего на долю секунды я замерла и уставилась на свою обувь, задумавшись о том, следовало ли рассказать Мире всю правду о прошедшем ужине или хотя бы только часть. Однако перебрав в голове разные варианты ответов, очень быстро пришла к выводу, что этого делать не стоило, из-за того, что, по сравнению с неприятностями Миры, моя история слишком глупо и по-детски выглядела со стороны. К этому еще прибавлялся Милявский, ловко раскрывший мой секрет и теперь абсолютно убежденный, что я до сих пор его любила, и хоть в этом и крылась доля правды, после вчерашнего вечера мне было стыдно попадаться ему на глаза.
Более того, у сестры и без того назревали проблемы с Лоренсом. К чему ей переживать еще и из-за меня?
Я невозмутимо продолжила шествие. И подловила себя на мысли, что может Виталий и есть истинная причина, по которой я ушла из дома?
— Гуляю, — солгала без запинки, пытаясь перекричать очередной мощный раскат грома, точно раздавшийся в моей голове.
— В дождь? — с недоверием уточнила Мира.
Я сжала зубы: неужто величественное громыхание Москвы передалось через телефон так же отчетливо, как и выраженная оживленность Парижа?
— С чего ты…
— Видела прогнозы метеорологов, — довольно отозвалась сестра и ее спокойный голос растворился в пронзительном сигнале автомобиля вместе с очередным эмоциональном выкриком водителя, — поправь, если я не права.
Боже, и какое ей дело до московской погоды?! Но тут я решила увильнуть от ответа, так же как и она когда-то:
— Фактически, да.
Я услышала, как сестра сдержанно рассмеялась.
— Расслабься, — шумно выдохнула Мира, отчего я поморщилась и отодвинула мобильник от уха, — я бы тоже предпочла бродить под ливнем, чем сидеть на видео совещании с Лоренсом и отцом, — она смолкла.
Вместо ответа, я хмыкнула. Порывистый ветер, подтолкнув сзади, всколыхнул мои волосы так, что вопреки резинке на голове, они темной пеленой залезли на глаза и хватко застлали весь обзор на дорогу. Я провела рукой по ним и вскинула голову — мрачные черные тучи внезапно разрезала первая вспышка молнии.
Мира продолжила с грустью в голосе:
— Ладно, я приехала. До связи.
Окончательно свернув с дороги, вдруг замерла и заметила вдалеке, под нависшими тучами, подобно миражу в пустыне, неприметное одноэтажное здание из красного кирпича с белой пластиковой дверью, черепичной крышей и яркой синей вывеской с незамысловатым названием «Синие розы» — кафе, где работала Даша.
У меня снова заурчало в животе, но я точно не обратила на это внимания — в голове, все еще навязчиво крутились слова про видеосвязь…
Внезапно созрела единственная идея, показавшаяся спасательным кругом: отец никогда не проводил совещания дома, из соображений быть услышанным домашними или прислугой, ведь он был полностью убежден, что кто-то из нас обязательно поведает все тайны его конкурентам. Из этого следовало два вывода: первое — во время беседы с сестрой он закроется в душном кабинете одной из стеклянных башен в центре города, где вероятнее всего и проведет время допоздна, второе — во избежание скандалов с ним, я могла вернуться домой только после того, как он выйдет на связь с Мирой, а далее запереться в комнате, дабы избежать столкновения с Милявским и выйти ужинать поздней ночью, когда отец, Инесса и Виталий окажутся свалены усталостью.
Ну а утром снова сбежать и повторять свои действия до тех пор, пока отец не перестанет злиться. Однако, чтобы не промокнуть сейчас, можно было отсидеться некоторое время и в «Синей розе». Я отодвинула телефон от уха и провела пальцем по прямоугольному экрану: белый циферблат показал, что времени было «11:00», а внизу по горизонтали маленькими буквами коротко читалось «ЧТ» — четверг. Если мне не изменяла память, в это время Даша должна была находиться на работе — вот и вторая стадия «гениального плана». Заодно и с подругой встречусь, ведь после выпускного вечера мы толком и не виделись. Послушаю персональную программу сплетен и поем вкусных сырников.
Я сглотнула. От предвкушений во рту сладковатых воздушных сырников, заправленных сметаной, приятно засосала под ложечкой, но ощутив на своей макушке первые капли дождя, мгновенно ускорила шаг и, пройдя мимо девушки с белой бейсболкой на голове, что еле волокла ноги, шаркая ими по траве, поднесла мобильник к уху и, в надежде, что Мира еще оставалась на связи, быстро выпалила:
— Сделай мне одолжение.
— М? — тут же отозвалось из телефона.
— Отпишись, когда начнется видеоконференция, — мои волосы снова перекинулись вперед, застлав глаза темной пеленой. Придержав хвост рукой, я ощутила, как на голову упали очередные тяжелые капли, но это не имело значения, ибо я только рассчитывала, что сестра не спросит, зачем это понадобилось.