Уставилась глазами на Виталия, от его пристального взгляда у меня все внутри заколотилось, но напустила равнодушие и мысленно сосчитала до пяти.
– Правда хочешь поиграть в праведника? – раздраженно выдохнула, привстала и вперилась в его фиолетовую майку. Тело Милявского напряглось, он затаился в ожидании.
Раз уж Виталий собрался «поговорить по душам», то следовало воспользоваться сведениями и спросить о том, что терзало меня по ночам два года.
Я хотела растянуть вопрос по частям, но от предвкушения удачной возможности, не сдержалась, и не глядя на него, на одном дыхании выпалила:
– Тогда вот тебе вопрос: ты, правда, бросил Киру из-за банкротства? Или потому что ее трахнул Лоренс?
Вновь прикусила внутреннюю сторону щеки, силилась унять дрожание сердца, что отдавалось в ушах гулкими ударами.
В гостиной воцарилось напряженное молчание. Воздух как будто замер, и мне вдруг показалось, что бежевые стены резко сузились, словно стремились раздавить нас своей тяжестью. Я перевела взгляд и через всю комнату заметила, как за окном на кухне очередная молния разверзла темное небо.
А после глазами скользнула по Виталию. Его бледное лицо оставалось бесстрастным, в глазах светился привычный холод, а кончики длинных пальцев все также соприкасались друг с другом.
– Причем здесь Кира и женишок Миры, если мы говорим, о тебе? – после минутного молчания, точно очнувшись от ступора, спросил он.
И я вдруг поняла, если он оставался спокоен, следовательно, с самого начала знал, об их отношениях.
Наконец, история длиной в два года собрался воедино.
– Да или нет, – изогнула уголок правой брови.
– Она стала не нужна мне, – Виталий презрительно фыркнул, улыбка спала с его губ. Я заглянула ему в глаза, но он отвел взгляд, уставился в подлокотник кресла, на котором я сидела.
Значило это одно – он нагло врал. И при этом упрекал во лжи меня.
– Ты бросил ее, потому что не пережил удара по самолюбию, – настало время словесно атаковать его, ведь если упустить шанс, Милявский не отступит от возможности докопаться до истины и узнать, почему я солгала отцу. Не исключался и факт, что он мог использовать эти знания против меня.
– Зачем ты ворошишь прошлое? – он взглянул исподлобья и угрожающе понизил голос. – Какое тебе дело до моих отношений с Кирой? – склонил голову на бок и снова вернул на лицо привычную, но на сей раз высокомерную улыбку, и спросил то, от чего мои пальцы вдруг стало покалывать. – Ты что, ревнуешь?
Я рефлекторно цокнула. Ревновала или нет – не имело значения. Но лучше, ему не догадываться. И тут призадумалась, раз уж разговор принял такой неожиданный оборот, я могла исправить то, что произошло вчера – оспорить его обвинения в симпатиях.
– Тебя? – перевела взгляд на его трико, но после вернула на его лицо, а из груди вырвался нервный, неконтролируемый смешок. – Фу. Нет, – сглотнула, на сей раз слова дались мне с трудом.
Виталий секундно промолчал, в его глазах пронеслось изумление.
Что, не ожидал, что я вот так яростно отсеку его навязчивую мысль?
– Тогда я не понимаю к чему этот разговор? – он провел рукой по волосам и кончиками пальцев задел несколько прядей.
Я театрально вскинула ладонью. Не уж-то, правда, не понимал?
– Потому что вся эта хрень связана, – наиграно растянула я, опустила руки и сложила их в замок, пытаясь унять дрожь, но тут же взорвалась. – Ты попрекаешь меня во лжи, но на самом деле, ничем не лучше. Солгал Кире, что бросаешь ее из-за банкрота-отца, но дело в том, что ты не смирился с тем, что она, за твоей спиной, спала с женихом Миры, ты знал об этом с самого начала, – я глубоко выдохнула. – Отец не хочет находиться рядом с моей сестрой дольше рабочего времени, потому что злится из-за измен Лоренса, но не может упрекнуть его из-за поганых акций и винит во всем этом дерьме Миру. Хотя, на самом деле, виноват ты.
– Я? – в его голосе скользнуло удивление, – разве я виноват, что этот француз засунул свой член в Киру?
– Ты виноват в том, что не удержал ее, – прищурилась, – она любила тебя. Но ты ей пользовался.
– Я тебя умоляю, – он откинулся на спинку дивана и, закинув голову, наигранно продолжительно рассмеялся. – Если бы ты знала, кто такая Кира на самом деле, то поняла бы, что она из тех, кто искал выгодную партию. Ваш Лоренс удачно подвернулся. Я не причём.
Снова ложь.
– Выгодную партию? – ухмыльнулась, и с горечью произнесла достоверный факт. – Ты пасынок Александра Раевского. Одной ногой – молодой миллионер.