Океаны

Я ухмыльнулась, так как оказалась права.

— А во-вторых, за то, что он меня обманул, — она слегка склонила голову вправо и копна ее волос заметно съехала в сторону,

— Так что, вот тебе первое правило, подруга: никогда не ведись на красивую внешность мужика.

Я хмыкнула и скрестила руки. Жаль она сама этим советом не пользовалась или не дала мне не его два года назад и может тогда я по-другому взглянула бы на Виталия.

Я мимолетно призадумалась о том, как это за все время, что Иван работал в «Синей розе», Даша ни разу не застала его за общением со своей возлюбленной? Неужели он так хорошо маскировался?

— Почему ты не спросила его о девушке? — я прикусила внутреннюю сторону щеки.

Право не стала же она все-таки слепо доверять ему на словах и прыгать в койку?

В ответ Даша вновь фыркнула.

— Естественно спрашивала, — ее взгляд молниеносно скользнул по тарелке с сырниками, — и он чистосердечно признался, что они расстались.

Я раздосадовано почесала затылок. Похоже была не права — она доверилась. Однако меня больше удивил тот факт, что Даша слишком спокойно ведала эту подлую историю, словно она произошла не с ней, а была всего лишь пересказанным сюжетом, и, глядя на то, что подруга не билась в истерических конвульсиях, в которые обычно впадала, когда понимала, что оказывалась обманутой, я все еще металась между двумя вариантами логичных объяснений: или она не слишком сильно скорбела по Ивану или в мужественном одиночестве пережила удар судьбы.

— В таком случае, надо было сказать правду его девушке, — у меня как-то не повернулся язык назвать ее невестой, не хотелось более разочаровывать подругу, — может, она задала бы ему хорошую трепку. Заслуженную.

— И заодно мне тоже, — быстро отозвалась она и сомкнула губы, — если бы ты ее видела, то, поверь, не захотела бы оказаться первой в списке ее врагов.

Интересно, как же все-таки выглядела эта женщина-терминатор?

Я скользнула глазами по черному матовому чехлу. На самом деле меня интересовал только один вопрос, который, чтобы не наступило неловкое молчание, я поспешила задать:

— Как вы можете спокойно оставаться коллегами?

Будь я на месте подруги то, наверное, не смогла бы даже смотреть на него, ведь постоянно видела бы лицо его невесты и злилась бы на то, что позволила себе быть обманутой.

Вместо скорого ответа Даша уперлась взглядом в фарфоровый чайник и задумчиво провела правой рукой по лбу, видимо что-то обдумывая, а когда снова подняла на меня глаза, я почувствовала как мое сердце непроизвольно сжалось в комок, ибо на сей раз ее взгляд действительно наполнился разочарованием.

Только сейчас я впервые задумалась о том, насколько зримо наше финансовое положение — когда Даша почти неслышно проговорила одними губами:

— Если нужны деньги выбирать не приходиться.

Я ничего не ответила. На самом деле и сама не знала как бы отреагировала в подобной ситуации: осталась бы работать с тем, кто втоптал мою гордость и самолюбие в грязь, или же молча сбежала с места происшествия.

Похоже, что у Даши действительно не было другого выбора кроме как терпеть. Насколько я помнила из хвастовства подруги, в «Синей розе» частенько выдавали премии и это вне зависимости от того сколько посетителей появилось за день. Кажется, работодатели очень сильно любили своих официантов, раз баловали деньгами, ибо в столичных кафе такого наблюдалось не часто или же Даша занималась в этих стенах чем-то иным, о чем благополучно умалчивала?

— Ну, а ты? — наконец просила она с выжиданием, после недолгого молчания.

Я встрепенулась и отогнала навязчивые нехорошие мысли, касательно ее персоны, рефлекторно поджимая губы и прекрасно понимая, к чему она клонила.

— Какими судьбами ты в «Синей розе»? — она слегка поддалась вперед и уставилась на меня в упор. — Сомневаюсь, что вышла из дома поесть сырников.

Я выдохнула и снова провела взглядом по тарелке. Увы, ее сомнения оправданы — мой дом располагался практически через четыре небольших здания от кафе и если бы я действительно проголодалась, то заявилась бы сюда и заплатила за еду, когда могла прямиком очутиться на кухне и съесть в разы больше и бесплатно? Итак ясно, что вряд ли.

Я оглянулась на барную стойку, желая внушить Даше мысль, что опасаюсь наличия посторонних ушей, но на самом деле силилась справиться с внутренними терзаниями между тем стоило ли рассказать подруге правду после ее-то откровения со мной или и вовсе умолчать? Все-таки речь касалась и Виталия тоже, а он, как ни тяжело признать, красивый и значит вызовет неприемлемый интерес у Даши, чего мне естественно не хотелось.